Чтение онлайн

Если Община не вытянет козырь из рукава, наше войско уничтожит их еще на подходе, — решил Оскар, готовясь сдержать Лиону.

В этот момент козырь самвышел на поле боя. В авангарде войска захватчиков появилась фигура, закутанная в драные лохмотья, которые прикрывали и часть лица. Шаровые молнии огибали этого человека и Оскар чувствовал исходящее от него Воздействие. Ружья лионцев в один миг перестали выстреливать сгустками плазмы, солдаты нервно разглядывали свои орудия, нажимали кнопки — кто-то в сердцах бил кулаком. Хозяева поля остались безоружны. Община, под оглушительный рев солдат-фанатиков, разорвала дистанцию между войсками и нанесла яростную контратаку. Устаревшие плазменные резаки ослепительными лучами вонзились в строй Лионы. К удивлению Оскара, это возымело эффект, и броня лионцев таяла под раскаленными струями. Крики боли, и молчание смерти теперь звучали с другой стороны бранного поля. Стало ещё темнее, теперь людям резало глаза. В сгустившемся мраке вспышки орудий ослепляли солдат. Оскар использовал Восприятие, чтобы видеть.

— Тот странный человек в лохмотьях, это он даёт Общине перевес в силе, — сказал Оскар как бы сам себе.

— Пора и нам вмешаться, — ответила Ева.

— Береги силы, начну я, — решил Оскар.

Ружья Лионы снова заработали — силы понемногу сравнялись. Теперь солдаты не спешили палить во врага, обе стороны чувствовали свою уязвимость и беспомощность перед тьмой. Воины Лионы прятались в окопы, прикрывая смену дислокации. Общинцы использовали «окно» и выставляли баррикады из гибкого листового сплава. Воздействие Оскара не осталось незамеченным. Энергетическими пассами вампир выдал себя, похоже, именно этого и добивался прихвостень Исая. Фигура в лохмотьях двинулась в гущу людей, расталкивая смертных силой мысли. Бедняги падали лицом в варёные внутренности своих однополчан, которыми было усеяно поле битвы. Едва заметное защитное поле, которое укрывало собой человека в лохмотьях, не позволяло подойти к нему ни одному живому существу.

Противник остановился и пристально глядел на Оскара. Вампир понял, что это вызов, жаль, что он вынужден его принять в самом центре битвы — погибнут многие, но ими придется пожертвовать. Оскар двигался не спеша, пытаясь уловить приказы, поступающие этому существу, а то, что он не был человеком, вампир почувствовал, лишь приблизившись к нему. Одна из голодных тварей. Но Исай изменил это, и теперь существу не требовалось беспрестанно питаться. Оно лишь исполняло приказы и, прежде, будучи вампиром, могло управлять энергией. Монстр Франкенштейна и старый вампир обменялись взглядами. Оскар не стал ожидать удара и воспользовался излюбленным приемом с созданием иллюзии. Ещё до того, как иллюзия была окончательно создана в сознании Высшего, враг ударил его синим всполохом ледяного пламени, который все же пришлось блокировать. Люди, наблюдали за ними и не решались вмешаться. Хорошо, я понял — подумал Оскар, — дело быстро не закончится. Следующей в его списке была комбинация из простых Воздействий…

Ева сначала смотрела на то, как бьются Оскар и человек в поношенных тряпках. За своего возлюбленного она не переживала: он пытается выяснить откуда дергают за веревочки марионетку. Затем она взглянула на поле боя. Мрак немного рассеялся — погода изменилась и подул сильный ветер. Смертные убивали друг друга, исполняя волю высших существ, что пытались их истребить. Они были похожи на студентов Родника, которых Ева презирала за их узколобость, неспособность видеть ситуацию под другим углом. Такие люди, по её мнению, были проблемой всего общества. Они внушаемы, легковерны и слабы. Именно из-за них этот мир стоит на грани гибели. Возможно, смерть этих людей была бы благом для всех. Но по роковой иронии погибнуть должны все — несправедливо.

Поддавшись эмоциям, Ева не заметила, как из воды, которая до недавнего времени оставалась спокойной, повалили полчища страшных существ. Исай ввел новые фигуры на поле боя, и фигуры эти не отличали своих и чужих. Бросаясь на все, что движется, эти твари пытались утолить свой трансцендентный голод. Людское племя редело на глазах. Ева решила, что пришло время хоть как-то исправлять свои ошибки, и отправилась навстречу рычащим, клацающим челюстями, хрюкающим и визжащим тварям. Они были разного размера, а одно, особенно огромное, напоминало мамонта с пастью дракона. Люди бежали кто куда, выбрасывая ружья и позабыв о разногласиях. Некоторые, видимо, закаленные прежде в боях — стоически отбивали атаки жутких созданий. Ева никогда не участвовала в серьезных битвах, даже драки как-то обходили её стороной; в родниковой изоляции почти все студенты были пацифистами. Но ощущение своей силы и превосходства над живыми, сделали из неё героиню. Размашистым жестом она создала вокруг себя непроницаемую ауру, почувствовав при этом натугу. Теперь можно не беспокоиться о том, что кто-нибудь незаметно отгрызет ей ногу.

