Чтение онлайн

Кроме того, «Серебряный Кубок» предлагал не только напитки, но и еду, а мне требовалось как можно больше топлива, если я хотел превратить это хилое тело в по-настоящему сильное.

К сожалению, хотя еда была аппетитной, никто из персонала не смог помочь в моих поисках. Даже предложение целого червонца за информацию не дало результата. Мой червонец остался невостребованным, и я пришел к простому выводу, что никто из присутствующих не знал, что произошло.

Однако я узнал кое-что интересное. Один из подавальщиков слышал слухи, что в последнее время пропало несколько одаренных.

Я поблагодарил его за информацию, но она не стоила полного червонца, поэтому бросил ему в ладонь пару грошиков. Затем задержался, набивая желудок как можно плотнее и прислушиваясь к колоколам, которые звонили даже под дождем.

Наконец пришло время уходить. Я вышел на улицу и подозвал извозчика, хотя к тому времени ледяной дождь превратился в снег. Не метель, просто легкая снежная пыль, и воздух оттого стал свежим и бодрящим. Это подняло мне настроение. Прошло много лет с тех пор, как я видел снег, мой родной мир был более тропическим.

Вскоре извозчик высадил меня там, где нужно.

Я плотнее запахнул плащ от снежных вихрей, поднимаясь по ступеням к резиденции Дубровских.

Особняк величественно возвышался среди других подобного масштаба и элегантности. Очевидно, семья Дубровских не нуждалась в деньгах, хотя существовало несколько уровней богатства выше их.

Впрочем, воспоминания Владислава подсказывали, что это лишь городской дом Дубровских, а их настоящие владения находились где-то на севере.

Мое прибытие не осталось незамеченным. Четверо слуг в ливреях стояли по стойке «смирно» по обе стороны от главного входа. Беглый взгляд показал, что все были одаренными и по крайней мере такими же сильными, как Ярослав Косарь, в плане развития их дара. У двоих висели пистолеты, у остальных двух стояли пики.

Стражи не преградили мне путь, но небольшой деловитый мужчина с седой бахромой волос подошел с приветливым выражением лица. На нем был хорошо скроенный камзол горчичного цвета в гораздо лучшем состоянии, чем мой собственный, и он дул на руки, пытаясь согреть их.

— Ах, молодой господин, — сказал он, коротко поклонившись. — Какой приятный, хотя и неожиданный сюрприз. Вы пришли увидеться с господином Тристаном? Не думаю, что у него вы значитесь в расписании на сегодня, или я ошибаюсь?

Я коротко кивнул маленькому человеку в ответ. Он стоял между мной и самой резиденцией. Не привратник, а высокопоставленный слуга какого-то рода. Воспоминания подсказывали, что это управляющий. Однако сейчас он выполнял функцию стража.

— Я послал записку с предложением визита, но не получил ответа, — небрежно пожал я плечами. — Предположил, что посыльный, которому поручили доставить ответ, заблудился или как-то иначе не нашел меня, поскольку большую часть дня провел вне дома. Учитывая, что причина моего предполагаемого визита несколько срочная, я подумал, что было бы разумно зайти в надежде, что Тристан сможет найти время встретиться со мной.

Я специально назвал Дубровского по имени, а не использовал официальные титулы. Слуга обратился ко мне «молодой господином» — это было правильно, но выдавало мой юный возраст. Мне хотелось показать этому человеку, что мы с Тристаном равны, хотя на самом деле он был старше меня и к тому же был сыном титулованного барона.

Шестеренки закрутились в голове маленького человека. Очевидно, он знал о моем письме, что означало знание о решении Тристана не отвечать. Но сказать это прямо было бы нарушением этикета. Какая досада.

В то же время, если бы его хозяин был готов меня принять, слуга бы об этом прямо сказал.

— Так Тристан дома, я полагаю? — надавил я, демонстрируя абсолютную уверенность в том, что в конце концов получу доступ. — Как я уже сказал, дело несколько срочное и касается соглашения между его отцом и моим дядей.

Дополнительное давление подействовало. В любом мире есть неизменные истины о человеческой природе. Одна из них: слуги, какое бы высокое положение они ни занимали, никогда не вмешиваются в дела между господами.

Будь я простолюдином, мои слова не имели бы никакого значения. Этот привратник захлопнул бы передо мной дверь, не раздумывая. То же самое он сделал бы и со мной, несмотря на холод и снег, если бы причина моего визита показалась ему неубедительной. Но стоило мне упомянуть дядю и отца Тристана, как чаша весов склонилась в мою пользу.

Слуга предоставит своему хозяину право самому решать.

— Конечно, конечно. Проходите, вам должно быть холодно. Давайте я проведу вас внутрь, где тепло. Господин Дубровский-младший сейчас занят, но я сообщу ему, что вы здесь. Следуйте за мной, пожалуйста, — сказал он и быстро повернулся, чтобы самому уйти с холода.

Я ухмыльнулся, следуя за ним. Попал внутрь, это уже было хорошим началом.

Управляющий провел меня в гостиную рядом с кабинетом, где Тристан занимался делами. Повышенные голоса доносились сквозь стену — они стихли, когда управляющий вошел к хозяину, и возобновились, как только он вышел.

— Можете подождать здесь, — сказал управляющий, и этого было достаточно, чтобы все понять. Тристан согласился меня принять. Управляющий взял мой плащ, пока я устраивался в богато обставленной, изящной комнате, и я изо всех сил пытался расслышать, что происходит за стеной.

В гостиной были высокие потолки, как в квартире, где я жил с Максимом, и в воздухе чувствовался легкий запах старости от древнего здания. Этим сходство исчерпывалось. Мебель и декор здесь выглядели безупречно и дорого, стены украшали фамильные портреты Дубровских, а ковры сохранили первозданный вид.

Если Дубровские считались всего лишь мелкопоместными дворянами среднего достатка, то высшая знать должна была утопать в настоящей роскоши. Возможно, я еще смогу вернуться к тому великолепию, к которому привык в прежнем мире. Впрочем, для этого мне придется задействовать все свои способности, включая магию.

Любому наблюдателю я показался бы совершенно спокойным и расслабленным. Просто сидящим и ждущим появления младшего Дубровского.

На самом деле я пробормотал слова заклинания еще когда садился и создал крошечную червоточину. Потребовалась минимальная концентрация. Элементарная магия пространства, которую я мог бы сотворить и во сне.

Червоточина началась по другую сторону стены, у которой я сидел, и закончилась в моем левом ухе. Она была специально предназначена для передачи разговора внутри.