Восемь Дней
Шрифт:
— Кому ты это рассказывала?
— Пыталась маме, но… — она тяжело вздохнула. — Писала в дневник и друзьям в интернете.
— Ты искала выход и хотела сберечь себя. Даже несмотря на то, что, не получала внимания и поддержки от самого близкого человека. Но сейчас, когда появился другой вариант, как ещё один выход из ситуации, тебя это испугало, ты боишься довериться? — Хитоми кивнула. — Но неуважение к тебе, игнорирование, а также нарушение личных границ, которые доставляла тебе мать, привело к этому недоверию. Из которого выбираются сильнейшие, как ты. Обычно этим заблуждением являются — родители, плохие одноклассники или обидчики. Я предлагаю провести тебе небольшую практику. Готова поговорить с матерью?
— Она здесь? – испугалась Ньюман.
— Нет, — Розита встала и взяв стул у своего стола, поставила его напротив девушки. — Представь, что она сидит здесь, напротив тебя.
— Не могу, — внутри всё сжалось.
— Представь её такой, какой она была десять лет назад, будет легче. Скажи всё, что у тебя на душе.
Закрыв глаза и окунувшись в разум, она представила свою прекрасную, харизматичную и такую ухоженную маму в зелёном свитере и чёрной юбке. Она улыбалась и лишь склонила голову, словно осматривала Хитоми.
Девушка застыла.
Помня её такой, внутри всё сжалось, тянув тело к земле. Она схватилась за сердце и сжала комбинезон, чувствуя, как тепло рассеивалось вокруг нее. Маргарет облегал тёплый жёлтый свет с искрами, её внимание привлекла подвеска в виде сердца, которую ей когда-то дарил папа.
— Мама, — она коснулась её ног, не почувствовав ничего. — Я… — опустив голову, заметила капли на полу от слёз, которые незаметно катились по щекам. — Я благодарна тебе за нашу семью, за те прекрасные десять лет и… — вокруг так тихо, так светло, что Хитоми слышала стук своего сердца. Оно билось в такт часам на стене и в какой-то момент медленно стало уходить на задний план, пока вокруг всё потемнело. Как нехватка лет, месяцев и часов, также быстро она увидела мать в совершенно другом образе. Грязный халат был прожжен в некоторых местах от сигареты, волосы убраны резинкой в небрежный хвост, а лицо было опухшим и старым. Язвы по всему лицу и огромное облако дыма от сигареты охватывал Хитоми, вызывая сильнейшую паническую атаку. — Даже такой я тебя люблю… — чувствуя нужду в этих словах, Хитоми зажмурилась. — Я никогда не прощу тебе всю боль, что ты мне причинила. Не прощу твоё отношение ко мне, я… — остановилась, вспоминая в прошлом теплые объятия и яркий смех, который мог развеселить всех, а также запах… запах её карамельных духов… Она улыбнулась, сквозь гримасу отчаяния. — Я так скучаю… И хочу, чтобы ты вернулась.
Открыла глаза, Хитоми почувствовала руку Розиты на своём колене. Стул был пустым,без неё .
Ньюман быстро смахнула слёзы, отвернув лицо к окну.
— Слёзы и эмоции — это нормально, — прошептала женщина. — Никогда не держи в себе это. Доверься близкому.
— Это могут использовать против меня.
— Ты думаешь, что твоё отчаяние могут применить?
— Да. Так уже делали.
— Кто так делал? – Розита склонила голову.
— Отчим. Он любил упоминать отца, только в мёртвом ключе. Задевать меня за слёзы.
— Когда он появился в твоей жизни?
— Три года назад, — Хитоми сжала кулаки и вернула взгляд на психолога. — Мама нашла его где-то за городом, пропадала сначала с ним до поздней ночи, а вскоре он стал жить с нами.
— Он бил тебя?
— Нет. Мог замахнуться, — вспомнив последний инцидент в трейлере, девушка невольно дернулась. — Когда он был трезвый, часто спал. Я не знаю его трезвым, но знаю, что Сайман не плохой человек. Он, как и мама, потерял любимого человека и не справился. Я не думаю, что они любят друг друга, это скорее…
— Взаимная помощь.
