Чтение онлайн

И все же он не смог произнести единственное слово, которого от него ждали:

– Я скажу завтра, хорошо?

– Конечно, - Ксавьер нежно улыбнулся, поправляя юноше волосы, и заметил, поднявшись.
– Грие не имеет права тебе запрещать, если ты волнуешься об этом. Он опекун тебе, а не хозяин как рабу, и не может мешать.

На самом деле, Таш был уверен, что Ожье не только вмешается самым решительным образом, но и даже надеялся на это. Было бы замечательно, если бы лисенок взбрыкнул, хотя бы из чувства противоречия, столь свойственного вчерашним подросткам, и пожелал своему попечителю не соваться с проверками под чужое одеяло. Тем более, уж чья бы корова мычала!

– Если захочешь, я сам поговорю с ним, и... я приму любое твое решение, малыш.

О да, какие могут быть сомнения!

– Я скажу завтра, - упрямо повторил юноша, так и не подняв глаз, пока мужчина не ушел.

Он думал не о том, помешает ли Грие ему сойтись с Ксавьером, а о том, что помешало им с самим Ожье. И наверняка не позволит начать что-нибудь серьезное с любым другим. Равиль представил, что Таш узнает о том, какую именно "школу" прошел "малыш Поль" и содрогнулся. Не справедливо, что он может надеяться на счастье лишь обманом, но прошлое уже не изменить.

И прежде, чем решать окончательно что-либо Равиль твердо вознамерился изменить то, что еще возможно. Собрав все имеющиеся у него скромные средства, юноша не мешкая направился на поиски человека, который мог бы ему помочь в таком щекотливом деле, разминувшись с разыскивавшим его Ожье на пару минут.

***

Господи милосердный, он уже забыл, что это за адская боль! И вообще отвык от боли не в смысле красивых страданий о неразделенной любви, а в самом обыкновенном, физическом. Разнежился!
– Равиль сцепил зубы и сосредоточился на том, чтобы стоять прямо, дышать ровно и не хрустеть зубами слишком громко.

...Отдавая отчет в том, что именно он собирается сделать, а ситуация чревата самыми разнообразными неприятностями, юноша не тратил время на пустые метания по городу и не пустился по злачным закоулкам в поисках сомнительных личностей в помощники. Надеясь, что его выслушают, а вознаграждение окажется достаточным, он направился прямо к тому, у кого его тайна будет надежнее, чем золотой в казне ростовщика-еврея, и кроме того имеется достаточно опыта в манипуляциях подобного рода. Стражник у ворот тюрьмы даже соизволил проснуться ради такого вопроса, оглядел просителя с ног до головы и обратно, хмыкнул чему-то, но все же за небольшую мзду соизволил сообщить мальчишке, где он может найти Черного Ги, городского палача.

Долго искать Равилю не пришлось.

– А что, скажете, простое это дело?
– разорялась перед товаркой прямо на крыльце ни чем не примечательного дома пухлая женщина средних лет.
– Скотину как следует забить и то не у каждого получится, а то человек, хоть, и прости Господи, грешник! Тут сноровку иметь надо: вот дай какому дурню плетку самую что ни на есть обыкновенную, вроде той, какой Мартен что мерина своего, что женку учит, так не дай чего, и той, забьет ведь беднягу раньше чем дознание начнется! А твой, кума, к делу со смыслом подходит, Гийом его хвалил. Говорил, будет из парня толк в ремесле...

Юношу передернуло, но отступать было нельзя. Не самому же...

– Дома ли... господин Гийом?
– обратился к женщине Равиль, успешно изображая уверенность, которой не испытывал вовсе.
– Мне нужно с ним поговорить...

– Дома, дома, - тетка, оглядела его еще более подозрительно, чем стражник, отловила кого-то из мальчишек, возившихся тут же на улице, дала подзатыльник для пущего рвения, отправив по назначению.

Ждать пришлось долго, а взглянув в вытянутое костистое лицо с крупным носом и темные глаза под набрякшими веками, Равиль понял, что говорить следует быстро и строго по делу.

– Я прошу простить меня, что отвлекаю, но мне нужна ваша помощь и я могу заплатить...

– Именно моя?
– усмехнулся Черный Ги.

– Ваша, - подтвердил юноша, понемногу возвращая себе уверенность.
– Ваша работа...

– Идем, - опять оборвал его кат, мотнув головой в сторону задних дворов.

– Что же это твой поручитель, совсем из ума выжил, что отправил ко мне с "заказом" да еще среди бела дня, - Ги не спрашивал, и в спокойном глуховатом голосе явственно скользнуло осуждение.

Равиль едва не споткнулся, представив, что можно заказывать у палача, но странным образом страха убавилось. Значит, есть надежда, что его просьба не будет из ряда вон выходящей, и "честный ремесленник" согласится на небольшую приработку.

– Вы не поняли, я не прошу ни о чем... сомнительном!
– юноша развернулся, опять встречаясь взглядом с Ги.
– И много труда у вас не отнимет. Я пришел именно к вам, потому что кому как не вам разбираться в огне и железе... И какие следы они оставляют.

Без долгих проволочек Равиль избавился от верхней одежды, не глядя сбросив на какой-то чурбак, развернувшись спиной, задрал рубаху и оголил поясницу почти до самой ложбинки меж ягодиц, выставляя на обозрение профессионала свою тайну. Когда равнодушные пальцы проехались по клеймам, юноша все-таки содрогнулся.

– Хм, - содержательно выдал Ги.

– Вы же видите!
– голос дрожал слишком заметно.
– Это не знак за преступления и не этой страны. Мой нынешний господин знает о них, он и вытащил меня... Но... это прошлое, а я хочу жить не оглядываясь больше! В ваших силах сделать это обычным шрамом!

За спиной царило молчание.

– Я заплачу! У меня есть деньги, немного, но есть...
– Равиль уже не столько убеждал, сколько умолял. Он и сам не мог сказать, почему ему вдруг так важно стало избавиться от клейм.
– Я выполню все, что вы потребуете...

– Ну что ты можешь выполнить, я вижу на твоей заднице, - равнодушно заметил Ги, заставив юношу вспыхнуть. В глазах защипало: такого унижения он, пожалуй, не знал и на рынке!

– Я не!..

– Цыц.

Наверное, вот таким спокойным тоном он и объясняет своим подмастерьям "урок"...

– И когда же ты намерен?

Равиль вопрос понял, и выпалил, так и не опустив руки и стоя перед мужчиной с приспущенными штанами:

– Сейчас!
– потому что второй раз придти просто не сможет даже под страхом "санбенито" до конца дней.

Черный Ги сухо назвал цену, услышав которую Равиль побледнел, почти до крови прикусив губу.

– У меня нет столько...
– чтобы собрать нужную плату, у него уйдет не один месяц.

На миг мелькнула идея одолжить, но у кого? Единственной кандидатурой оставался по-прежнему Ожье. Однако он наверняка заинтересуется, для чего необходима настолько крупная сумма, и юноша почему-то был уверен, что Грие не одобрит его затею. И продать нечего, кроме себя у него ничего нет...