Воссозданный
Шрифт:
– Прекрасно. Ты живешь здесь? – спросила я.
«Нет. Это часть Мира между. Мы прошли первый барьер и попали во второй. Это место, где рождаются сны».
– Интересно. А если мы здесь уснем?
«Нет! Сон в месте, где рождаются сны сокращает жизнь, что переходит в сон. Ты будешь терять существование, пока даже смертный не сможет одолеть тебя в этой дреме».
Звучало не так и плохо, если подумать. Если нужно, это даже хороший способ умереть. И я могла рассчитывать, что порой Амону буду сниться я.
«Тебе нужно оставаться в сознании, пока мы в этом королевстве», - предупредил он.
– Тогда расскажи нам что-нибудь, - предложила я, погладив его.
«Хорошо. Расскажу любимую историю – историю о Гебе и Нут».
Он рассказывал знакомую историю, и я слышала голос Амона вместо Небу. Я закрыла глаза, представила его красивое лицо, его губы рядом с моим ухом, пока Небу рассказывал о боге и богине, о любви, что была такой сильной, что понадобилась невероятная сила, чтобы разделить их. Но даже сквозь простор небес они дотянулись друг до друга пальцами, не сводили с любимого взгляда. Я вытерла слезу, скатившуюся из уголка глаза, а Небу, тем временем, ускорился, шаги его стали длиннее.
– Что происходит? – крикнула я.
«Мы добрались до дальнего края места, где рождаются сны. Мы прошли второй барьер и готовы перейти к третьему, последнему. Мы у края.
– У края? Как это понимать?
Он не успел объяснить, я увидела, что он имел в виду. Темный пыльный камень резко обрывался, и внизу была лишь усеянная звездами ночь, словно мы добрались до края мира. Отсюда корабли могли бы отплывать от края мира в неизвестность.
– Небу! – вопила я.
Тиа визжала в моей голове, и если бы у нее были когти, она вонзила бы их в мою спину.
«Все будет хорошо, леди Сфинкс. Крепче держись», - сказал единорог.
Мышцы жеребца задвигались подо мной, и огромные золотые крылья развернулись под моими ногами. Оттолкнувшись, Небу оторвался от земли на краю обрыва. Он прыгнул в небо, копыта стучали, крылья били по ветру, поднимая нас выше.
Я была на спине сломленного единорога, бессмертного пустынного жеребца. Я не чувствовала себя Беллерофонтом, осмелившемся оседлать любимого коня Пегаса, чтобы добраться до горы Олимп и столкнуться с богами. Он проиграл, его сбросили, но я не хотела, чтобы с нами повторилась его судьба. Широко раскрытыми глазами я осматривала небо. Мы направлялись наверх, что-то ждало нас за звездами.
11
Гелиополис
Земля была далеко под нами, и мне пришлось успокаивать Тию, хотя из-за высоты я сама боялась. К счастью, Небу поднимался медленно, стараясь держаться ровно. Чем выше мы были, тем холоднее становилось. Тиа боялась внутри меня, дрожала, хотя это по моим рукам бежали мурашки, мой нос уже отмерз.
Когда я спросила Небу, не замерзнем ли мы, не останемся ли без кислорода, он ответил:
«Теперь ты сфинкс. Тебя не убить чем-то таким простым, как обморожение. К тому же, скоро снова будет тепло. Мы ведь едем в дом бога солнца».
Если в доме Амун-Ра было так же тепло, как рядом с Амоном, то не о чем беспокоиться. Амон источал тепло, как грелка. Даже при мысли о нем меня словно укутало в теплое одеяло. Дрожь в мышцах унялась.
«Может, мои страхи психические, а не физические», - подумала я.
«Кстати, о кислороде. Ты не понимаешь, где мы».
– И где мы?
«Точнее, когда. Тебе может казаться, что это атмосфера твоей Земли. Звезды вокруг нас похожи на космос. Но мы не в том месте, о каком ты думаешь. То, что ты дышишь, не означает, что здесь есть кислород, и мы не там, откуда ушли».
– Тогда чем я дышу? Если мы не там, то где мы? – спросила я.
«Ты дышишь светом звезд, и я не говорю о звездах твоей вселенной. Звезды означают другое. Насчет второго вопроса, мы Между временем».
– Потому ты называл это Миром между. Не между местами, а между временами.
«Да. Так и есть».
Я ощутила, что Небу рад, что я смогла понять, что он имел в виду.
Тиа уже не слушала. Ее мозг не мог понять такие метафизические обсуждения. Она была охотницей. Воином. Ее инстинкты говорили ей, что что-то идет не так, что она не принадлежит месту, где мы оказались. Кошке нужна была земля под лапами. Ей нужно было ходить по знакомым тропам и долинам. Она не хотела знать ничего о королевстве, где мы оказались.
Я с любопытством спросила:
– Так путешествует Анубис? Между временем?
«Да. Все боги так путешествуют».
– Но не Сыновья Египта, да?
«Сыновья Египта не могут управлять временем, но путешествие в темные места Между требуют физической платы. Боги от этого освобождены».
– Возникает вопрос, что я давно хочу задать. Почему боги не делают грязную работу? Почему давать Амону и его братьям долг, если боги сами виноваты в случившемся? Это они не наказали Сетха. Они должны сами с этим разобраться.
Крылья Небу дернулись, он покачал головой, словно ему было не по себе.
«Я не буду рассуждать об этом. У меня есть свои догадки, конечно, но не мне их говорить».
– Поверь, я молчать не стану. Их действия несправедливы. А их, так называемые, дары всего лишь отговорки.
Мне снова стало холодно, я потерла руки друг о друга и подула на них, чтобы согреть.
«Эти неудобства нельзя сравнить с физическими испытаниями, с которыми ты столкнешься в преисподней», - сказал Небу.
– Самое время рассказать, - проворчала я.
«Ты ведь не думала, что путь будет простым?».
– Нет. Но в этом моя человеческая сторона, да? Я чувствую себя скорее Лили Янг, чем сфинкс сейчас.
«Может, стоит попросить помощи у своей львицы».
– Что? Как?
«Она может отрегулировать температуру твоего тела».
– Правда?
Тиа услышала предположение и заполнила меня. Прекрасное тепло пришло с ней, словно она укутала меня в львиную шкуру. Телом все еще управляла я, но она осталась со мной, у поверхности, хоть ей и было страшно в воздухе.
«Спасибо», - тихо сказала ей я.
«Прошу прощения за страдания. Я не знала, что могу это прекратить».
«Все хорошо. Мы учимся».
– Спасибо, - сказала я жеребцу. – Теперь нам намного лучше.
«Не за что. Помни, что если тебе понадобится сила сфинкс, вам нужно работать вместе. Сила требует единства ваших желаний».
– Это полезно знать.
«Готова, леди Сфинкс?» - спросил Небу.
– Готова? К чему?
«Войти в Дуат».
– О, это. Эм, да?
Единорог склонился и медленно двинулся вперед. Казалось, мы входим в горизонтальный черный пруд. Звезды оставались на месте, но пространство между ними мерцало, как жидкость. Голова Небу и грудь исчезли, поглощенные непрозрачной водой. Я вспомнила гору с огромным червем, где доктор Хассан спрятал саркофаг Астена.