Воскресшие
Шрифт:
— У меня больше нет вопросов.
Бессовестной лгунье принесли воды и платок. Терпеливо дождавшись окончания ее истерики, Эйрен начал допрос:
— Госпожа Рия, какие отношения вас связывают с участковым Роджаром?
— Мы дружим, — ослабшим убитым голосом ответила страдалица. — Роджар и Аэлия поддержали меня в трудную минуту, в то время как другие отвернулись.
— Угу, — промычал адвокат. — В день трагедии Айзел Лендер ничего вам не передавал?
— Ничего, — буркнула она.
Ах ты… гадина!
— И не заходил к вам после вашего короткого разговора на улице?
— Нет, — тверже ответила Рия.
— Вы лжете?
Врушка аж задохнулась от возмущения.
— Зачем мне это?
— Затем, что жизнь в городе у вас не сложилась, жених бросил, узнав о беременности, семья вас не приняла. Вот подробное досье на госпожу Фэр, — очередной документ перекочевал к судье. Насколько я знаю, наш твердолобый следователь собрал его, а Эйрен дополнил. — А Роджар — рыцарь в сияющих доспехах — вам помог, позаботился о вас, стал надежным плечом и опорой для одинокой брошенной девушки. В той ситуации, что вы оказались, легко было поддаться его влиянию и потерять голову.
— На что вы намекаете? — возмущенно и слезливо воскликнула Рия.
— Это не намеки, а факты. Я считаю, вас с господином Роджаром связывают близкие отношения и вы вступили с ним в сговор, чтобы оболгать моего подзащитного.
— Протестую, ваша честь! — взвился Кербер. — Криус нарушает правила ведения допроса в суде!
— Я ничего не нарушил, — невинно заявил наш адвокат.
— Вы высказали ничем не подкрепленное мнение!
— Кто вам сказал, что оно ничем не подкреплено? — изобразил издевательское удивление Эйрен.
Пожилой судья скептически посмотрел на сторону обвинения и сторону защиты.
— Протест отклонен. Криус, пожалуйста, обоснуйте свои обвинения.
— С радостью, ваша честь! — он даже не пытался скрыть своего превосходства. — Я действительно считаю, но не утверждаю, что они сговорились. Однако! Раз они находятся в интимных отношениях, по всем правилам, за которые так ратует прокурор Кербер, я могу поставить слова Рии Фэр под сомнения.
— Даже если мы в отношениях, это ничего не значит! — истерично выкрикнула она, вцепившись пальцами в трибуну. — Это наше личное дело!
Роджар сидел молча. Я видела только его спину, но очень хотелось посмотреть на лицо этого подлеца.
— Хм, вы решили подтвердить мои слова? Благодарю, но я все равно предоставлю судье протокол допроса… Простите, несколько протоколов. Ваша честь, здесь показания жителей Ошбрена. Они неоднократно замечали, что местный участковый относится к госпоже Рие по-особенному. Один из них стал свидетелем их соития в кабинете господина Роджара. Парнишка принес заявление о краже козы, а наткнулся на зрелище восемнадцать плюс. Двери надо запирать, уважаемые. Нельзя быть настолько беспечными.
Легкое торжество разгорелось в груди.
Нет, рано радоваться. Так легко мы эту парочку на чистую воду не выведем.
— Что за бред?! — только и могла повторять лгунья, не зная, как внятно себя защитить.
А может, выведем.
— Госпожа Рия, я спрошу еще раз, какие отношения вас связывают с Роджаром Прейсом?
— Дружеские!
— Хорошо. Насколько далеко зашла ваша дружба?
— Вы… Как вы смеете?!
Эйрен проигнорировал очередной бессмысленный вопль.
— Ваша честь, госпожа Рия и господин Роджар солгали насчет своих отношений, поэтому я ставлю под сомнение слова обоих свидетелей.
— Свидетельница Фэр, почему вы обманули суд? — задал вопрос судья.
— Я не обманывала! Мы состоим в дружеских отношениях, а что касается… нашей связи, — сдавленно произнесла Рия, явно смущенная происходящим, — это… это б-было пару раз. Нам хотелось… расслабиться. Я не стала говорить, чтобы не было вот этого всего… обвинений и прочего. Мы оба свободные люди. Это не значит, что он велел мне о чем-то солгать!
— Господин Роджар, — обратился к нему Эйрен, — не заставляйте женщину отдуваться в одиночку. Ответьте на вопрос, почему вы умолчали о ваших отношениях?
— Потому что Рия говорит правду. To, что происходит в нашей постели, вас не касается. В конце концов, в те разы мы просто… удовлетворили потребности. Я вообще не понимаю, зачем вы вытащили это грязное белье на всеобщее обозрение!
— Ваша честь, я поддерживаю возмущение свидетеля и считаю, что интимная связь Фэр и Прейса не имеет отношения к делу.
— Протестую, ваша честь! Еще как имеет. Допустим, мы не будем рассматривать их слова как ложь и поверим в их особенную дружбу, но у них была половая связь. Повторюсь, отношения между ними выстроились довольно близкие. Я все еще уверенно ставлю под сомнения слова госпожи Рии.
— Только из-за того, что они несколько раз вступили в половую связь? — Кербер скептически отнесся к словам адвоката.
— Он мог надавить на нее. Я уже говорил о прошлом свидетельницы. У меня есть все основания полагать, что она поддалась его влиянию.
— Это ваши предположения, Криус. У вас нет доказательств.
Разгорелся нешуточный спор. Эйрен и Кербер сцепились в словесной баталии. Перепалка продолжалась минут пять. В итоге судья отправил Рию на скамью свидетелей, а их попросил угомониться, заявив, что он понял позицию каждого, но окончательное решение остается за ним.
Дальше быстро допросили полицейского, который слышал слова Айзела, когда тот лежал почти в бессознательном состоянии среди мертвецов.
— Мой подзащитный сказал, что победил чуму. Пожалуйста, акцентируйте внимание на этом слове. Он имел в виду, что убил Сущностей, а не людей! — яро высказался Эйрен.
— Что мешало ему убить и тех и других? — прокурор не скрывал недовольства в голосе. — Следующий свидетель обвинения — Гнерис Скорп. Преступник содержится в колонии строгого режима, но сегодня его доставили специально сюда для допроса. Введите заключенного.
Я уже знала о ком речь. О Скорпионе. Он свидетельствует против Лендера.
Айз обернулся и впился взглядом в меня. Мы оба смотрели друг на друга как утопающие на последнюю соломинку, пока охрана не развернула его обратно.
Я задержала дыхание, когда в зал суда вошел он. Время будто замедлилось, слух обострился. Тяжелые шаги и бряцанье наручников ударяли по ушам, гулко билось сердце, в голове зашумела кровь.
— Твигги, выведи ее, — услышала приглушенный голос Хелира.
— Нет, — выдохнула и подняла глаза, чтобы посмотреть на него. На убийцу наших с Дареном родителей. На причину нашей боли.