Чтение онлайн

Его собеседник, точнее собеседники, явно не из этих мест и явно из весьма далёких и загадочных. Они заметно выделялись, даже на фоне разношерстной толпы искателей приключений.

Он и она, мужчина лет под пятьдесят и девушка на вид двадцати лет. Смуглые, стройные с тонкими привлекательными чертами, с оттенком врождённого благородства. Чёрные блестящие волосы у девушки собраны в косу, на ней походная одежда с непонятными орнаментами. Видны браслеты с камнями, и ведь не боялась показывать их в таком месте, её движения изящны, сама обладала чужестранной от того редкой красотой, и могла пленить любого карими глазами.

Мужчина одет в точно такую же одежду песчаного цвета, на голове тюрбан, и алый платок скрывающий шею. Лицо сухое, малоподвижное, взгляд таких же карих глаз пронзителен, способен разглядеть самые потаенные уголки души собеседника. Он внимательно слушал забулдыгу и знаками показывал девушке чтобы та подливала выпивку в его кружку.

— Говорю, есть такие, — пьяно икая доказывал забулдыга, — мне поведал об этом приятель, а он между прочим, не последний человек в гвардии князя Алдрика, — многозначительно потряс указательным пальцем в воздухе.

— Люди с двумя душами, — проговорил восточный собеседник поглаживая подбородок. — Доводилось слышать про таких, но видеть воочию нет.

— Эт…то потому, их… ик, друиды прячут по своим лесам, — пьянчужка уже терял связь с реальностью. — Знаешь кто они такие?

— И лично с ними знаком, — на лице собеседника промелькнула маска презрения. — Но вот о таких чудесах от них слышу впервые.

— Эт… потому что самые лучшие, ик, живут в такой глухомани где и медведи от тоски дохнут, — голова пьяницы уже опустилась на стол, аккурат носом в непонятно как обглоданные беззубым ртом курные кости. — Друиды могут таких делать, они звери, самые настоящие звери. Их привезли князю в цепях, они самые настоящие создания тьмы, друиды просто так таких не делают, — и захрапел.

Девушка глянула на старшего товарища, видимо он её отец. Тот посмотрев на трактирщика, взмахом руки подозвал его.

Последний опираясь на деревянную культяпку, подковылял — Чего изволите любезнейший? — сама вежливость, а чего ждать от торгаша видящего перед собой платёжеспособного посетителя.

Тот кивнул на пару золотых монет лежащих перед ним — Этого хватит?

Трактирщик ловко смахнул их, скрыв удивление, впервые видел такую печать на них, надкусил одну. Золото есть золото и не важно чей герб на нём.

— Да, — и чуть поклонился, настолько проникся к человеку переплатившему за кувшин перебродившего вина и старого петуха.

Те двое на прощанье кивнув, поднялись и покинули шумное заведение.

Жена трактирщика набросилась на мужа, когда тот показал ей золотые монеты — Дурень! Не мог продать им ещё чего–нибудь!

— Они и так заплатили с лихвой, — вяло отбивался тот, — можно сказать покрыли убытки того выпивохи.

— У них есть золото и они с ним так легко расстаются, — глаза пожилой женщина жадно заблестели. — Давай найдём крепких и смелых парней, что быстро разделаются с ними.

— Успокойся дура, — пристукнул вмиг рассерженный трактирщик, — не собираюсь якшаться с убийцами! И ещё, видела, как они выглядят? Они издалека, из таких мест, о которых мы не слыхивали, вполне возможно торговцы или пришли наладить отношения с новым князем. Как думаешь с нами поступят, если мы укокошим их и про это станет известно? Заживо шкуры спустят. Успокойся и лучше принеси вина, народа прибавляется.

Жена презрительно смерив мужа холодным взглядом, выхватила одну золотую монету и направляясь в погреб за вином, на ходу стала пробовать её на зуб. Внезапно монета сама начала двигаться во рту, словно ожив и проскользнув в горло, застряла в нём, перекрыв доступ воздуха. Женщина начала задыхаться, её жирное лицо с парочкой бородавок налилось кровью и стало пунцовым. Хрипя она повалилась на пол, пару раз дёрнулась и затихла. Раздвигая губы, изо рта показалась золотая монета, она вывалилась, потянув за собой слюнявый след, и осталась лежать рядом с ней.

Нестройные голоса гудели неровным шумом, обрывистые слова перебивались истошными криками речных чаек и накатываемыми волнами на берег.

Он едва приоткрыл глаза, солнечный луч радостно впился в зрачок, ослепив на время. Подняв ладонь, инстинктивно прикрыл глаза. До чего тяжёлая рука, на запястье широкий браслет больше похожий на кандалы, с выдавленными рунами. На втором запястье точно такой же, и на грудь неприятно давит, попутно сдавливая шею. Дотронувшись, нащупал ещё одни оковы, проводя пальцем по ошейнику, на них знаки.

— Смотри куда прёшь! — раздался визгливый голос.

— Глаза разуй! — огрызнулись в ответ под хриплое ржание лошадей.

Голова и так нестерпимо ныла, а враз обрушившиеся сотни глоток с разными интонациями заставили её идти кругом.

Поднявшись, сел и огляделся по сторонам. Берег реки, от неё тянуло свежестью, солнце в зените и нещадно припекало. Земля усыпана телами, на песке бурые пятна крови. Видимо накануне была битва. Мужчина повернул голову в сторону стены, на ней чуть покачиваясь на ветру свешивались защитники. Те кому посчастливилось выжить в бою, не повезло после, остатки гарнизона безжалостно перебили.

По берегу ходили воины в кольчугах поверх которых одеяния с изображением грифона. Возле воды покосились несколько лодок, парочка из них торчали обугленными рёбрами морских чудовищ.

В нос ударил едкий запах горелого дерева перемешанного с плотью, маслом и смолой. Из–за стен виднелись тёмные столбы затухающего пожара, казармы догорали и разумеется никто не собирался их тушить.

Только сейчас очнувшийся заметил, что находится в клетке, а вокруг него то и дело снуют воины с эмблемами грифона на груди.

— Ха, один очнулся, — раздался насмешливый голос, подошёл упитанный вояка, переваливаясь, остановился на приличном расстоянии. — Вот ведь тварь! — проговорил он с восхищением и одновременно с ноткам ужаса. — Чего вы учудили, и на кой хрен нас послали в бой если вы и сами всех могли перекокошить?

Сплюнув под ноги, полез за пояс доставая кожаную флягу, приложившись к ней, сделал пару шумных глотков.

И мужчина ощутил жажду, столь нестерпимую и жгучую, что вцепившись в клетку, не открываясь наблюдал за тем, как толстяк небрежно пьёт. Капли вина проливались ему на грудь и падали на песок.

Оторвавшись от фляги и заметив пристальное внимание арестанта, толстяк усмехнулся.

— Не буду тратить на тебя выпивку, тем более друид уверяет, ты всё равно скоро подохнешь. И знаешь, — переменился в лице, став злым, — я желаю тебе вечно гореть в кругах огня ублюдок, ты заслуживаешь это.

— Закрой рот, — суровый голос заставил толстяка испугано вздрогнуть. Он не заметил подошедшую мрачную фигуру в длинном сером плаще с накинутым капюшоном на голову. Её обладателю не составила труда затеряется среди тысяч суетливо бегающих по берегу людей. — Отойди от него.