— Да. Они похожи. Думаю, если бы их жизнь не повернулась таким образом, то они были бы счастливы.
— Ты безумно сильна, Хитоми. На сегодня хватит. Мы увидимся с тобой на следующей неделе, можешь подождать Алекса тут.
— Спасибо, я пойду на улицу.
Выйдя из кабинета, Ньюман остановилась в коридоре, уставившись на свои колени, которые непослушно дрожали. Прохладный ветер прошёлся по телу, вызывая мурашки на спине — будто напоминание о реальности, которая больше не казалась ей родной.
Хитоми заметила открытый общий балкон. Он словно магнитом потянул её к себе — тихий, пустой, манящий своей безмолвной высотой.
Страх за себя и своё состояние сейчас не помешал выйти на него. Она шагнула вперёд, вдыхая холодный воздух, и остановилась у перил. С десятого этажа мир казался крошечным, далёким, почти нереальным. Хитоми смотрела вниз, судорожно перебирая в голове все воспоминания, которые только что разбирала с психологом: обрывки фраз, давние обиды, чувство одиночества, которое преследовало её годами.
Схватившись за балку выше, она почувствовала, как горло запершило с дикой болью — то ли от страха, то ли от горечи и отчаяния, скопившихся внутри. Но вместо паники пришло странное спокойствие.
Абсолютно не боясь высоты, Хитоми слегка свешивалась над перилами, отходила назад и снова приближалась. В этом движении было что-то ритуальное, почти детское — будто она проверяла границы своего страха, искала точку опоры в хаосе чувств.
— Это мой шанс, — девушка будто уговаривала себя, смотря на океан вдали. Била себя по голове, чувствуя, как истерика подходила всё ближе.
«Кому ты нужна, своей маме?» — примчался в голове голос Саймана, добивая желание спрыгнуть.
Хитоми скатилась по стене, чувствуя ответственность за людей, которые её ждут, маялась и хватала волосы на голове. И лишь резким движением вскочила, подойдя к перилам в плотную.
— Отойди оттуда, — раздался грубый голос сзади. Хитоми развернула голову в сторону звука, заметив Алекса у входа на балкон. Он видел этот ужасный взгляд Ньюман, и сердце заболело. — Хитоми… — он вышел к ней держа ладони впереди.
— Уходи!
— Что ты, черт возьми, хочешь сделать?! — на солнце её глаза, словно два рубина, блестели сильнее обычного. Он не видел слёз, только задурманенный вид Ньюман и остатки жизни в глазах. Это походило на бешенный и необдуманный поступок, что пугало ещё больше.
— Я больше не хочу тут быть…
— Я понимаю, правда…
— Да что ты понимаешь? Я тут никому не нужна! — пока она кричала, Алекс поспевал делать маленькие шаги в её сторону, чтобы схватить за руку. Эмоциональная Хитоми размахивала руками и истерично продолжала кричать то ли на себя, то ли на Алекса. — Я хочу сдохнуть! Я хочу забыть свою жизнь и…
— Ты несешь полную чушь и совершишь эгоистичный поступок по отношению к нам!
— А ты не совершил эгоистичный поступок, когда спас никчёмную меня, а?! Кому я нужна?! Кому нужна больная Хитомия Ньюман, если я…
Она не успела сказать больше и слова, Алекс схватил её за лямки комбинезона и силой прижал к стене. Сдавив шею девушки одной рукой, а второй держал её руки.
— Ты идиотка. Хитоми! Саша ждёт тебя в низу, она хотела провести с тобой сегодня вечер! О представь её удивление, когда она бы узнала, что ты спрыгнула с крыши с другой стороны здания!!! — от его слов, подборок брюнетки задрожал, она увела взгляд, пытаясь не смотреть на него. Но Алекс сжимал лишь сильнее её тело, а зверский оскал до жути пугал. Казалось, что ещё секунда и он скинет её от сюда уже сам. — Я готов убить тебя, прямо сейчас! Готов забросить всё это, раз ты подрываешь моё доверие, когда меня нет рядом! А если бы я… Если я поднялся позже?! Да я прыгнул вслед за тобой, дура!