Воробышек
Шрифт:
Захочет – найдет.
Егор тоже не дурак.
Когда спускаюсь вниз, встречаюсь с тишиной. Ребята с автоматами уже уехали. Егор с Вениамином в траурном молчании распивают на кухне чай. Атмосфера убийственно тяжелая. Все всё вокруг понимают, но при этом никто никому ничего не говорит. И в данный момент решаю, что это все же лучше, чем если бы Гусь и Королев посреди кухни дрались на ножах, как рыцари за руку и сердце прекрасной дамы.
– Что так долго? – обращается ко мне Вениамин, спокойным тоном, не предвещающим беды, но при этом и не сулящим ничего хорошего. Ровный. Сухой. Безэмоциональный. Как робот.
– Немножко отдохнула, почитала, - надеюсь, ты понял меня, Егор…
– Готова? Поехали.
– Поехали, - легко согласилась я, не выдавая признаков волнения, хотя сердце кровью облилось. – А куда?
– Торт выберешь, - соврал Вениамин.
– Я кофейку попью только, ладно? – лучезарно улыбнулась Гусю.
– Попей-попей…
Не торопясь, но и не действуя нарочито медленно, приготовила чашечку бодрящего напитка. Незаметно, пока гремела чайными ложками, сунула в карман нож для чистки овощей. У него хоть и короткое лезвие, но острое, а рукоять плоская, небольшая, как раз для женской руки. И в кармане-кенгуру он отлично поместился.
Сполоснула чашку и не дожидаясь, пока меня отправят, самостоятельно пошла обуваться, делая вид, будто все, что происходит вокруг не вызывает никаких опасений. Только кисти сжимала в кулаки, чтобы не было заметно, как дрожат ледяные пальцы.
Убьет меня Вениамин.
Как пить дать, убьет.
И сама же себя ругаю – нельзя психовать! Надо трезво оценивать ситуацию! Еще не все потеряно.
Еще есть надежда на Егора.
У меня есть телефон. И нож.
Обуваю кроссовки. В них, может, и жарковато, но очень удобно! пока завязываю шнурки – поправляю на щиколотке припрятанный телефон.
Вроде нормально.
Егор и Вениамин выходят из кухни. На их лицах одинаковое выражение. Все-таки они похожи. Мимикой. Повадками. Одинаково поджатыми губами. Играющими на челюстях желваками. Залегшей между бровей морщиной. Сжатыми кулаками и напрягшимися плечами.
Глядя вот так на них, сложно не поверить, что передо мной отец и сын. Однако, при определенной похожести, это диаметрально противоположные личности. Как черный и белый. Как небо и земля. Как пустыня и соленый океан. И даже немного метафорично, что один из них по крови тащится, второй же панически ее боится.
Вениамин просит Егора оставаться дома, никуда не выходить и включить сигнализацию на случай, если взломщик вернется. Королев не противится, но чересчур тревожно на меня поглядывает. Мы немного сумбурно топчемся в коридоре. Не могу отвести взгляд от синих глаз. Мне кажется, что это момент прощания.
Сердце жалко ноет, к горлу подступает тошнота.
Боюсь, если попрощаюсь с Егором вслух, то все мои самые страшные опасения непременно сбудутся.
И мы больше никогда в жизни не увидимся.
Поэтому первая молча выхожу из дома и сажусь в тойоту, которая через три минуты плавно скользит по серой глади асфальта, увозя меня в неизвестном направлении…
Глава 51.
Затянувшееся молчание дробило мои нервные клетки. За тонированными окнами мелькали величественные сосны, подпирающие зелеными макушками небо, усыпанное пухлыми облаками. Деревья сменялись бесконечными полями, лугами и оврагами.
Я не знала, куда везет меня Вениамин. Но точно не за тортом. Проселочная дорога, присыпанная мелким гравием, явно объездная, потому что спустя десять минут Заречный окончательно скрылся из вида.
Как же хреново, что мне так и не удалось ознакомиться с картой местности, ведь тогда я хотя бы немного ориентировалась и могла догадаться, куда меня везут.
Блин, страшно.
Внезапно, нога начинает вибрировать.
Твою ж мать!
Шорох шин и шум ветра в приоткрытых окнах заглушает навязчивый телефонный треск, но уверена, что на моей голове только что возникла пара седых волос.
Черт! Черт! Черт!
– Может, музыку послушаем? – не дожидаясь ответа, врубаю магнитолу, что оглушает нас внезапным диким ором какой-то любимой Егором группы. Вениамин от неожиданности дергает руль, и мы юзом съезжаем с накатанной колеи в грязную образовавшуюся после дождя жижу.
На секунду я даже мечтаю, чтобы мы застряли, но мощная тойота на низких передачах демонстрирует чудеса техники, выезжая из густой вязкой лужи.
Скривившись, Вениамин выключил магнитолу.
– А нам долго еще ехать? – улыбнулась я таможеннику.
Мужчина, ничего не ответив, продолжил вести автомобиль, сосредоточенно глядя на дорогу, будто боялся проехать на красный или задавить пешехода, хотя, объективно рассуждая, откуда и тем и другим взяться в чистом поле?
– Давай только не шоколадный, а какой-нибудь пломбирный… с клубникой…
– Ты заигралась, Женева, – оборвал меня Гусь.
От одной его фразы органы внутри меня стали стремительно покрываться толстым слоем льда.
– Я ведь действительно полюбил тебя, маленькая обманщица. Как никого и никогда в жизни. Мне даже нравились твои шпионские игры. За ними было весьма забавно наблюдать. Но твоя самоотверженность, твоя преданность родине, самопожертвование и мужество воистину покорили такого закоренелого циника, как я.
Господи, ушам своим не верю!
От ошеломительного признания у меня сам собой открылся рот, а глаза в буквальном смысле полезли на лоб. Мельком взглянув на меня, Вениамин громко и весело рассмеялся.
– Что ты так смотришь, девочка?! Неужели ты и вправду думала, что такой маленькой несмышленой лисичке удастся обвести вокруг пальца самого меня? О, милая… Нельзя быть такой наивной. Тем более людям твоей профессии.
Что ж, игры кончились. Можно прекращать корчить из себя идиотку. Жаль, нет возможности позвонить Руслану, чтоб и он послушал наш диалог.
– Ты никогда не был целью, Вениамин. Ты неучтенная переменная. Статистическая погрешность. Ошибка в плане. Просчет.
– Или судьба, - самодовольно ухмыльнулся он.
– Ха! Судьба – это то, что мы столкнулись с Егором, - ответила я на ремарку Гуся, отчего улыбка тотчас сползла с его лица, - Но вот встреча с тобой была явно не случайна… И что бы ты сейчас ни говорил, мы оба знаем – сам ты бы меня ни за что не раскусил. Я видела твой горящий взгляд. Я чувствовала твое безумие. Остается лишь один вариант – меня сдали. Сдали еще до того, как мы встретились.
– Что ж, ты права. Среди товарных девочек всегда есть парочка подсадных. Она из них как раз и отметила твое странное поведение. Не свойственное, скажем так. А дальше… Дальше ты вывела нас на некоторых наших крыс, сдав при этом и саму себя. И я действительно планировал просто избавиться от тебя. Пока не увидел.