Чтение онлайн

— Все без исключения в этой обители, подчиняются мне! Моим приказам! Никто не смеет перечить мне! Я хочу, чтобы вы это поняли Маргарет! Никто не смеет! — процедила она и подозвала мужчин. — Хьюго! Марк!

Они не заставили себя ждать. Быстро схватив ничего не понимающую Маргарет, они потащили ее к сосне. В стволе которой по бокам были вбиты два небольших железных кольца с кожаными веревками. Привязав руки несчастной женщины, они отошли. Маргарет никогда не была маленькой. Полная, с высоким ростом, она была очень сильной. Но сейчас ее попытки вырваться были напрасным. Прижатая лицом к стволу, она с ужасом осознала, что сейчас произойдет.

Что бы не нарушить утренний покой обители Молчаливых Матерей, беспокойные ветер уносил вдаль резкий свист кнута и громкий крик полный боли.

В окружении монахинь, лучезарно улыбаясь, подобно солнцу, стояла матушка Беатрис. С наслаждением наблюдавшая за выполнением своего приказа.

Не осознавая ничего от боли, Маргарет не почувствовала, когда спустя пять ударов ее отвязали от дерева. Не в силах устоять, она рухнула на землю. Никто не шелохнулся в ее сторону, не пытался помочь. Разлепив кое-как заплаканные глаза,с лопнувшими сосудами, она посмотрела в сторону женщин. Она смогла рассмотреть только мысок обуви Настоятельницы. Склонившись над Маргарет, она тихо, почти ласково прошептала:

— Я здесь правлю! Я решаю, что будет! — затем, развернувшись к монахиням бодро объявила, — Ну что ж, сёстры, пора завтракать. Наши воспитанницы, наверное, уже встали.

Непринужденно переговариваясь, монахини обители Молчаливых Матерей направились в сторону замка, оставив избитую женщину лежать на земле.

Повернувшись, Маргарет увидела матушку Беатрис с подошедшей сестрой Адой и ещё двумя монахинями.

— Доброе утро, — добавила Настоятельница с улыбкой.

— Это я хотела бы у вас спросить! Что вы здесь устроили, матушка Беатрис?! — процедила Маргарет.

— Что вы имеете в виду? — резко спросила Настоятельница, по-прежнему растягивая губы в улыбке. Две монахини, стоявшие за спиной Беатрис, со страхом посмотрели на Маргарет. Но она была настолько взвинчена, что не обратила на это внимания.

— По какому праву с моей госпожой обращаются подобным образом?! — громко выкрикнула она. — Мне велено ежемесячно отчитываться герцогу Соранто. Как вы думаете, что он подумает, когда узнает, как обращаются с его женой?

— Как же, по-вашему, обращаются с его больной женой? — вкрадчиво спросила Беатрис, не сводя с неё бушевавшие яростью глаза. — Я хочу напомнить вам, что у неё приступ. Кроме того, она грязная, ужасно пахнет и одежда превратилась в лохмотья. Ее искупают, переоденут приведут обратно. Отослав ключницу кивком головы, она с притворным спокойствием добавила:

— А по поводу писем мы с вами поговорим у меня. Прошу за мной! И в сопровождении монахинь матушка Беатрис стала подниматься на верх.

Со злостью посмотрев в спину удаляющейся Настоятельницы, служанка последовала следом.

В кабинете, как и вчера, было очень жарко. В нос ударил запах ароматного чая и сладкий ванильный запах выпечки. Горло в миг пересохло, и голодный желудок дал о себе знать.

Настоятельница сидела на своём месте. Морщинистое худое лицо не выражало никаких эмоций. Не дождавшись приглашения подойти, Маргарет приблизилась к столу.

— Маргарет, видите ли, вы находитесь в месте, где содержаться больные девушки и женщины. Наши методы лечения и ухода за ними немного необычны — неспешно начала Настоятельница. — Что касается Лорелеи Байе, у неё обострение недуга. И кроме как через применение силы, мы не сможем ей помочь. — промолвила она в мнимой беспомощности, разводя руки в стороны. — По поводу ваших писем не стоит утруждаться. Я сама в состоянии удовлетворить желание его сиятельства узнать о ходе лечения его жены. Затем придвинула к себе поднос с завтраком. Налила горячий чай и, откусив кусочек сладкой сдобы, с улыбкой посмотрела на Маргарет.

