Чтение онлайн

Мы с сестрой, обомлевшие от осознания действительности, притаились, умостившись на диване в гостиной.

– Двадцать один год назад ваша мама заключила сделку. – Отец сглотнул образовавшийся ком горечи.

– Какую сделку? Вы должны денег? Мы переезжаем?

– Ох, если бы, Аврора! – мама подняла красные глаза. – Этот долг деньгами не оплатишь.

– Сделку с дьяволом, точнее, - закончил отец. – Благодаря этой сделке живы мы все. Если б не колдун, меня бы точно с вами не было. Леона не желала причинять никому зла, эта сделка стала случайностью. Тогда на наших землях развернулась война, которую мы бы абсолютно точно проиграли, если б не переманили мага на свою сторону.

– Пап, давайте ближе к делу. Что за опасность нам грозит? – я уже вдоволь наслушалась этих сказок, а родительская шизофрения начала прогрессировать вместе с появлением слёз.

– В день летнего солнцестояния темный маг придет за одной из вас.

Тишина повисла в воздухе. Все обдумывали услышанное, а я еле сдержала свое пренебрежительное цоканье.

– То есть маг заключил мир в обмен на девушку? И всё? У вас что там женщины в дефиците?

– Не простую девушку, а наследницу магии стихий. В этом мире нет магии, поэтому она не проявляется, но вы особенные дети, знайте это, - папа стрельнул взглядом в глаза Адриану, на что тот безропотно кивнул.

– Завтра утром мы летим на север. Вы спрячетесь в небольшом доме у озера. Я нашла местную ведунью, она не позволит войти магу в этот дом.

– На север? Далеко? Вот это новость! Туда, где летом снег?

– Да.

– Здорово! Я пошла собираться! – собрав пожитки в виде наушников и телефона, я быстро встала и направилась наверх.

– И я! – подхватила Аврора и потопала следом.

Некоторые теплые вещи пришлось вытаскивать из старых коробок с чердака. Ведь там, где жили мы, зима была не слишком морозной, а иногда обходилась без снега вовсе.

Родительская одержимость какими-то магами и колдунами в этот раз сыграла только на руку. Я все думала и гадала, как же быть с Артуром, как забыть все то, что произошло, но проблема решилась сама собой. Маленький отпуск в холодную стужу как нельзя лучше остудит голову и предоставит время на раздумья. С верным энтузиазмом, мы с Авророй занялись сборами и уже утром сидели на чемоданах раньше всех.

– Мам, расскажи, кто этот колдун и как он выглядит? – спросила Аврора, сидя в самолёте между мной и мамой.

Я заняла место у окна. Хлипкое крыло старого боинга периодически подтрясывало. Только мы покинули зону турбулентности, пребывание в которой отозвалось учащенным сердцебиением, как разговор о маге ещё более подогрел моё напряжение.

– Маг обманул меня, и не один раз. Я была наивной и глупой, совсем не ведала, что слова для темного колдовства это не пустой звук, а основа их магии. Они произносят заклинания, тогда как наша магия стихий живет в наших сердцах. Когда-то давно, вызвав колдуна на разговор, ибо первая большая битва унесла множество жизней, я опрометчиво предположила выгодный исход, но он расценил фразу как утверждение и запечатал сделку.

– А что ты сказала?

– Маг требовал смерти императора, но поскольку императором в то время был ваш отец, я отказалась и спросила другой вариант. Он попросил дочь. Тогда я поспешила узнать, если я отдам ему дочь, обещает ли он не участвовать в войне и оставить жизнь императору? Пообещал, но это и стало условием сделки, - мама загрустила и положила руку Авроре на колено.

– А как вообще выглядят маги? Наверное, высокие такие, седовласые, носят длинный плащ и посох с ярким камешком?

Я заметно расхохоталась, представив долговязого деда Мороза, которого описала Аврора.

– Нет, Аврора. Иногда он выглядит жутко и страшно, а иногда он очень красив и привлекателен.

Справа от мамы, в соседнем ряду, послышался папин наигранный кашель и показалось обиженное лицо.

– О, ну конечно, не такой красивый и привлекательный, как ваш папа! – мама широко улыбнулась, пропуская отцовскую ревность сквозь себя приятным чувством удовлетворения.

– И как он выглядит?

– Носит черную одежду, глаза заплывают черным туманом, а волосы полностью седые. На вид ему не больше двадцати пяти, хотя по моим подсчетам в этом году ему шестьсот шестьдесят шесть лет.

– О, Боже! – взволнованно повторила доверчивая Аврора.

– Это так эпично, прям как в кино! – не выдержал мой рот, и ядовито вклинился в разговор.

– Аделина, ты зря не веришь мне. Я вам тут не сказки рассказываю, а хочу, чтоб вы обе были бдительны! – мама нервно закусила губу, погружаясь в раздумья.

– Хорошо, допустим этот твой колдун доберется до одной из нас - что ему нужно? Какой план или курс выживания?

– Я не знаю, что ему нужно, но запомни, Адель, маг прежде человеком является, нежели отребьем.

– Ой, ма, когда ты начинаешь использовать такие словечки, кажется, что я попала в далёкое далёко! Ты можешь говорить на современном языке?

– Слова не имеют значения, главное смысл сказанного, - обиженные глаза мамы потупились вниз. – Если кого-то из вас настигнет злой рок, помните о магии стихий и то, что я вам рассказывала.

– Да, да, да. Мы все помним, - отвернулась я к окну и дернула заслонку иллюминатора.

***

В теплые штаны и куртки пришлось переодеваться прямо в туалете аэропорта, как только багаж оказался в руках.

Надежда на скорый отдых развеялась в прах, когда родители объявили, что до места назначения ещё шесть часов на автобусе, а потом минут тридцать на такси. Моему возмущению не было предела. Нервозность на пару с голодом играли с настроением и, по всей видимости, лютое негодование, увы, побеждало.

– Мам, мы очень устали, может переночуем где-то поблизости в отеле?

– Я не устал, - возразил Адриан, спокойно листая ленту пропущенных из-за перелета новостей.

– Да ты никогда не устаешь! А мы с Адель хотим отдохнуть! – умоляюще пролепетала Аврора.

Мама вытянула из чемодана пуховик и угги.

– Нет, у нас нет времени! До полуночи мы должны добраться к дому. Если опоздаем, то все наши усилия пройдут даром.

Холод с непривычки показался зверски обжигающим. Погода сияла благими намерениями, осветив путь закатным красным солнцем, уходящим за хрустящий покров из морозного снега, что сиял словно блестящий жёлтый глиттер. Мы тулились друг к дружке как замершие воробьи.