Чтение онлайн

— Иными словами, ты затеваешь масштабную космическую войну.

— Мой план изначально сродни твоему — акция устрашения. Я рассчитывал, что он отступит без боя. Уступит власть. Тем более что переходом теперь владеют абсолютно все. Но начались утечки. Я много раз отлавливал доклады контролеров, заподозривших неладное. Потом их стало слишком много. Тайна могла вот-вот раскрыться, а я был не готов. Совсем немного, но не готов. И я решил отвлечь внимание, устроив провокацию с Хотосом.

— Это сделал ты?

— Да. Хотосиане помешаны на свободе, «Оготор» с радостью согласился стать первым.

— А Земля?

Палон наклонился вперед в кресле.

— Я скажу правду, Рэн, но она тебе не понравится. Мне нужна была история с курьерами, чтобы вы бросились ловить их и ослабили бдительность в других областях.

— Среди курьеров были дети!

— Я не выбирал их, — покачал головой Палон. — У меня есть доверенное лицо в преступном мире, он нашел мне курьеров. Дети, с его точки зрения, подходят лучше всего — их трудно заподозрить. А Землю я выбрал по двум причинам. Во-первых, знал, что там легко смогу подкупить работника «Звездного Моста» — особенности менталитета. Во-вторых… я хотел избавиться от тебя.

Рэн остановился. С интересом поглядел на старого контролера.

— Вот как? Чем же я навлек твое неудовольствие?

— Ты опасен, Рэн. Ты и сам не знаешь, насколько опасен. В случае победы я легко подчинил бы себе других Глав — мне известны их слабые места, я знаю, куда нажать. Недостатки, достоинства, неважно — человечность Оника такой же признак слабости, как жестокость Сей-Тао и похотливость Эски. Я знаю каждого, каждым могу легко управлять. С тобой все хуже. Ты, со своей отстраненной преданностью, мог доставить мне проблемы, а слабостей, на которых можно сыграть, я не нашел.

— Я не считал себя человеком без слабостей.

— Ты равнодушен к деньгам и власти, тебе не нужны слава и удовольствия, ты одинаково брезгуешь и женщинами, и мужчинами. Ты служишь из чувства долга, а не ради выгоды. Ты обо всех заботишься и никого не любишь. Такие, как ты — опасны. И ты мог сам в этом убедиться.

— Как?

— Это твои подчиненные обнаружили мои тайные ангары, Рэн. На Земле, Оте и Рацойти. Остальные попались на мою удочку с курьерами, но не ты. Все, что мне оставалось — добавить к списку Айгорн, чтобы гарантированно избавиться от тебя. Но я просчитался. Мой соперник решил поискать меня в твоей памяти — и нашел, что ты невиновен.

— А теперь ты рассказываешь обо всем этом мне? Зачем?

— Затем, что предпочитаю видеть тебя на своей стороне. Мне нужна твоя помощь, Рэн. Раньше это казалось невозможным, но не теперь. Я не знал, что так выйдет. Мой соперник свихнулся. Пятьсот лет в недрах машины убили в нем все человеческое, и теперь он готов уничтожить пять миров. Поэтому… Рэн, если придется сражаться — мы сделаем это. Его нужно остановить. А теперь скажи, ты поддержишь меня?

Рэн замер у книжных полок. Задумчиво провел пальцами вдоль темных корешков с незнакомыми полустертыми буквами. Странная причуда — хранить на звездолете бумажные книги. Поддержать Палона…

Книжные корешки на ощупь казались теплыми и слегка неровными. Рэн не сразу понял, что это настоящая, очень старая, кожа. Поддержать Палона? Этот человек — преступник. Он виновен так же, как тот, другой. Он не смущался, рассказывая Рэну, как замышлял его смерть, как ставил ловушки. Но — Палон единственная альтернатива «Звездному Мосту». Единственная надежда Ота, Рацойти, Хотоса, Земли… Айгорна. Если бы хоть раз еще вдохнуть его песок!

— Прежде чем ты решишь, — негромко сказал Палон, — я хочу, чтобы ты знал. Оник мертв. Я в ответе за его смерть, несмотря на то что не хотел ее.

Рэну словно холодной рукой сдавило сердце. Он предчувствовал, он знал.

— Как это произошло?

— Оник хотел принести технологию своей родине. И случайно попал в строительный ангар флота на Окиране. Его приняли за меня и впустили туда… А когда поняли ошибку, запаниковали. Оник тоже. Мои люди клянутся, что он первым открыл огонь.

«И его убили».

Рэн обернулся. Палон смотрел с печалью.

— Мне нравился этот мальчик, я не желал его смерти. Это не снимает с меня ответственности. Я знаю, вы сдружились… Мне жаль, Рэн.

— Мы не были друзьями, — тяжело произнес Рэн. — Но могли бы стать… Теперь не станем.

— Мне жаль.

— А Марина?

— Женщина с Земли? Когда я понял, откуда у вас программа, я велел своим людям искать ее, тебя и мальчика-курьера. Нашли только тебя. Она побывала на шести планетах четвертого сектора, везде раздавая технологию от твоего имени. Потом исчезла. Мальчик тоже как в воду канул.

Рэн зажмурился на мгновение: скорее всего, их обоих, как и Оника, уже не было в живых. Две напрасные жертвы его, Рэна, непоправимой глупости. Боль и вина вечно будут преследовать его. Еще одна боль, еще одна вина. Но — не время оплакивать погибших, сейчас, когда смерть висит над миллиардами. Он решительно взглянул Палону в лицо.

— Что случится в случае твоей победы, Палон? Где гарантия, что ты станешь лучшим правителем?

Тот ответил прямым взглядом.

— Я рассказал тебе все без утайки и предлагаю все возможности, какими владею сам. Если я пойду по стопам моего соперника, ты меня остановишь.

Секунды текли медленнее часов, Палон не торопил его с решением. Рэн еще немного помедлил.

— Хорошо. Я поддержу тебя, Палон, ради Айгорна и других планет.

— Спасибо, — просто ответил старик.

— Ты все еще пользуешься тем складом?

— Нет. Мой соперник не мог мне этого позволить. Он забрал, сколько сумел, и уничтожил астероид. Я владею лишь тем, что успел взять. Но это немало. Я покажу тебе.

— Скажи, Палон… Если не вы, то кто заселил Галактику? Кто рассеял человечество на планетах?

— Я не знаю, Рэн, — признался старый контролер. — Действительно, не знаю. В хранилище информации астероида не было об этом ни слова.

— Мне знаком этот рисунок созвездий, — удивленно сказал Рэн. — Это мой сектор!

Палон обернулся. Смотровой балкон опоясывал прозрачный купол корабля, ряды ступенек тянулись вниз. Стоя на балконе, словно морские капитаны на мостике, они вместе наблюдали за выходом в обычный космос.

— Ты был хорошим Главой, — одобрительно заметил Палон. — Определишь точное местоположение?

Рэн подумал.

— Тонас, — уверенно сказал он.

— Верно. А ты знаешь, что один из спутников Тонаса — полый?

— Нет. Палон, ты не шутишь? Естественный спутник не может быть полым.