Когда очередное существо подбиралось ближе, Ева оттачивала на нём разные виды Воздействия, которые приходили ей в голову, мимоходом отмечая про себя, много ли жизненной энергии она потратила. Тварей поражала красная молния, сжигали языки белого пламени или в их телах вскипала вся жидкость, и уродливая плоть взрывалась. Истребив, будто насекомых, несколько десятков смертельно опасных существ, Ева почувствовала признаки голода. Еда кружилась неподалеку, но Ева не могла использовать людей. Вместо этого, она мысленно попросила помощи у Яна. Летописец не заставил себя ждать, и вот уже свежая и полная сил Ева была готова к новым экспериментам с ужасающими лабораторными крысами. Казалось, она получила возможность исправить свои ошибки малой кровью. Но внезапно среди монстров появился один из вампиров круга, Ева не знала его имени. В нём ещё оставалась сила, и он мог управлять ею, хоть и не совсем осознанно. Скорее рефлекторно.

Ева с ужасом почувствовала, как её щит сжимается и ей пришлось удерживать его. Силы быстро кончались, а армия монстров напирала всё сильнее. У Евы не было времени попросить помощи у своих друзей, но адреналин заставил думать быстрее. Вампирка уперлась ногами в землю, напряглась всем телом и лопнула щит подобно мыльному пузырю. Взрыва оказалось достаточно, чтобы расчистить пространство вокруг. Страха больше не было, он уступил место гневу. Ева мгновенно активировала браслет на руке одним прикосновением, и её кисть окутало красно-черное облако. Когда она выставила руку вперед, облако превратилось в поток. Подобно огнемету Ева заливала орды нежити красным дымом. Этот дым проникал в тела монстров и заставлял их плавиться изнутри. Его действие было гораздо эффективнее плазменных лучей. Ничто не могло подобраться к Еве…

Ян наблюдал за происходящим отстранённо. Люди гибли, но кредо Летописца брало верх над его разумом. Призвание, которое видоизменяло его душу. Его разум избавлялся от чувств, его цель была превыше остального. Он должен найти инструкции для создания ковчега. Задумавшись над этим, Ян получил ответ, он донесся до него как бы издалека, только раздался в сознании. Третий Всадник… это Дана… но что она может дать мне? — подумал Ян.

Она звала его к себе. Ещё не растворившийся в сознании Летописца Ян, несмотря на долг, не мог бросить своих друзей (а именно таковыми он их считал) на этом поле. Он не хотел, чтобы они погибли. Ян ждал исхода битвы. Хотя щелчка его пальцев было достаточно для того, чтобы уничтожить всех голодных тварей разом, а попутно обезвредить абсолютно все оружие в округе. Он мог положить конец всему, но не делал этого. Его разрывало от внутренних противоречий, но Летописец одерживал верх. Память Гаспара кипела в голове, и создавал там сумбур. Прежний Летописец много раз оказывался в подобных условиях, но, даже ценой утраты своих близких и любимых, которые неизбежно появлялись во всех новых жизнях, никогда не отступал от миссии. Это было проклятием мессии Бога…

Оружие подвело Еву. Браслет стал холодным и больше не работал. Чертова дрянь! Однако Ева не поддавалась страху, гнев и жажда крови пьянили её. Умелые руки выхватили блестящий клинок из-за голени. Резкий взмах заставил лезвие выдвинуться и удлиниться. Двуручный меч с изогнутым кончиком на манер косы рассек воздух. Ева смахнула тугой хвост каштановых волос за спину и закричала: Я не Голод, твари, я ваша Смерть! А-а-а! Началась пляска воительницы и смертоносного клинка. Кровавый смерч уничтожал монстров, а над полем слышался смех безумной валькирии…

Оскару осточертела битва с мумией. Противник был силен, но недостаточно. Люди вокруг вели битву с голодными тварями, одновременно перестреливаясь друг с другом. Хаос на поле боя стихал, потому что Ева уничтожила большую часть нежити. Командиры некоторых отрядов Общины капитулировали — войско редело. План Первого лидера катился псу под хвост, ведь большинство людей уцелело. Его зовут Убийцей, — неожиданно открыл для себя Оскар. Обрывки команд доносились до него. Высший первым установил своего рода сканер, чтобы отследить тончайшие колебания в одной из мириад нитей информационных завихрений, которые пересекали это поле. Но вот одна из них заговорила, подобно радио, у которого постоянно сбивается волна. Он злится, не контролирует эмоции, — решил Оскар.

Проголодавшись, вампир схватил одного из солдат, который долгое время пытался укрыться за грудой мертвых тел, притворяясь мертвым. Затащив его под защитное поле, Оскар высосал из парня жизненные силы, но не до конца, стараясь не приумножать число погибших в этой войне. Он сделал это быстро. Воля Исая все сильнее и чаще прорывалась сквозь воздвигнутый им барьер — переполненный эмоциями канал выплескивался через край. Оскар смог выследить его источник…

Битва утихала. Большая часть общинных войск сдалась на милость хозяевам фьорда, а голодные твари, перестали прибывать. С остатками легко справлялись бойцы Лионы, испепеляя существ молниями. Почувствовав сильные возмущения в энергетическом фоне, измотанная Ева принялась искать Оскара взглядом.