Чтение онлайн

— Что? О какой шутке речь? — Вот тут начинает холодеть внутри и сжиматься… Когда не знаешь за что, но тебя ругают и считают виновным… За что хоть?

— Сам знаешь! — О, эта безумная женская логика. Я перевел дух и помолился.

— Гермиона, если шутка тут и есть, то она в том, что я не в курсе, о чем ты говоришь. Может ты объяснишь или хотя бы намекнешь?

— Мерлин, а то ты сам не видишь!!! — она скрестила руки на груди, заставив мантию повторять очертания ее фигуры. Что не так–то? А хотя да, тут что–то не так… Хотя, с лета я ее почти не видел не в мантии, вполне могли произойти такие изменения.

— И?

— И вот! Как это понимать? — Прости, Гермиона, ты не изучала биологию? Стандартное развитие молодого организма…

— Вдруг?! Не было. Не было, а тут вдруг было?!

— Господи ну что тут такого!!! Ну выросла у тебя грудь до второго размера почти, иии? С четырнадцати до шестнадцати лет у женских организмов идет стандартный процесс окончательного полового созревания, учебник биологии средний школы, третий или четвертый год изучения предмета!!! Я тут причем?! Или тебе что–то не нравится? По–моему хорошо смотрится! — Я увернулся от подзатыльника стремительно краснеющей девочки. Или уже девушки?

— НО НЕ ЗА ПОЛМЕСЯЦА!!!!!

— А?

— Б, Мерлин, ну ты же не тугодум, как Рон!!! Я внезапно обнаруживаю, что пардон, некоторые вещи мне на пару размеров больше нужно теперь где–то брать. Я еще раз спрошу, твоих рук дело, как с глазами Гарри? Или ваши совместные с близнецами шуточки, местные?!

Мда, надо что–то делать. она на грани истерики. Я подошел к Гермионе с поднятыми руками, взял за плечи и усадил на разбросанные подушки: — Так, давай по порядку. Просто кивай. Хорошо? — Кивок головой, и нервное утирание глаз. — Отлично. Итак, за последние пару недель у тебя резко стала расти кхм, эээ… Грудь. Ты это обнаружила, сопоставила с тем, что Гарри снял очки год назад, и сложив два и два, решила, что это мои проделки? Вот теперь мы пришли к сути. — Я перевел дух и отпустил ее.

— Герми, первое: я ничего не делал. Хочешь, поклянусь? Второе: скорее всего, это не чей–то прикол. Нет здесь такого, вон, многие дамы в Хогвартсе имеют типичную английскую фигуру, спорим уже бы «улучшили» с помощью таких заклинаний?. Третье: глаза Поттера это не моих рук дело. Вернее, не совсем моих. Просто наша магия имеет определенное поле вокруг мага, поскольку как ты знаешь, мы как конденсаторы энергии, своеобразные. И вот длительно воздействие на организм человека этого поля может лечить незначительные болезни, вызывая медленную регенерацию тела и изменения на генетическом уровне — убирает некоторые в том числе врожденные болезни. Гарри долго находился в моем поле, и вот результат. По той же причине у магов очень крепкое здоровье. С тобой же… — Я решил проверить ее слова, и вызвал в памяти ее образ перед первым испытанием, когда готовились. Действительно, не просто рост организма, что–то быстровато для него. — …что–то другое. Возможно я смогу найти ответ, или ты найдешь, так как изучила уже многое. Сидим и думаем, заодно потренируешься в управлении разумом и памятью.

Гермиона уже почти успокоилась от вполне логичных рассуждений и послушно закрыла глаза, погружаясь в себя. Я последовал ее примеру и принялся за анализ информации. Наш мозг, в принципе, напоминает компьютер, который не все умеют использовать. Вернее, почти никто не умеет его здесь использовать на полную. В нашем мире — процентов двадцать населения, это огромный прогресс. Итак, визуализируем, для быстроты. Пара воспоминаний по предположениям… не то, тоже нет. Поиск… Влияние магии на физиологию. Анализ занял минут пять, Гермиона выдохлась быстрее, хоть и включалась в работу дольше — у нее все же пока было заметно меньше информации про нашу магию.

— Так, нашел кое–что. Вполне может быть, что это наш случай. Цитирую: " Физиология мага поддается почти любым изменениям. Помимо мгновенных преображающих ритуалов и иллюзий, в том числе и плотных, опытный маг в течение нескольких недель может самостоятельно изменить собственную внешность, достаточно лишь представить желаемый образ достаточно четко и пожелать этого. Тело самостоятельно примет необходимый вам вид под влиянием вашей же магии. Эта особенность магов сполна используется в шпионаже.»

