Чтение онлайн

Отогнать ее в сыскную контору должен был уже другой человек.

Размахивая сумкой, он обошел стоянку автомобилей, под молотящее в висках сердце сделал семьдесят пять шагов - почти половину пути к двери подъезда - и, наклонившись, принялся завязывать вовсе не развязавшийся шнурок. Кровь прилила к голове, и он на время оглох. Но он ничего и не хотел услышать. Самым страшным сейчас мог стать выстрел, но Дегтярь мало верил в то, что Марченко - хороший стрелок. Он, конечно, мог нанять и снайпера. Но если бы нанял, то не шлялся бы сам по его двору.

Сыщик разогнулся и с удивлением обнаружил, что слух вернулся, а глаза стали видеть хуже. Словно страх был жидкостью и по очереди переливался по голове. В глазах посветлело, и Дегтярь с ухмылкой подумал, куда же теперь делся страх. Не в затылок ли?

Что-то уж больно там потяжелело.

После дождя, хлеставшего все утро, двор напоминал парилку. Казалось, что под ногами не асфальт, а болотная корка. И парит из-под нее так, что отваливается затылок и пот можно собирать в тюбики и продавать как клей.

– "Дошел", - удивился сыщик тому, что все-таки взялся за ручку двери подъезда и ничего не произошло. Небо не рухнуло на город и все так же нудно ныла в чьем-то радиоприемнике певичка, а тень под козырьком подъезда пахла мокрыми половыми тряпками.

Не став повторять путь Каракурта, он поднялся на свой этаж на лифте. Захлопнул за спиной дверь квартиры и облегчения не ощутил. Ни в душе, ни на теле. Московский полдень, не встретив сопротивления, волнами втекал через разбитое окно кухни в квартиру.

– Ты где?
– спросил он Каракурта.

– В комнате. Как сказали. Там это... на кухне у вас стекло разбито... Осколки...

– Знаю.

При его появлении Каракурт по-солдатски резво вскочил с дивана. У него опять были расширенные зрачки и оттого чудилось, что само появление Дегтяря вызвало у него удивление.

– Опять?
– посерел лицом сыщик.

– Что?

– Опять укололся? Где шприц?

– Никоим разом, гражданин начальник!
– протянул для досмотра обе руки Каракурт.

Только в самый мощный микроскоп на их венах можно было бы отыскать свежий укол. До того там все наслоилось друг на друга: красно-синие точки на сине-красные гематомы, а сине-красные гематомы на красно-синие точки.

– Я же просил!
– швырнул сыщик сумку с рацией на диван.
– Ты должен быть в полной форме! А ты...

– А я и так в форме. Хотите одним ударом дверь вот в этом шкафу развалю? Хотите?

– Не надо.

Дверь была резная, с накладками из трехслойной фанеры. Дверь смотрелась дороже, чем кулаки Каракурта.

– А что я у вас делать буду?
– поинтересовался бывший чемпион страны по каратэ-до.

– Жить.

– Серьезно?

– Более чем.

– Вместе с вами?

– Нет... Я буду жить у тебя, - раздраженно сказал Дегтярь и, плечом задев Каракурта, прошел к окну.

– Это как обмен фатерами?

– Примерно... На пару дней, - изучая двор через щель между шторами, недовольно ответил Дегтярь.

– А что я здесь буду делать?

– Жить, родной мой, жить... И быть в готовности...

– То есть?

– Эту квартиру прийдут грабить, - сходу придумал сыщик.

– Серьезно?

К расширенным зрачкам Каракурта в обрамление добавились округлившиеся глаза. Они делали его почти киношным красавцем. Даже

худоба - резко очерченные верхние скулы и провалившиеся щеки - ничего не портила. Наоборот, придавала антураж пресыщенности, утомленности от жизни, чем всегда отличались матерые любовники, самые популярные у женской части человечества киногерои.

Раздернув шторы, Дегтярь вышел на балкон, постоял на нем, цепко держась за перила и самому себе оттого напоминая капитана пиратского корабля на ходовом мостике. Его лицо было стопроцентным эквивалентом скуки. Тот, кто взглянул бы на него сейчас, никогда не подумал бы, что именно в этот момент глаза сыщика лихорадочно ищут в окнах домов напротив, в стеклах припаркованных машин, в ветвях деревьев хоть что-то подозрительное.

– Ну ладно, - сдался Дегтярь и вернулся в зал.

Каракурт вновь встал. До этого он сидел и смотрел в черный экран телевизора на свое изображение. Получилось похоже, как будто это именно его показывают по первому каналу, хотя его еще ни разу в жизни не показывали по телевизору. Даже когда он стал чемпионом страны по каратэ-до.

– Значит, так, - обернулся к окну Дегтярь.
– Шторы до вечера не задергивай. Запомнил?

– Да, - чуть не сказал "Ага" Каракурт.

– Начнет темнеть - зажжешь свет. Запомнил?

– Ну а как же иначе!.. Когда темно, свет - первое дело...

– Телевизор можешь смотреть, но без звука. Ты немые фильмы когда-нибудь видел?

– А как же! Чарли Чаплин... Бастер Китон...

– Значит, не впервой... На телефонные звонки не отвечай.

– Вообще?

– Я что, не ясно сказал?!
– показал острые белые зубы сыщик.

– Ну все, врубился... Зазвонит - не подхожу...

– Около полуночи выключишь свет. Но спать нельзя.

– А если...

– Никаких если! Нельзя - и точка!.. Ночью квартиру прийдут грабить. Ты должен ему...

– Вы же сказали - "прийдут"... Так он один будет или...

– Один. Не перебивай! Прийдет один. Скорее всего, он вскроет дверь. Твоя задача состоит в том, чтобы задержать его... А если... Если окажет сопротивление, можешь его убить...

Бледное лицо Каракурта стало малиновым. Еще ни разу сыщик не видел, чтобы в наркомане с подобным стажем сохранилось столько крови.

– Чего ты испугался?.. На тебе уже есть один труп. Или напомнить органам, чтоб взялись за пересмотр дела?

– Не... не надо, - еле слышно ответил Каракурт.

– Ну и молодец! А теперь держи орудие самозащиты...

Из холщовой сумки Дегтярь выудил пластиковую рукоятку ножа, нажатием кнопки выщелкнул лезвие, внимательно изучил мелкие острые зубчики с одной стороны заточки и протянул финку Каракурту.

– Можешь лезвие назад не загонять. Так стремнее...

– Я... ясно...

– Задачу еще раз повторить?

– Да чего уж тут!.. А это... обязательно его нужно того...насмерть?

– Сам увидишь. Скорее всего, будет как у гладиаторов. Либо ты его, либо он тебя.