Восход плохой луны
Шрифт:
– Сколько раз я говорил тебе не делать этой хрени!
– Их количество постоянно увеличивалось. Ты хотел быть следующим?
– Все зависит от того, сколько продлится эта боль в голове. Черт побери, женщина, просто снеси мне башку в следующий раз.
– Зик повертел головой.
– Не искушай меня.
Крутя головой, чтобы облегчить свою боль, Фанг поднялся и изучал черные птичьи тела вокруг них. Кровь обильно текла по тротуару, несколько еще дергались в смертельных конвульсиях. Он растворил свой клинок и перевел дыхание. Зик и Равенна повернулись к нему.
– Хорошая работа,- заметил Зик.
Фанг кивнул в знак согласия, продолжая изучать тела.
– Как это случилось?
Равенна потрепала его по груди, прямо у сердца.
– Приятель, внутри тебя Фрикс.
– Она показала на останки демонов.
– Им нужна его сила, а это значит, что если они убьют тебя, то получат твою и его силу. Ты Звезда Индии, малыш.
– Как они могут находиться здесь?
Зик вытянул руку и выпустил поток огня, который уничтожил тела.
– Они всегда были здесь. Ты просто никогда их не видел до твоего неудачного посещения их владений, после этого твои глаза открылись. Граница между нашим миром и их почти не охраняется, поэтому приходить и уходить не так уж трудно для таких видов, как эти.
Фанг сощурился, когда, наконец, понял.
– Так вы тоже Адские Гончие?
– Нет. Мы из хорошистов. – Зи оскорбительно выплюнул. А Фанг разве нет? На что это Зик намекал?
– Люди говорят на языке и я понимаю, а сейчас я растерян. В последний раз я был одним из хороших парней.
– Ты, может, и из хороших, но урод, на которого ты работаешь, точно нет.
– Что это значит?
– Я отвечаю перед архангелами Самаэлем и Гавриилом. При том, что Торн предположительно на нашей стороне, он кровный сын нашего злейшего врага, поэтому мы не знаем его истинных привязанностей. Он говорит, что с нами, но я не верю ему. Учитывая его отца и прошлое, это просто дело времени, когда он решит поменять стороны и оставит нас одних со спущенными штанами.
– Злейший враг?
– Люцифер.
Фанг недоверчиво вскинул брови. Торн был сыном Люцифера? Как он мог не увидеть этого? Все потому, что он был в отчаянии. Жизнь Эйми была в опасности, ничего больше не имело значения. Неудивительно, что Торн был таким скрытным.
– Что я наделал?
– Ты продал свою душу не тем парням, друг. Поздравляю, – последовало ироничное похлопывание по плечу от Равенны.
– Но он сражается с демонами.
– Фанг все еще отказывался в это поверить.
– Пока да. Кто знает, что будет завтра? Люди меняются, люди предают, и единственный, кому ты можешь доверять - это самому себе.
– Равенна сурово посмотрела на него. Зик фыркнул.
– Как будто ты не перерезала бы мне горло, если бы тебе кто-нибудь дал такой шанс?
Она кивнула и рассмеялась.
– Да, это правда. Я почти всегда тебя ненавижу.
– Подождите. Можете объяснить мне? – Фанг пытался свети концы.
– Торн не очень богат на информацию. Что конкретно мы делаем, и как вы вписываетесь во все это?
– Да ладно тебе, Фанг, - произнесла Равенна, будто разговаривала с неразумным ребенком.
– Ты же не думаешь, что пантеоны богов Атлантиды и греков единственные, кто воюет между собой? Или то, что Даймоны - это всего лишь демоны? Ты знаешь о Шаронте, галлу, Димме, Жнецах и Собирателях. Мерзких демонов таких, как Мисери. Существуют тысячи видов и все мы, независимо от пантеона или источника силы, имеем солдат для ведения войны.
Фанг с подозрением посмотрел на нее.
– А кто вы?
– Наполовину люди, наполовину демоны Калиос.
Калиос можно было считать доброжелательными демонами. Он узнал это в Нижнем Мире. Того единственного, кого он встретил, разорвал на части Собиратель, когда тот пытался помочь. Он пристально посмотрел на Зика.
– Ты?
– Рожден человеком. Сейчас отношусь к Некродемианам, что переводится как смерть демонам или палач демонов. В отличие от Адских Преследователей, я могу убивать демонов без последствий до тех пор, пока следую определенным правилам, черт бы их побрал.
– А мы их просто отправляем обратно.
– Умница.
– Я все - таки не понимаю, как оказался втянутым во все это.
Равенна сочувственно потрепала его по плечу.
– Последний Малахаи замешан в этом, самые древние темные силы снова объединяются, чтобы овладеть миром. Наши воины снова собираются для войны, а ты, мой друг, угодил прямо в центр сражения.
– Я просто старался защитить Эйми.
– Именно это чувство погубило многие хорошие души.
Фанг пока уяснил только одно: кардинально испоганил свою жизнь. И все это потому, что ему нужна была медведица. Он сыграет в ящик, желая Эйми.
– Так Торн-это зло?
– спросил он.
– Он сын одной из самых темных сил, которых ты знаешь. Его отец был доверенным борцом за добро, пока не отвернулся от света. В отличие от отца, Торн сопротивляется этому искушению почти постоянно.
– Зик устало вздохнул.
– В конце концов, мы точно не знаем. Известно, что многие из его армии отворачивались от него и были убиты обычно после совершения такой же ошибки, какую сделал ты, убив Фрикса. Когда демон убивает одного из Адских Гончих, он становится более сильным и труднее его убить. Что наталкивает на вопрос, специально ли Торн не предупредил своих людей о демонах, чтобы те стали еще сильнее для своего папаши? Или он просто такой рассеянный?
– Или, как я подозреваю, он просто умственный извращенец, который любит игры разума, – фыркнула Ро.
– Спорю, если бы я спросил...
– Ты бы получил такой же ответ, какой получаем и мы. Он или впечатает тебя в стену или поджарит.
– Зик ухмыльнулся.
– Что касается огня, это очень больно, кстати. Не знаю, что у этого ублюдка в руках, но я не встречал ничего, что бы так сильно жгло. Для заметки, лучше будь на его стороне.
Великолепно.
Просто отлично.
Быть на стороне того, кого породило абсолютное зло.
– Итак, мое положение здесь не лучше, чем в Нижнем Мире.
Равенна рассмеялась.
– Ты сумасшедший? Конечно лучше. Ты можешь спать, не боясь, что тебя убьют, к тому же здесь стоящая еда. Но на твоей спине висит неоновая вывеска-мишень "попади в десяточку». Демоны повсюду объединяются, и ты для них очень лакомый кусочек. Одержимый Вер-Охотник…. Тебе повезло, что я не пытаюсь убить тебя.
Фанг проигнорировал последнюю реплику.
– Ну и как мне избавиться от этого?