Чтение онлайн

Прозрачное голубое небо в горах виднелось слишком низко. Казалось, вот оно перед тобой, ты просто руку протяни и до него дотронешься. «Хрустели» под ногами камни, и сильный ветер обдувал паломников тела. Колина группа спешно уходила далеко за поворот. Воздушные потоки из долины приносили еле ощутимое тепло. Коля постепенно начал согреваться. Если до этого казалось, что вся суть его промерзла, то теперь он оттаял, тепло разлилось в теле по сосудам и согревало его душу.

Большая птица, – редкая для этих мест, сорвалась со скалы. Над пропастью глубокой пролетела, захватывая дух паломников. Немного покружила и спустилась, развернулась рядом с человеком. Она ловила восходящие потоки, а путник в это время, позы не менял, все видел и отрешенно продолжал сидеть. Они о чем-то говорили: человек – венец самой Природы и ее посланник – птица. Хотя ни звука не слыхать: лишь только легкий ветер.

Старший руку поднял, и сам остановился, другие путники послушались его. Иные обернулись, стали наблюдать за птицей.

– Может, пойдем уже, чего остановились? Чего смотреть-то здесь? – так не терпелось парню силы испытать.

– Куда идем, ты сам-то знаешь? – ответил молодому Старший. – Закончилась уже бездумная дорога. Господь нам силы дал и этот путь. А мать – Природа – настораживает, посылает свои знаки. Стоим и не торопимся, и наблюдаем! – скомандовал он остальным. – Идти вперед всегда успеем.

Паломники насторожились – прислушались и попытались присмотреться. Они пытались что-то осознать: все та же тропка, по которой шли, и те же облака, что застилали гору. Извилистая речка с высоких гор брала свое начало. Она бежала очень быстро, окатывала камни и уступы. Бурным водопадом падала с высоких склонов. Внизу, в долине успокаивалась, растекалась медленно и разрезала яркую картину. Творец такой создал ее в своем воображении! Перемешал все краски мира: небесного, воздушного, земного. Живого мира и не живого. В ней были и трава зеленая для корма, на той, которой пасся скот; цветы с их терпким ароматом, что придавали степи желтоватый цвет. Там юрты одиночные виднелись. От них тянулись струйки дыма, жилища связывая тонкой белой нитью с хранилищем самих Небес. То наступало время для приготовления пищи.

Люди свой очаг топили, пекли «домашние» лепешки и готовили обед. Вот так давно людские души, ушедшие когда-то в небо, обозревали сверху нашу Землю.

«Ради таких моментов стоило родиться, все испытания пройти и этот путь проделать!» – с немым восторгом думал Коля.

А странник у обрыва приподнялся, оперся на свой посох и мешок закинул на плечо. Птица, «повисев» напротив, взмахнула резко крыльями. В необычайно быстром развороте она беззвучно полетела вверх. Товарищи под впечатлением расслабились, потом засобирались уходить, как где-то впереди и выше что-то необычное стало происходить. Сначала сильно загремело, «ручьи песка» спускались вниз, потом упала «каменная мелочь». За ней посыпались побольше камни, на тропу падали и грохотали, друг об друга разбивались. Большой валун скатился вниз и потянул с собой шлею булыжников.

Звук камнепада был огромной силы. Вибрацией своей и сотрясением, он «расходился» по земле. От страха и от неожиданности путники присели, кто-то из них не удержался на ногах – упал. Сердца заколотились, паника и страх животный охватывали души. Пока что было не понятно – опасность миновала или нет. А высоко над ними раздавались сильный гул и грохот.

– Назад все! – Старший закричал, а путники невольно обернулись. Старик, за руку первого схватил, и по «ходившей ходуном» земле, увлек его с собой. Инстинкт сработал безотказно: уже в секунды группа убегала в десятке метров от опасного участка. Большие валуны и камни катились с грохотом, заваливали тр?пу, «перелетали» дальше и падали в обрыв.

Старик укрытие приметил: большое углубление в скале – в нем можно безопасно схорониться. Он за собой всю группу уводил. Поход его был далеко не первым. Пока ходил с другими, насмотрелся: сам в завалы попадал, друзей своих вытаскивал. Зимой лавину чудом избежал, весной от селя уберег других. Его решимость, от рождения чутье, чувство опасности, не раз спасали жизнь. В тяжелых безысходных ситуациях он быстро реагировал, как опытный бывалый проводник.