— Похоже, но я же не представляла себя… такой! И с таким ростом это только начало?!

— Я так понимаю окончание недостаточно интересно для твоих ушей. Ладно. Суть в том, что каждый маг принимает свой вид несознательно. Потому многие этого и не замечают, но вот особенность — все известные представители рас, поголовно одаренных магией, похожи друг на друга испокон веков, отличия не сильные! И кстати, вспомнил! Многие эльфы экспериментировали с этим, пытаясь создать максимально эффективное для боя тело или просто для искусства. Ты там ничего не желала, а? Нет, как раз все понятно почему именно пару недель назад, ведь рост силы во время обучения идет по экспоненте! Мы как раз начали изучать мощные заклинания, которые требуют большей отдачи сил, а следовательно, они и восстанавливаются больше!

— То есть, это от изучения вашей магии?

— Скажи–ка подруга, ты там ничего такого, — я показал руками чего именно. — Не желала, а?

Гермиона сначала побелела от гнева и кулаком замахнулась, а потом призадумалась, чуть наклонив голову набок и вниз. По ходу мыслительного процесса кулак разжался, а ее лицо стремительно краснело.

— Нет… ну желала… чего–то такого… ну а как не желать, когда такие разговоры по комнате ходят, и все хвастаются… — Чем дальше наша Гермиона говорила, тем больше она краснела и тем сильнее наклонялась к подушке, с которой она сидела, пряча ее лицо и глаза за копной волос. Когда она закончила, а в ответ стояла тишина, она быстро подняла взгляд. — Что делать–то теперь?! Нет, вы посмотрите на него, он еще и ржет тут сидит, смехом он давится!!! — Гермиона вскочила и огрела меня той же подушкой, опрокинув, и смех, до этого старательно сдерживаемый, из–за чего мое лицо и украсила ехидная улыбка, вырвался на свободу.

— Ахахахах, ой, ахахахах, отдай подушкуу… ахаха, ой умора, прости Господи!

— Хватит ржать, конь! — Гермиона старательно обрабатывала подушкой тело на полу, которое каталось с боку на бок и закрывалось руками. Наконец, когда подушка в очередной раз опустилась, ее поймали и плавно (что бы не вырвать, а именно утянуть) потянули на себя, и девочка, ойкнув, полетела на пол следом за своей подушкой. Промотаем три минуты драки на полу, и вот, мы с ней сидим рядом, все в перьях и с помятой одеждой.

— Что делать, что делать… Меньше Лаванду, дуру, слушать. Что тебе не терпелось, само бы все выросло, когда срок бы пришел. — Увидев ее лицо, я примиряющее вскинул руки — не–не–не, я лично против ничего не имею, так даже гармоничней… но с этим надо завязывать. Обычно маги у нас не обращают внимания на такие метаморфозы — просто не до того, с нашей–то программой обучения. А к двадцати пяти–сорока годам мозгов уже хватает, и они принимают какой–то один, сформировавшийся и утвердившийся образ, хотя чаще чуть–чуть доводят свой. В случае с тобой, пока все в норме, «перевеса» для этого возраста нет, главное, чтобы тебе удобно было. А что бы не отросло что–то еще — рога у Рона или еще что–нибудь покруче, ты будешь учится самоконтролю. Просто сильным желанием и словом можно и убить, сколько я помню. Был там какой–то маг, «Вестник», что ли… Короче, так научился использовать этот дар, что обычные люди умирали только от его мысли. Кончил тем, что встретил Призывателя Теней, тоже темного. Так и похоронили смятым в кашу. — То есть, лучше не учиться управлять этим даром?

— Почему? Вон, Тонкс, нашей магии сама научится не смогла, даже небось и не подозревает о ней, но зато метаморфозы удаются ей на щелчок пальцев, может принять любой вид за пару секунд, одаренная она в этом. Просто самоконтроль будем изучать с сегодняшнего дня на полную катушку, а то так вообразишь себя там не знаю, моделью какой–нибудь, так это называется, да? Тебя же семикурсницы повесят за секрет заклинания, на клочки порвут. Дай телу самостоятельно развиться, в двадцать пять будешь в себе менять, если что не по нраву придется.