Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Ворожи, кукушка, жизнь
Шрифт:

Напишу другую жизнь…

Напишу другую жизнь,Может счастье в ней найдется.И уже чужой капризЗлобой к нам не обернется.Пусть любовь творит добро,Милость не для подаянья,И не станет сереброНи клеймом, ни наказаньем.Где найти мне эту грань:Слов, созвучий и понятий,Чтобы не наделать ран,Отойти от заклинаний.И смиренно все принять, —Жертву или наказанье.И покорностью пленятьВозрожденное сознанье.ГрехОт соблазна, от грехаРубануть себя по пальцу:Отец Сергий, кровь монаха,Это тоже ведь пыльца.И всех кровью обагряя,Понимаешь, повторяя, —Ты, красивая, грешна!..Да и я все так же грешен,Буду же в аду подвешенЗа железные крюка.Ах, ну как мы все телесны:Все фантазии известны,И воображение рисует,Как красавица даруетНам любовь. И до концаНет прелестнее лица.И, призвав на помощь Бога,Рубанул – туда дорога! —Лишь бы грех не повторить,Чашу всю до дна испить:Мук, страданий и венца;И уносят от крыльцаСани, – дух соблазна и потехи…Отец Сергий на коленяхПросит миловать Творца.

Тень грифона

– Караул, – кричали мыши, —Нас лишают нашей крыши.Было сытно и удобно,Модно было, гардеробно,А теперь искать еду,За предложенную мзду.Кто лишил норы, комфорта,Разрывается аортаОт такого беспредела, —Надоело, надоело!..Царь зверей все это слышалИ сказал он так о мышах:Я хоть Царь и даже Лев,Не позволю этот блеф,Всем питаться надо разно,Может, и разнообразно,Только мясо надо Льву,За него мышей порву.Лапой утвердил указ,Чтобы не было проказ.Мыши все объединились,Затаились, растворились.И давай писать малявыИ Медведю, и Орлу:Лев зарвался, жизни нет;И не мил нам белый свет.Просим помощи закона,Добежим и до Грифона.Мишка всех зверей созвалИ примерно так сказал:Лев, конечно, царь зверей,Но глупее медведей.Посему совет наш долженРазобраться с мерзкой рожей.На преступный сей УказЕсть устав и есть приказ!– Отстранить Царя зверей,Чтобы не было страстей.Мыши хлопали, плясали, —Все сандали истрепали,Но пришел соседский Кот,Мыши все закрыли рот.Потом ночью тихо смылиВсех в речной водоворот.И проста мораль как крона;Поступь слышится Грифона.

Открытия безумий

Так будет сердце умиратьПод грузом мелочным, в заботах:Тогда б забыть все и не знать, —Души – привольного полета.Но жизнь твориться, в этом суть, —Порвать досужесть окруженья,Освободиться и вернутьБезумие свободного паденья.И только этим жить пора,Отбросив вымыслы суждений,Сиюминутное вчераВновь станет божеством творений.

О, этот дивный дар небес…

О, этот дивный дар небес,Когда созвучий льется слово,Когда взаимный интерес,Снимает с тайны все покровы.Умолкни слабость, пусть порывВ доспехи силы облачится.И сердце бьется на разрыв, —Душа ликует и смеется.И все в гармонии святойСплелось в каком-то очищенье:И ты взлетишь над маятой,Благословляя день последний.И жалость улетает прочь,Мир для тебя раскрыл объятья —И красотой пленяет ночь,Встречая в подвенечном платье.Блистая, пролетят миры,Душа давно уже смирилась:И за небесные дарыВ безмолвии своем молилась.

Мне дай напиться жизни, Боже…

Мне дай напиться жизни, Боже,Любви напиться, тишины.И падают с берез сережки,По-бабьи, плачущей весны.И взаперти, закрыв все двери,Предаться ремеслу:Писать и думать, что потериТеперь я выплесну.А за лесами, за доламиБольшая жизнь.И не узнать, что там за граньюС грешными.Ну, а пока, дай силы, Боже,Все превозмочь.Напиться тишины… И все же, —Ужасна ночь.

