Восход дракона
Шрифт:
— Значит, она наблюдает, как ее мать болеет? — прошептала Серена. Она была в ужасе. Она импульсивно потянулась, чтобы обнять девочку, но девочка только отвернулась от нее и уткнулась лицом в грязное, пропитанное потом платье матери. Серена подняла мать, чтобы Матрона Айя дала ей лекарство, и на этот раз она не прошептала ни слова утешения. На ее щеках уже были слезы, и она знала, что не сможет сохранить ровный голос, если заговорит.
Она работала, переходя от кровати к кровати, пока не кончилось лекарство.
— Ваше Выс… моя госпожа, — обеспокоенно сказал ей Йона. — Прошла большая часть дня. Мы должны вернуться.
Серена вытерла лоб. Она качалась на ногах. Йона был прав. Утренний свет, косо падавший в окна, исчез, и она ужасно хотела есть. Как долго они были здесь?
Она снова покачнулась, и рука на ее локте поддержала ее.
— Садитесь, принцесса, — сказал ей голос.
Слишком уставшая, чтобы сразу заметить титул, Серена села. Только когда хозяин голоса вернулся с чашкой воды, она поняла, что это брат Рафаэль. Она остановилась, чашка с водой была на полпути ко рту, и, к своему разочарованию, она почувствовала, как покраснели ее щеки.
Он не сказал об этом. Он сидел на корточках у ее стула и выглядел довольным, но не самодовольным.
— Вы пришли, — сказал он ей. — Матрона Айя сказала мне, что вы весь день ухаживали за этими людьми.
— Да, — к своему стыду, Серена почувствовала, как к горлу подступает всхлип. — Их так много, — сказала она. — Мы ухаживали за десятками, но их слишком много, чтобы заботиться обо всех. А как же город? Здесь дети, наблюдающие, как их родители… — она прижала руку ко рту, прежде чем успела произнести слово «умирают».
Брат Рафаэль кивнул.
— Как такое могло произойти? — спросила Серена. Она знала, что он священник, и ей не хотелось богохульствовать, но в ней возникал вопрос: как мог Просвещенный Бог допустить такое?
— Так устроен мир, — серьезно сказал брат Рафаэль. — Такая несправедливость, такая боль приходят ко всем. Дать простую причину значило бы соврать. Все, что я знаю, это то, что Просвещенный Бог хочет, чтобы мы использовали наши таланты, чтобы облегчить эти страдания. Это так. Как иначе?
Серена посмотрела на свои колени.
«Я думала не так», — подумала она, и ей стало очень стыдно. Если бы она вышла в город, то знала бы, что все так плохо. Она была бы более настойчивой в своих усилиях по борьбе с чумой. Вместо этого она рассматривала это как политическую загадку.
Брат Рафаэль взял ее за руку и помог встать. Это было неприлично, но Серена не была уверена, что сможет стоять самостоятельно, не шатаясь. Она как раз собиралась спросить, можно ли ей что-нибудь поесть, когда брат Рафаэль сказал собравшимся:
— Все вы здесь, вы должны знать, кто сегодня ухаживал за вами.
Многие взгляды упали на Серену, и ужас наполнил ее грудь. Она покачала головой, глядя на Рафаэля. Нет.
— Они должны знать, — сказал он ей. Он говорил ласково, но твердо. — Это принцесса Серена, которая сама пришла позаботиться о вас.
Внезапно раздался ропот, и Серена увидела, что Йона в панике разглядывает комнату. Он согласился на это только потому, что она пообещала ему, что никто не узнает, кто она.
— Она принесла вам лекарство, которое было отправлено королевской семье, — сказал им Рафаэль. Его карие глаза были теплыми. — Когда я спросил ее, видела ли она, как обстоят дела в городе, она сказала, что нет, поэтому она пришла увидеть всех вас.
Он посмотрел на Серену, и она поняла, что он хотел, чтобы она тоже заговорила с ними. Она тревожно кашлянула и подумала, что ее отец очень рассердится. Но ее отец уже умер, и Стефана больше не было. Лука собирался стать королем, и он хотел вылечить чуму не меньше нее.
Она знала, что не может говорить о политических проблемах, которые привели их сюда. Она хотела только дать этим людям надежду, потому что их отчаяние съедало их почти так же сильно, как болезнь.
— Последние недели были тяжелыми, — сказала им Серена. — Казалось, у чумы нет конца и нет лекарства. У вас было два короля, а теперь у вас есть третий — мой брат Лука. Он вернулся с армией, и на улицах начались бои. Вы гадаете, в безопасности ли вы. Возможно, вы задаетесь вопросом, не покинул ли вас Просвещенный Бог. Клянусь, ваши правители думают о вас каждый день. Лекарство, которое я принесла сегодня, было изготовлено лучшими врачами Зантоса и Эсталы. Два мира работают вместе, чтобы мы могли вылечить вас и принести покой в мир. Принц Лука, который скоро станет вашим королем, каждый день работает со своим советом, чтобы вы снова выздоровели и процветали. Я рада, что встретила вас сегодня. Я рада, что увидела город, а не только дворец. Я — ваша принцесса. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы убедиться, что у каждого из вас есть лекарства, и что вы скоро сможете вернуться домой к своим семьям.
Некоторые люди плакали. Другие потянулись к Серене, чтобы взять ее за руки. Она прикасалась к ним, пробормотала слова утешения, а затем позволила брату Рафаэлю и Йоне увести ее в замок.
— Это больница, в которой вы работаете? — наконец, спросила она брата Рафаэля.
— Нет, — признал он. — Но это одна из самых известных больниц, и когда я узнал, что вы пропали, я подумал, не там ли вы находитесь. Я пришел один. Ваш брат очень беспокоился о вас.
— Я в порядке, — раздраженно сказала Серена.
Брат Рафаэль улыбнулся.
— Вы думали, что я пойду в больницу? — спросила она мгновение спустя. Они прошли через ворота, и она с любопытством взглянула на него. — Я не думала, что вы хорошо обо мне думаете.
Его улыбка была такой теплой, что на мгновение она забыла, что во дворе есть кто-то еще.
— Наоборот, принцесса. Я очень хорошо о вас думаю, — пробормотал он. Затем выражение его лица стало отстраненным, и он вежливо поклонился ей. — Увидимся завтра на встрече с лордом Тинианом, — сказал он ей и ушел, не сказав больше ни слова, оставив Серену смотреть ему вслед.
15
Лука
Лука прохаживался в одном из садов, когда лорд Тиниан нашел его. Был уже закат, и Лука бродил по незнакомым тропинкам. Это был один из личных садов его отца — один из личных садов короля, напомнил он себе, а это значит, что скоро он станет его, — и он никогда не приходил сюда, когда был маленьким.
Он хотел пойти в свои любимые сады возле тронного зала, но боялся увидеть Реву, боялся вспомнить их детские игры среди цветов. Он боялся, что мог не увидеть ее.
Он пошел за ней прошлой ночью, но подумал, что она может устроить сцену, если он будет настаивать на разговоре с ней. Сегодня утром, когда он послал стражу, чтобы узнать, не хочет ли она поужинать с ним, он не получил ответа. Судя по всему, она не хотела открывать дверь своих покоев.
Она была права, разозлившись на него, и Лука знал это, но он также знал, что, если он не будет действовать быстро, чума поглотит всю Эсталу. Что она хотела, чтобы он сделал? Даже если он пошлет всех врачей в городе в Сады Аниоса, чтобы они использовали травы — на что потребуется время — людей не хватит, чтобы сделать достаточно лекарств, чтобы вылечить страну.