— Обожаю сладкое, особенно свежеиспечённое — пробормотала она, делая глоток горячего чая.

Через силу отведя взгляд, Маргарет проглотила слюну и сосредоточилась на возникшей проблеме. Она не собиралась сдаваться, если она не будет писать письма и сообщать о Лее, Кай Соранто убьёт ее сына. Она проделала огромную работу, чтобы узнать, в какой монастырь ссылают Лею. А также с трудом нашла Тессу.

Женщина присматривала за ее четырёхлетними сыном по приказу герцога. И втайне договорилась с ней, что она иногда будет присылать ей весточку о сыне. В городок Остен, который находится в миле от обители, на имя Марго Скоби. Ради этого она отдала Тессе купчую на свой маленький дом и все сбережения.

Скорее всего, она своего сына никогда больше не увидит. Была лишь надежда на письма. С их помощью она будет знать, каким он вырастет. Маргарет понимала, что находится между двух огней и идёт по тонкому лезвию. Для благополучия ее сына и возможность знать о нем хоть что-то, она должна убедить эту ведьму не только писать письма, но и отпускать в город. У нее нет другого выбора. Произнося коротко молитву про себя, она судорожно вздохнула и резко выпалила:

— Матушка Беатрис. Я не уверена, что его сиятельство примет ваши письма. Он ожидает их от меня. Я должна писать ему особым образом известные мне и герцогу. Отправлять я должна сама лично, из города что в миле отсюда.

Видя, что Настоятельница никак не реагирует, на ее жалкие попытки договориться, она заговорила о материальной стороне. Этой старой карге вряд ли понравиться потерять столь щедрого человека, как герцог Соранто, который заплатил баснословную сумму за нахождение Леи в этом склепе. Гонимая страхом поражения, она проглотила ком в горле. И с неимоверным усилием заставив себя говорить ровно, продолжила:

— Если герцог получит письмо от вас. Или же он поймет, что не я писала или отправляла, он приедет и заберет ее. А написать могу так, что вы даже не поймете как я донесла герцогу об этом. Также содержание герцогини в таких условия не приемлемо. Ей нужны лучшие условия, и я должна быть подле неё всегда. К тому же, милорд не знал, что у вас в обители находятся мужчины. Одно только это делает невозможным присутствие здесь герцогини. Его сиятельство думает, что в вашем монастыре только женщины, — быстро проговорила Маргарет. Ей казалось, что подступившее к горлу сердце от страха разорвется. Она боялась смотреть на Настоятельницу, которая с каждым словом мрачнела.

Маленькая фигура матушки Беатрис, замотанная в черный балахон сливалась с креслом. На черном размытом пятне выделялся ее колкий немигающий взгляд. Свет от свечей отплясывал в ее серых глаз. От этого было еще страшнее. Весь ее вид напоминал змею, которая, затаившись выжидала момент, чтобы наброситься на жертву. От жара камина ей стало дурно, голодный желудок сводил с ума. От страха тело покрылось испариной. Выбившиеся из незамысловатой прически волосы прилипли к вспотевшему лицу. Боже как же ей было страшно!

Она уговаривала себя не опускать голову, что бы не показать свой страх и отчаянье. Заставляла себя смотреть прямо в ожидании ответа.

Только чем дольше Беатрис молчала, тем сильнее дрожали руки. Что бы скрыть это и не выдать себя. Маргарет до боли сжала их в кулак и спрятала в складках платья.

— Вы полагаете, что можете мне указывать, как поступать в своей обители, — после долгого молчания, тихо прошипела Настоятельница, поставив чашку на место.

— Что вы, матушка Беатрис, — быстро заверила ее Маргарет, — Я хочу помочь вам, — и вот теперь настало время умаслить эту змею. Сделать вид, что она на её стороне. — Я готова умолчать о присутствии мужчин и готова предоставлять вам письма перед отправкой. Разумеется, чтобы ознакомиться с содержанием. И при вас же запечатаю его — доверительно пробормотала она.