Чтение онлайн

— Потому что показаний одной свидетельницы с сомнительными мотивами мне недостаточно, — давил на одно и то же Кербер. — Потому что не верю, что те десять человек погибли из-за Сущностей. Я тоже вижу картину. Не выдуманную, в отличие от вашей. Есть десять трупов и десять смертельных ран, нанесенных этим человеком. Он этого не отрицает, но пытается убедить нас, что тыкал оружием в мертвецов. Абсурд! Почему он просто не убежал? Не дождался своих?

— Он ответил на эти вопросы.

— Допустим! Тогда подойдем к этому делу с другой стороны: каждый ли человек способен вонзить кинжал в живое тело?

— Он убивал Сущностей!

— Сегодня — да, а завтра, что ему мешает с такой же легкостью убить обычного человека?! Не одержимого Сущностью? Вдруг померещится что-то!

— Именно вы сейчас притягиваете обвинения за уши!

— Адвокат Криус, прокурор Кербер, успокойтесь и сохраняйте порядок.

Эйрен отошел на пару шагов, сверля прокурора ледяным взглядом.

— Я вас услышал и понял, Кербер. — Наш адвокат резко развернулся к судье. — Ваша честь, я требую тщательно расследовать новое дело, связанное с храмом гармонии. Мы должны убедиться, что дети не участвовали в ритуалах и прочих сомнительных мероприятиях.

— Ваша честь, удивительно, но я поддерживаю адвоката Криуса. Необходимо расследование.

Судья тяжко вздохнул.

— Суд рассмотрит ваше требование.

После жаркого спора разбирательство подошло к концу. Настало время подвести итоги. Разумеется, Эйрен попросил суд признать Айзела невиновным, а вот Кербер заикнулся о высшей мере наказания.

To есть о казни… Даже не о пожизненном или длительном сроке, а о казни…

Чокнутый прокуроришка!

— Он в своем уме?! — прошипела Наа. — Слепой и глухой, что ли?!

— Не волнуйся, милая, его не послушают. Суд не приговорит Айзела к смерти.

Конечно не приговорит. Это невозможно. Мы столько услышали аргументов в пользу Лендера, что их просто нельзя отрицать и игнорировать. Нельзя закрыть глаза на очевидные факты. Нет стопроцентной улики, что он убил живых людей.

Как и нет улики, что он их не убивал…

Поэтому его не отпустят, но и не казнят.

У судьи не ушло много времени на принятие решения. Мы не ждали его вердикта несколько часов или дней. Он огласил его на этом же заседании.

В связи с открывшимися обстоятельствами будет проведено повторное расследование, затем назначат дату следующего суда. Айзел по-прежнему останется под стражей.

И хоть все закончилось не самым худшим образом, я ощутила гнетущее едкое разочарование и чудовищный упадок сил.

Да что ж за проклятие на нас свалилось?! Черт бы побрал этого Роджара!

Когда мы вышли из зала суда, Эйрен устало выдохнул и улыбнулся:

— Ну что, господа? Считайте, мы впереди! Следующий суд будет победным. Нам дали время, чтобы нарыть еще больше компромата на этих гадов.

Вспышка радости загорелась где-то в глубине души и погасла под порывом плохого предчувствия.

— Вы уверены?

— Я им покоя не дам, пока Айзела не отпустят.

— Не дождетесь, — подошел к нам Роджар, мерзко кривясь. — Сдохнет ваш дружок. А не сдохнет, так сядет и сдохнет за решеткой.

Я дернулась в его сторону.

На мои плечи опустились руки Твигги и крепко сжались.

— Шел бы ты отсюда, урод, — с ядовитой улыбкой произнес Хелир.

— А то что, угрожать мне будете? — до тошноты нагло и омерзительно засмеялся он. — Ну попробуйте! В следующем суде это оценят.

— Он вас провоцирует, — вышел вперед Эйрен, загораживая нас от него. — Господин Роджар, идите отсюда. Вам туго придется, когда правда вскроется.

— Я добьюсь справедливости! — гневно выкрикнул он.

Похоже, сам поверил в собственную ложь.

— Родж, пойдем! — потянула психованного кретина за собой Рия, до этого молчаливо стоявшая за его спиной.

Я с ненавистью посмотрела на нее. Она вздрогнула от моего взгляда и опустила глаза. Что, стыдно тебе? Дрянь…

— Он ничего не сделает? — спросил Хел, наблюдая за удаляющейся лживой парочкой. — Я о расследовании. Он может как-нибудь навредить или что-нибудь выкинуть?

— Не думаю. Он только гавкать и умеет. Мелкий и злобный трус. Настоящий паразит.

Оказалось, Роджар действительно умеет только гавкать. Но никто из нас не предполагал, что этот драный пес решит продемонстрировать свое умение всей стране.

Дело Айзела вызвало огромный общественный резонанс. Не в нашу пользу. Эйрен учел, что в определенный момент «убийство» десяти человек привлечет внимание СМИ, как бы мы и другие участники расследования ни старались все замять. Журналистам ничего не пришлось разнюхивать, Роджар сам приплыл к ним в руки. Догадался или кто-то ему подсказал — уже не имеет значения.

— Теперь надо выиграть суд общества, — не унывал адвокат. — Ничего, не переживайте. С подобными я тоже дело имел. Мы докажем, что Айзел не виноват.

Он был готов к последствиям и сразу после выходки Роджара тоже выступил на телевидении в защиту Лендера.

Можно сказать, началась информационная война. И было бы отлично, если бы мир разделился на два лагеря: одни защищают Айзела, а другие обвиняют. Но нет. Были те, кто обвиняет, те, кто сомневается, и те, кто занял нейтральную позицию. Многие блогеры рассуждали на эту тему и лишь единицы из них говорили, что верят Лендеру. Остальные не брались судить и ждали развязки дела.

В этом и заключалась вся проблема. Народ, который обвинял Айзела, занял активную позицию. Особенно воодушевились люди, выступающие против Видящих. Везде трубили, что Айз убийца, и это давило на нас. Теперь Лендера не просто должны оправдать в зале суда, а оправдать публично, чтобы он смог спокойно жить.

Мы хотели подкупить кого-нибудь известного, но во-первых, это почти нереально, а во-вторых, можно сделать хуже, если вдруг блогер или артист решит вынести на всеобщее обозрение наше предложение. В общем, риски были велики.

— Просто продолжим доказывать его невиновность, — твердил Эйрен.

У меня в определенный момент сдали нервы. Приходилось пить снотворное, чтобы спать по ночам. Устав мучиться от неопределенности и избегать заголовков новостей в интернете, я попросила машину у Хелира и поехала, куда глаза глядят.

Немного покатавшись по городу, решила отправиться туда, где начались наши проблемы. В Ошбрен. А конкретно — в храм гармонии. Что хотела найти или увидеть — не знаю, но меня тянуло туда. Словно осталось там нечто, способное нам помочь. Помочь Айзу.