Чтение онлайн

– Сделаю, мой отец!

– Ещё поправь там, где Моисей народ через пустыню вёл. Не сорок дней они шли, а сорок лет. Велика та пустыня была. Велика и враждебна.

– А чем они насыщались всё это время, мой отец?

– Не богохульствуй, сын мой! Божьи люди питались пищей богом данной.

– Сделаю, как велите, мой отец!

– Старайся, сын мой. Имя твоё останется среди имён святых, кои преумножили значение слова библии. Во все времена будет почитать церковь твоё предание, как и предание от других пророков, кто писал ранее тебя.

– Отец мой! А как быть с тем, что будут по-разному написаны книги?

– Не будут они написаны по-разному. Погибнет эта старая книга в пожаре, который случится в нашей обители. И только твоя останется. Ведь нет других книг, что были до той, что переписываешь ты? И этой не будет. Только имя останется для тех, кто будет нуждаться в слове божием.

И ещё столько же прошло.

«Господи! Херово-то как! Нажраться бы сейчас, как раньше в универе. И не видеть эти морды кругом чистоплюйские. «Да, господин президент», «Хорошо, господин президент», «Я думаю, господин президент...». Думают они. Думаю я! А они уже додумывают.»

Постучали в дверь.

– Войдите!

Вошла смуглая женщина.

– Господин президент! В докладе разведуправления за период...

«Интересно, она всегда была такая умноговорящая? Наверняка в студенчестве за ней катился хвост её похождений...»

– ... и есть необходимость учесть это в подготовке вашего доклада.

– Да, разумеется. Сделайте дополнения и покажите мне проект завтра утром.

– Хорошо, господин президент! – за посетительницей закрылась дверь.

– Господин президент? – в приоткрытой двери показался помощник, - Время ехать в церковь.

– Да, я помню. Уже иду.

«В бар бы какой было бы лучше. Так, сегодня вечером начхать на всё и посмотреть какой-нибудь боевик. Хоть что-то я могу делать так, как привык? Чем бы занять все эти головы, чтобы они начали делами заниматься. Тогда у меня больше будет свободного времени. Ещё, что-ли, войну кому объявить? Как там у нас в доктрине последней записано? Вести боевые действия в двух разных районах мира. Так. Афганистан и... И...Где-нибудь подальше. В Африке нельзя. Стоп! В последнем фильме мне сильно понравился перепуганный Саддам. Вот это уже интересно».

Нажал на кнопку.

– Да, господин президент! – отозвался помощник по безопасности.

– В дополнение к уже упоминавшемуся, подготовьте данные по наличию оружия массового поражения в... среди арабских стран и их связи с международным терроризмом.

«Вот это придумал! Так! Спокойно. А что будет с мнениями? Ну генсек – это понятно. После того, как мы ему медаль мира вручили, он и слова не проронит. Папа? Папа-папа, папулечка. Всё никак помереть не может. Этот ляпнет чего-нибудь. Ну, этого я тоже опережу. Выдам фразу типа: защищая интересы христиан. Нет, так не пойдёт. Лучше: христианский мир смотрит на нас с надеждой. Тоже как-то безымянно. На кого это на нас? М-м-м! А если будет: я выполняю божественную миссию!»

– Господин президент! Машина в церковь готова.

– Еду!

«Ну, точно, лучше бы нажраться».

Пройдёт ещё немного времени и...

– Вы должны подписать директиву о начале военных действий в Иране, господин президент. Это единственный шанс вывести солдат из Ирака, сохранив лицо. Как дополнение мы получим поддержку населения на предстоящих выборах, а в международном аспекте Европа и Россия долго ещё будут тушить этот межмусульманский конфликт.

2004

Уж их били-били...

Летом 6888 года заканчивался спор между между удельными князьями бывшей Великой Орды. Всем так хотелось взымать ясак с подданных других князей, что возраставшее влияние московского княза Дмитрия не могло не обеспокоить его коллег из других городов. Самые непримиримые вороги его: литовский князь Ягайло и рязанский князь Олег, задумали приструнить строптивца, заручившись очередным обещанием очередного Великого Хана помочь им в побивании ратников, коих соберёт Дмитрий Иванович.

Хан Мамай, действительно, был очередным великим ханом. Орду лихорадило. Отравления следовали за убийствами, похищения за болезнями и в последние 25 лет Золотая Орда знавала 26 великих ханов. Последним и был Мамай.

Почта в те дремучие времена работала хуже, чем сейчас, Курьеры имели странное свойство пропадать в дебрях лесов, покрывающих необъятные пространства Руси того времени и, поэтому, связь между действующими лицами того времени была явлением эпизодическим. Тем не менее, князю Дмитрию удалось собрать в городе Коломна своих стороннников со дружинами и, окончательно сговорившись, решили покончить с удельным князем рязанским Олегом. Но разведка донесла, что Олег рванул со своими ратниками под защиту Мамая и сборная дружина вышла из Коломны по направлению к ставке Великой Орды.

Специальному отряду писцов был дан наказ записать для потомков великий поход против Мамая и весь первый день писцы, оседлав ворота и стены града, добросовестно пересчитывали огромное войско, шедшее громить извечных супостатов.

Но к вечеру, когда не стало контролирующих князей и бояр, а также и воевод, писцы забражничали и продолжали пьянствовать несколько дней кряду, остановившись лишь тогда, когда в город вошли опоздавшие из-за поздно полученного приглашения объединённая дружина серпуховского княза Владимира Андреевича и воеводы Боброка.

Не долго думая, писцы присоединились к этому отряду, помножив в своих записях число воинов первого дня на все дни пьянства и получили впечатляющую как друзей и врагов цифру в 120 тыс. воинов, отправившихся бить Мамая. Слухи о несметном числе воинов разнеслись со скоростью достаточной, чтобы и Ягайло и Мамай с Олегом узнали об этом задолго до начала столкновений.

Более того, опаздывающий по той же причине плохой работы почты, что и Боброк с Владимиром, литовский князь Ягайло, оказался на дороге между ушедшими вперёд дружинами Дмитрия и опаздывающими дружинами Боброка. Такое положение его совсем не обрадовало и он поспешил дать круголя по степям и весям, справедливо полагая, что можно будет и опоздать к началу действа, а потом посмотреть, к кому присоединиться.

Хан Мамай с Олегом, засомневавшись в в возможностях своего отряда противостоять такому числу войск, благоразумно решили отступить за реку Дон. В стане же князя Дмитрия тоже не было особого послушания и в пылу спора о шкуре неубитого медведя, братья Ольгертовичи, воспользовавшись тем, что князь Дмитрий получал наставления посланников монастыря, перешли реку со своими отрядами. За ними неуправляемой толпой ринулось всё войско.

Мамай отступил ещё раз. Князь Дмитрий к утру успел остановить анархию и выстроил, воспользовавшись утренним туманом, дружины в наступательную цепь. Когда туман рассеялся, Мамай первым делом срубил голову дезинформаторам, которые напугали его 120 000-м войском княза Дмитрия, а потом начал бой в той манере, которая была принята в те далёкие времена. Поразили друг друга богатыри Пересвет и Челубей и началась великая резня многотысячной тусовки. Обладая численным перевесом, войска хана Мамая разгромили основную часть дружин неприятеля, но, увлёкшись боем, не заметили, что подоспели опоздавшие отряды воеводы Боброка, которые переправились немного ниже по течению реки и ударили в бок, завершившим окружение войска Дмитрия конницам Мамая.