Чтение онлайн

К племяннику своему она особой любви не испытывает. Потому, как тот её никак особо не выделяет. Служанка и служанка. А что они — родичи, так усерднее иных обязана быть. Вот такое потребительское отношение. С чего тут любви образоваться? На предательство, она, конечно, не пойдёт. Но мне этого от неё и не надо. Пока. Дальше — видно будет.

Сейчас я думала, просто, заручиться её поддержкой. Сестра Императрицы, достаточно, умна и честолюбива, чтобы понимать: о будущем стоит думать уже сейчас.

Остальные наложницы, конечно, проявляют уважение к её возрасту и положению, но ровней себе не считают и всячески показывают своё превосходство.

А Император здоровьем не пышет. Рос он болезненным, не то, что его младший брат принц Киан. И сколько нынешний правитель ещё протянет — не известно. Когда же на трон взойдёт сын Исао, что будет с Синьян? Это нынешней императрице она какая-никакая, но младшая сестра. А новой она никем будет. Её, в лучшем случае, поселят во дворце Скорби, а в худшем — отправят доживать свой век куда-нибудь. В отчий дом, например. Если родня согласится её принять.

— Здравствуйте, Синьян, — улыбаюсь приветливо, поравнявшись с объектом своих планов. — Отрадно видеть вас в добром здравии.

— Я буду рада вам помочь, молодая госпожа. Вам что-то нужно?

— Нет. Всё хорошо. Благодарю. Я, просто, хотела пригласить вас выпить со мной чая. Поговорить. Мы же с вами не чужие. — Синьян удивлённо вздёрнула бровь, но более ничем своего изумления не выказала. Я улыбнулась и продолжила, положив руку на живот. — Этот ребёнок одной с вами крови.

— У принцев и принцесс нет иной крови, кроме императорской, — сухо произнесла женщина.

— Разве это делает нас с вами чужими?

— Нет, госпожа. Я не смею такого говорить. И если вы хотите обсудить со мной ваш переезд или слуг, буду рада принять ваше предложение. В любое время. — Синьян была осторожна, что ещё раз подтверждало — она очень умна.

— Чудесно. Может быть сейчас?

— Как пожелаете.

Чтобы не идти в тишине, я завела беседу о переезде. Сказала, что во всём полагаюсь в этом вопросе на нее. Но в новый дворец хочу сама выбрать слуг.

— Вы недовольны теми, кто служит вам? — спросила она нахмурившись. — Ваши девушки происходят из почтенных семей. Они послушны и старательны.

— Я, в людях меня окружающих, ценю иные качества. Думаю, мы продолжим наш разговор, когда нам подадут чай. Императорская кухня передала нашему дворцу чудесные миндальные и рисовые пирожные. Надеюсь, вы их любите?

— Благодарю за вашу заботу, молодая госпожа.

— Пустяки. Должна же наложница Императора проявить гостеприимство к тем, кого сама зовёт посетить свой дворец.

Я улыбалась. Кивала. И болтала о сортах чая и видах выпечки, которая мне нравится. Пока за последней служанкой не закрылась дверь.

— Я не могу доверять этим девушкам. Недостойно бросаться беспочвенными обвинениями, но мне кажется, что служат они не только и не столько мне. Поэтому хочу их заменить. Мне не нужны рядом шпионы и предатели, когда родится мой принц.

— Ходят слухи, что вы ожидаете девочку, госпожа.

— Родится принц. Я знаю. Как знаю и то, что он со временем займёт императорский трон.

— Все наложницы мечтают от этом, — печально улыбнулась Синьян. — Так было с Джи. Она всё твердила, что ее Первый принц станет главным наследником. Но умерла при родах. Тот ребёнок не прожил и суток. У Шанэ есть ее второй принц. Он болен и слаб. При нём постоянно находится целитель. И лишь это сохраняет ему жизнь. А своего четвертого принца она потеряла. Самый сильный и здоровый наследник — сын наложницы Сян.

— Это не мои мечты, а воля Алой Богини. Моё тело не просто так украшено её цветами. Если вы поможете мне позаботиться о моём принце, я этого не забуду. И сделаю так, что мой сын всегда будет помнить о родстве вас связывающем.

— Наш Император связан кровными узами со Старшей госпожой. Но он сослал её во дворец Скорби и ни разу не навестил её за все эти года.

— Это очень печально, — стараюсь говорить спокойно, но твёрдо. — Я позабочусь о том, чтобы мой сын был более почтительным внуком. И не только для императрицы. Взамен я прошу вас помочь мне советом. Вы живёте здесь дольше меня. Знаете больше. Здесь очень много злых и завистливых глаз. А младенцу очень легко навредить.

— Вы предлагаете столь щедрую плату за простые советы?

— А почему нет? Я ценю ваш ум и опыт. Мне нравится ваша осторожность. Это достойная цена за помощь. И за молчание. Не стоит кому-то знать то, что именно я вам сказала. Мы с вами говорили о переезде и новых слугах. Старые, мне наскучили.

— Госпожа Мейлин, вы слишком циничны и расчётливы для юной девушки, которой полагается быть наивной и доброй.

— Наивные и добрые не выживают в таких местах, как Золотой город. В этом саду слишком много ядовитых цветов.

— Не все они желают вам зла, — осторожно ответила женщина.

— Я лишь хочу, чтобы моему ребенку никто не мог навредить, пока он мал. Ведь кроме меня, его не защитит никто.

— Понимаю. Это материнский долг — защищать свое дитя.

Киваю и вежливо улыбаюсь. А сама думаю: «Ничего она не понимает». Но меньше знаешь — крепче спишь. Я и так рассказала ей достаточно.

После разговора со старшей управляющей я отправилась в храм Алой Богини.

Там было чисто и тихо. На алтаре горели палочки с благовониями. А лёгкий сквозняк колыхал пламя свечей.

Серый мрамор стен.

Простые тростниковые циновки на полу.

Никаких излишеств, всё скромно. Скорее даже аскетично. И не скажешь, что это единственный храм в Золотом Городе.

— Этому храму не нужна позолота, — сказал старик в серебристой хламиде. Видимо, это и есть тот самый единственный жрец, который тут обитает.

— Разве весь Золотой Город — это не храм богини? Но там всё наполнено красками. А золотом сияют даже крыши дворцов.

— Альтеа любит всё яркое. Но это мой дом. Место тишины и раздумий, — старик замолчал на несколько минут, разглядывая меня. У меня от этого взгляда мурашки по коже побежали. — Я однажды совершил ужасную ошибку. Надеюсь, что пришло время её исправить.

Жрец улыбнулся. Сделал шаг, вступая в полосу света. И преобразился. Передо мной стоял… нет, не мой ровесник, но достаточно молодой мужчина. Его волосы были белыми, как снег, а глаза сияли лунным серебром.

Белые лисьи ушки я заметила не сразу. Как и девять пушистых хвостов за его спиной.