Чтение онлайн

– Да, но должно быть трудно жить здесь, когда рядом нет никого похожего на тебя.

– Определенно нет. Вы моя семья. В этом доме члены моей стаи.

Фанг отодвинулся, раздумывая над ее словами. Больше всего его интересовало, смогла бы Эйми чувствовать то же самое к нему. Любовь-это одно, но она уже выбрала себе семью. Очевидно, его любовь была недостаточно хороша. От этого ему стало еще хуже. Кроме того, даже если бы она согласилась, он все равно служил Торну, и у него не было души. На самом деле, он был не свободен. Что он мог предложить ей?

Эйми тихо постучалась в дверь в офис матери. После приглашения, она открыла дверь и увидела мать за компьютером. Николетт откинулась на стуле. Безупречная поза, утонченная и властная.

– Тебе что-то нужно?

Фанг. Но она прикусила язык, страх охватил ее. Ее мать проявила понимание незадолго до этого. Может так дальше и будет?

– Я хотела поговорить с тобой о Фанге.

Тень легла на лицо матери.

– Здесь не о чем говорить.

– Ты просила предупредить его.

– В качестве услуги, и чтобы восстановить справедливость. Дочь моя, ты знаешь, почему ты и он не должны впредь общаться.

Эйми с силой вцепилась в дверную ручку.

– А если я не могу жить без него?

– Ты поступишь так же, как поступаем все мы. Так велит твой долг. Чувства не имеют ничего общего с нашим выбором пары, и ты это знаешь. Посмотри на своего брата Алана. Он тоскует по любви? Нет, у него есть пара, и он научился быть счастливым.

– Я хочу быть счастливой, Maman.

Она окинула ее холодным взглядом.

– Твой долг сделает тебя счастливой. Поверь мне,ma chérie. (франц.
– моя дорогая) Со временем, когда ты поступишь, как тебе следует, Фанг будет забыт.

Эйми ни на секунду не поверила в это, но она не спорила. Ее мать не переубедить в этом.

– Очень хорошо, Maman.

Она открыла дверь и вышла.

И что я собираюсь делать? Она хотела послать свою семью и быть с ним. Но стоило ли это того?

Переместив себя наверх, она материализовалась в детской комнате, где младшие дети Алана спали в медвежьей форме. Это была просторная комната, где было искусственное дерево, чтобы они лазили по нему, а стены были разрисованы картинами леса. Эти двое свернулись вместе, как гигантские пуховые мячики, на толстом зеленом ковре вместо кровати. Один детеныш был коричневым, другой-черным. Такие прекрасные и сладкие, она обожала своих племянников. Эйми улеглась рядом с ними, подняла лапу Брюса и стала играть с его когтями, пока он спал. Она помнила, как так же лежала на своих братьях, пока была ребенком. Боль взорвалась у нее в груди, когда она вспомнила лицо Бастьена. Она очень скучала по своим братьям. Время не смогло облегчить боль и грусть. Это заставило ее задуматься, сможет ли она забыть Фанга. Или он тоже будет ее преследовать? И все же, смотря на детей Алана, она подумала, что ей стоило попробовать.

Если бы он не выполнил свой долг, у него не было бы таких прекрасных детей.

Если бы она выбрала Фанга, она была бы бездетной.

Волк и медведь никогда не смогут иметь детей.

Вы можете усыновить.

И это была правда.

Она любила Рена как свою семью, а Фанга еще больше. Но приемный ребенок никогда не унаследует ее место. Maman никогда не простит ее за это.

– Почему я должна выбирать?
– она задыхалась от слез. Почему она не могла найти своего единственного медведя, с кем можно было соединиться?
– Я так устала.

Вздохнув, она покинула племянников и пошла в свою комнату. Но с каждым шагом ей становилось все хуже.

Эли Блэкмор остановился позади Косетт, пока она общалась со своими духами. На коленях посреди комнаты, она находилась на черной ткани с пентаграммой и странным рисунком, написанным кровью. Она подняла руки вверх и заговорила на непонятном языке, а ее глаза закатились. Честно говоря, он ненавидел все это дерьмо, и его тошнило от запаха ее благовоний. Больше всего ему хотелось ударить по этому вуду алтарю, который стоял перед ней так, чтобы все разлетелось в щепки. Но это обидело бы ее. Итак он ждал, пока она танцевала и пела и все такое. Казалось, прошла вечность, когда она наконец остановилась и открыла глаза.

– Ну?
– спросил он.

– В их доме раскол. Дочь обещана волку.

Он скривился от отвращения. В тот самый момент он окончательно вынес решение против Пельтье. Как смели они быть такими лживыми.

– Это омерзительно.

– Для них нет.

– Поверь мне, это омерзительно. Но… - Он замолчал, когда мысли стали проноситься у него в голове.

– Но что?

Он рассмеялся над простотой плана, который окончательно уничтожит их всех.

– Медведица будет искать способ быть с ним.

– И?

Он сухо улыбнулся.

– Думаю, сейчас самое время, чтобы ты сварила одно из своих зелий.

Косетт засмеялась, когда наконец поняла его. Довольный собой, он сложил руки на груди. Совсем скоро эти паразиты исчезнут, и если он разыграет свои карты правильно, он так же уничтожит свою самую главную преграду. Волки, которые отобрали у его семьи место в Омегрионе.

 Фанг едва дышал, лежа на постели в форме волка. Плечо с клеймом адски жгло, хотелось содрать метку.

«Что со мной?»

Он метался, стараясь зарыться в бело-синее одеяло, словно это спасло бы от неимоверной боли. Его словно раздирало изнутри.

«И я как в фильме "Чужой", пытаюсь родить нечто чужеродное».

Любой звук оглушал чуткие волчьи уши. Стук каждого чужого сердца отдавался в голове молотком. Фанг хотел убить кого-нибудь. Запах бегущей по венам крови дразнил нос, маня и взывая.

«Если ты убьешь медведей, ты сможешь и забрать их силу и быть с Эйми… Что они сделали для тебя? Ничего. Они выкинули твоего брата и оставили его одного заботиться о себе и его паре. Им наплевать на всех вас. Отплати им за то, что они сделали с Вэйном и Реном. Смерть медведям…».

Волк нахмурился, вычленив незнакомый шепоток среди собственных разбегающихся мыслей у себя в голове. Он сходил с ума? Фанг начал трясти головой, пытаясь абстрагироваться от враждебного гнева. Что с ним такое? Он чувствовал себя пьяным, звуки отражались эхом вокруг, зрение затуманилось.

– Фанг?

Он услышал голос Эйми, когда она появилась в комнате. Свет, льющийся из окна, играл в светлых волосах. Она казалась лакомым кусочком, когда тени падали на ее кожу, подчеркивая черты прекрасного лица. Это напомнило ему их первую встречу в Санктуарии. Но сегодня ему не нужна была ее доброта. Демон внутри него хотел ее крови.

– Уходи, - прорычал он ей.

Фанг не хотел, чтобы Эйми находилась рядом, пока он не в состоянии контролировать ни себя, ни демона. Власть этой твари все росла и просачивалась через каждую клеточку тела, выливаясь в ярость и беспощадность. Он начал боятся самого себя. Фанг не представлял, сколько еще сможет сдерживать себя. Боги, спасите Эйми, если это вырвется наружу, пока она здесь. Чужая ненависть и желание причинять боль были как никогда яростным и требовательным.

«Не позволяй мне обидеть ее…»