По светлому полю…

По светлому полюВ край синих ночей,Искать свою долюВ огарках свечей.Что, кто-то пророчитИз мрака и мглы,И синие очиНа лике луны.Куда же все мчитсяВ белесой дали?!Веков небылицыКолосья несли.

Зимние сны

Ах, это сказочное чудо:Снега, снега, снега…И деревенская запруда;Под шапкой снежною стога.И треск, сломавшейся березы,Нарушит эту тишину,Испуганно заблеют козыВ заснеженном лесном плену.И птица вскрикнет и замолкнет,В сугробах белых все заснет,А ночью в чаще кто-то стонет,Потом в печной трубе поет.

Золотой листопад

Где та грань,За которой распадЧеловеческих душ?!.Где та грань,За которой ПилатНе увидел Христа и венца?Где та грань,За которой не слышно кликуш,Где та грань,За которой не видно конца?!.Ничего нет, лишь только молитвы Христу,И останется Церковь, да пенье псалмов.Ничего нет святого. КрестуПоклонюсь в молитве без слов.Ах, святые отцы, как же так, —Счастье призрачно, все здесь грешно.И, отдав свою душу за медный пятак,Ищем мы золотое руно.Где та грань, за которой распад,Мне верните покой и пенье синиц,Но метет золотой листопад,Засыпая быль прежних страниц.Помолюсь, поклонюсь, оглянусь, —Мне прошедшего больше не жаль.И живу, и люблю, и учусь, —Укрощать холодный мистраль.Что же там,За последней чертой,Что же там,Где созвездья и мрак, —И все ищетРыцарь скупойЗолотые своиВ сундуках.Что же там,Куда не возьмешь:Злато, тряпки,Леса и поля,Но купилисьЗа медный грош,Когда нас приняла земля.Ничего нет, лишь только молитвы Христу,И останется Церковь да пенье псалмов.Ничего нет святого. КрестуПоклонюсь в молитве без слов.

Королева пятиэтажки

В изумрудных босоножках,Платье в белый горошек,На королеву пятиэтажкиС завистью смотрят из черных окошек.У ясеня с раскидистой кронойДелает селфи, выставив ножку.Накрывшись зеленой короной,Превратилась в сороконожку.И, оголив коленки,Вдруг обернулась игриво,И пригвоздила к стенкеВсех, улыбнувшись счастливо.Потом долго стояла,Зная, не будет поблажки,А над головою сиялаКорона королевы пятиэтажки.

Умножится все подобным…

Умножится все подобным,Не заполняя пустот,И веет мраком холоднымВетер, с черных высот.Небесная кара близко, —Не так, что в доме моем?..О, Боже, запискаНа алтаре Твоем.Сколько пустых желаний:Мне все их надо забыть,Случайных встреч и слияний,Которые трудно постичь.Смириться, – шептала совесть,Гордыня – жестокий зверь…Страшная эта повестьГлупых потерь.Не упаду от усталости —Другой жизни мне не дано:И рад самой малой малости,Забыв, что было давно.

Ночные сны

Все спят. И улетели прочьИ голоса, и крики птицы,И светом, наполняя ночь,Летят к земле зарницы.И август запылил листвой,И тихо шепчется осинник.В росе прохладной, луговойК траве прильнул пустырник.И льдинка светлая луныРастаяла, спустившись к бору,Забылись все ночные сныИ спрятались за штору.

Клавиши любви

Ну вот и все: остановилась жизнь.И телефон молчит, так мне надоедавший,И голуби, усевшись на карниз,Играют на одной из клавиш.Самозабвенно мучат нас,Заблудшие в потемках души.Харона призрачный баркасВсе ищет для причала сушу.В разноголосице однаЗвучит мелодия под крышей,И жизнь становится полна,Когда ты это слышишь.Так пусть мелодия летит, —И не смолкает, —И души разрывает ритм:Любовь на клавишах играет.
Поделиться с друзьями: