Восхождение. Начало
Шрифт:
Аристократ кое-как пытался ударить врага мечом по спине, но длина оружия не позволяла этого сделать. После этих жалких попыток на кожаном доспехе остались лишь неглубокие царапины.
Но в какой-то момент Артиоса просто отбросило от его жертвы. Будто в него на полной скорости врезалась машина, отправив в полёт по каменным плитам мостовой. Хорошо, что наёмник успел сгруппироваться и избежал переломов и серьёзных травм.
— Ты что творишь?! — вскрикнул человек в белых одеждах. — Не вмешивайся в дуэль!
— Такое поведение бесчестно и недостойно рыцаря. — Его компаньон, сидя на коне, направил посох в сторону Артиоса.
— Не тебе это решать!
— Я не буду смотреть, как убивают моих братьев по оружию, Дарон. Просто не вмешивайся!
С посоха соскользнул плотный поток энергии, способной разрушить всё на своём пути.
К счастью, этого не произошло. На пути заклинания встала ледяная стена. Будучи толщиной с десяток сантиметров, она тем не менее выдержала удар. Удивлённые взгляды устремились к новому действующему лицу.
Ещё один всадник на гнедой лошади смотрел на всё происходящие с презрением. Плечи его укрывала тёмно-синяя мантия, длиной чуть ниже колена. Под ней можно было видеть составную броню. Металлические пластины защищали торс от ударов, а их конструкция не мешала движениям владельца. На поясе висел огромный многостраничный том. У волшебника были карие глаза.
— Ларес, какого чёрта?! — Теперь даже Дарон вышел из себя, обнажив оружие.
— Это мой вопрос. Белоснежный Барс совсем сошёл с ума и режет простых граждан на улицах?! — Голос всадника был полон гнева.
— Ты не вправе вмешиваться в дела нашего ордена, отброс! — Рыцарь в белых одеждах обнажил клинок.
— Я — нет, а вот король узнает о произошедшем. Это уже не первая подобная выходка с вашей стороны! — Вокруг колдуна зарябил воздух.
Казалось сейчас начнётся новая битва. Хотя у «белых» было численное преимущество, но что-то подсказывало — этот колдун не так прост. Тем не менее стражники резко поклонились и дружно сказали:
— Ваше благородие, виконт Дэрил Трифис.
По дороге в сопровождении вооружённой свиты ехал самый настоящий рыцарь. Полный латный доспех сверкал на солнце, а белый плащ с гербом, на котором была изображена хищная кошка, развивался на ветру. Друзья Варека убрали оружие и опустили головы в знак уважения.
Всадник осмотрел место поединка, его взгляд сначала скользнул по всё ещё лежащему Артиосу, потом по ледяной стене и наконец по стонущему телу в белых, теперь уже окровавленных одеяниях. Помощник что-то шепнул ему на ухо, кивнув, всадник поднял забрало и промолвил:
— Ларес, у тебя есть какие-то претензии?
— Да, вы устроили беспре…
— Думаю, произошло маленькое недоразумение, которое нам всем стоит забыть. Никто же не хочет конфликта? — Голос был спокоен, но, несмотря на это, в нём слышалась угроза.
— Надеешься меня запугать, Дэрил? Рискни, тогда король точно пнёт вас под зад, как шавок!
— У тебя есть доказательства своих слов?
— Куча свидетелей!
Но люди, почуяв запах неприятностей, уже начали разбегаться, а стражники потупили взор. Очевидно, никто из простолюдинов не будет лезть в разборки дворян. Ведь кто знает, может, после такого, пусть и правдивого свидетельствования их родственников найдут в канаве с перерезанными глотками.
— Что ж… Если ты так уверен в своих силах — дерзай, мы же отправляемся на совет к главе города. Но помни о последствиях.
— А что делать с Вареком, ваше благородие? — спросил один из спутников раненого.
— Плевать. Этот глупый мальчишка доставляет слишком много проблем, — сквозь зубы процедил Дэрил и направился в сторону городского центра, прямиком к ратуше, находящейся за внутренними стенами.
Все его подчинённые отправились следом, лишь один из них отстал и положил раненого Варека на коня. А затем ускакал по узким улочкам.
Артиос же встал и кое-как доковылял до своего спасителя. Нога ещё болела.
— Благодарю вас за помощь, милорд. — наёмник не знал, уместно ли подобное обращение, но звучало вроде неплохо.
— Не милорд я, — грустно заметил Ларес. — К тому же, будем честны, я собирался надавить на Трифиса через устроенный его подчинёнными беспредел. Но, видимо, меня вновь щёлкнули по носу. Однако пусть сегодняшнее событие в отдельности и ничего не значит, но вместе с другими фактами… Скоро Белоснежному Барсу не поможет их бездонная казна.
— Может, я могу вам чем-то помочь? — спросил задумавшегося мага Артиос. В его принципах было всегда и за всё платить сполна — как за добро, так и за зло. Первое имело особую ценность по причине своей редкости.
— Вряд-ли, хотя… Знаешь, есть у меня одна работёнка, но не самая простая, даже немного опасная. Если хочешь, приходи завтра ранним утром к северным воротам, — безразлично бросил Ларес и уехал на своей лошади в противоположную сторону. Сзади на его мантии красовался герб — лазурный дракон.
Кое-как доковыляв до таверны, Артиос заказал кипячёного вина. Дезинфицировал попавшуюся под руку тряпку и плотно перевязал рану. Кровотечение уже остановила нейросеть, она быстро пережала сосуды в нужных местах. Пусть рана и глубокая, но артерия осталась не задетой. Поэтому повязка была необходима для предотвращения попадания инфекции из окружающей среды, дабы не перегружать технологическую приблуду и свой организм.
— А ты всё ищешь приключений на свою человеческую задницу?
Старый знакомый бес уже сидел на шкафу в комнате Артиоса.
— Они сами меня находят. Кстати, ты разве не должен следить за тем, чтобы я не помер раньше времени?
— Так я и направил к тебе Лареса, — с невинным видом сказал Золон.
— Умеешь управлять разумом людей?
— Умею ломать колёса телегам в узких улочках, чтобы нужные люди пошли в нужное мне место, — улыбнулся Золон, обнажив клыки.
— И зачем ты сюда пришёл?
— Не хочешь безудержной мощи? — как бы невзначай спросил бес.
— Нет, сделки с демонами меня не интересуют. — Артиос слегка ухмыльнулся. На такое он не клюнет.
— А если я дам тебе ключ от древней сокровищницы?
— Чтобы я получил какое-нибудь вечное проклятие? Не утруждай себя сладкими речами, я выше этих соблазнов.
— Ну ничего себе! Род людской может тобой гордиться. И всё же там честно нет никаких подводных камней.
— Ха-ха, так я и поверил бесу. — Неужели Золон думал, что он столь наивен и поведётся на такое?