За стариком молва ходила, что с ним паломники весь проходили путь и по домам живыми возвращались. Что-то мистическое было в этом человеке: обычный с виду, неказистый. Внутри суровый, твердый, как скала. Его ослушаться боялись, хотя в сердцах, конечно, понимали, что подчинение и жесткость – необходимые в таких местах.

Старик командой управлял и возражений не приемлил. Другим он говорил обычно так: «Если решение принято, то отступать уже нельзя, – такие здесь, в горах, суровые законы.

Вселенная читает наши мысли, нам помогает по пути. Но коли сомневаемся, – тогда наказывает селем и лавиной. Или случайным камнем – жизнь людскую может изменить».

Стихия бушевала. Казалось, что разверзлись небеса: словно волна морская с гор сходила. Сверху с диким грохотом и ревом несся каменный поток. Сметая на своем пути деревья и кусты, ровняя тропы и дороги, выдавливая русла рек и ручейков. В гранитные объятия Горы собирали птиц, животных и людей, несчастных облачали камнем, не оставляя в памяти истории своих детей.

Грунт, сорванный со склона, «катился» вниз, перемещая по пути клубы из пыли. От этого дышалось трудно в кромешной серой непроглядной пелене.

Николай почти последним шел, он видел молодого сзади и изредка приглядывал за ним. Тот знаменательный поход, для путника с его отцом, был первым. Отец рванул вперед, в опасности, за всеми. В порыве бегства он про сына позабыл. Сын выронил из рук поклажу, от страха растерялся и отстал. В пыли и грохоте сорвался камень на тропу, сорвал мешок с плеча у путника и раздавил его. Паломник молодой, напуганный, не мог нормально мыслить. Вместо того чтобы все бросить и бежать, он вдруг остановился. Задумал свои вещи выручать, или хотя бы то, что оставалось после. А высоко над ним катились глыбы, увлекали грязь потоками и каменную мелочь.

Николай не растерялся: он в секунду положение оценил. Весь организм его собрался, мышцы от волнения напряглись, готовые мгновенно выполнить команду. Потребовалось только направление задать. Он стал способным изменять сознание, и на события, происходящие вокруг, влиять.

Энергия от предков приходила в помощь. Наполнила уверенностью сильный Дух. Спасение было рядом, но Николай остался, назад вернулся, за товарищем решил бежать. Так, словно зверь в опасности, собрался, и в три прыжка он оказался рядом с молодым. За руку схватил его, и вместе, к скале назад, они наперерез рванули.

Необъяснимое витало в атмосфере. В горах высоких изменения начались. Суть – Время – то растягивалось, то сжималось: пластичность обрело перед лицом Небес. Оно течение поменяло под давлением Духа, свой ход замедлило мгновения спустя.

Так Николай границы сдвинул, сознание сместил свое: теперь он управлял стихией и все, что есть, – константа – поменялось и в одночасье стало переменной!

Жизнь теплилась в его несильном теле, но сильный Дух его витал внутри, не позволяя Николаю расслабляться, и… Он стал теперь единым целым с самой Природой, всем законам вопреки. Вселенная вдруг человеку подчинилась, позволив сделать этот сильный выбор. Там, где холодная и серая стихия, бушевала какие-то мгновения назад, там сгустки яркой жизни отразились, и вместе собрались в большой каскад.

В горах раздвинулось пространство: где люди были, – появился коридор. Внутри свежо и безопасно, снаружи – устрашающе «накатывались» валуны и камни. Они невидимо на «стену», и зависали в воздухе, у путников над головой. Пыль от потока ширилась и разлеталась, и закрывала солнце плотной пеленой. Внутри, под сотрясения и грохот, как будто тяжесть ощущалась: – Суть гранитной мощи – Суть самой Природы Гор.

Паломники к укрытию успели. За ними же, мгновения спустя, армада грязи и песка и камня обрушилась на землю многотонной массой. Все небо затянуло, стало тяжело дышать. Звук камнепада оглушал, так приходилось только знаками общаться. Коля прикрыл лицо одеждой, помог товарищу прикрыться. Перед глазами у паломников сгустилась тьма.