Воссозданный
Шрифт:
Жидкость коснулась моих ног, потекла по моему телу. Я сделала глубокий вдох и закрыла глаза. Меня поглощали и разбивали много раз после встречи с Амоном. Зыбучие пески, удушающая львица, горы, каменные комнаты, а теперь и проход в Дуат. Каждый раз я испытывала ужасные проблемы с клаустрофобией. Каждый раз был маленькой смертью. А теперь я была отчасти кошкой, и, может, на этот переход ушла одна из моих девяти жизней.
«Это миф», - заявила Тиа.
«Что?» - отозвалась я, стараясь отвлечься от тьмы, смыкающейся вокруг моей головы.
«Что у кошек девять жизней. Нет. У них одна жизнь, как и у всех существ. Исключение сделали для напарницы, конечно».
Тьма отступила, и мы узрели рай во всей его красе. Мы вошли в новый мир – еще красивее и роскошнее, чем все до него. Огромный океан мерцал под нами в золотых лучах идеального заката. В нем отражались большие крылья Небу, мои обнаженные белые ноги на его боках и мое зеленое платье.
Странные морские птицы перекрикивались и ныряли, пытаясь поймать ужин в косяках рыб, чьи чешуйки вспыхивали под водой. Звери побольше, которых я не могла разглядеть, пускали облака брызг и исчезали под водой. Приятный ветерок принес запахи бирюзового океана, золотых песков, ярких цитрусов и тропических цветов, нагретых солнцем.
Единорог опустился ниже, касаясь ногами воды, и брызги, такие теплые, что могли быть из горячего источника, попадали на мои ноги в сандалиях. Впереди был остров, окруженный низкими мандариновыми облаками, из-за них выглядывал золотой город. Резные обелиски, арки мостов, сверкающие башенки, огромные статуи и впечатляющие пирамиды из позолоченных камней сияли в свете угасающего солнца. Хотя был закат, свет каждого здания мог легко затмить полную луну.
– Это Дуат? – спросила я.
Небу тихо заржал.
«Нет. Город перед нами – только часть Дуат. Это Сердце солнца – дом Амун-Ра – известный еще как Гелиополис. Чтобы попасть в загробный мир и преисподнюю, тебе нужно дойти до дальнего края Дуат, где вечером садится солнце».
– Солнце уже садится. Мы успеем до ночи?
«Нет. Даже если я и домчу тебя туда вовремя, у тебя нет доступа к переходу по Космической реке без разговора с Амун-Ра. Он должен дать разрешение плыть на небесном корабле. Без Того, кто родился сам, Защитника нехоженых дорог, тебе не позволят даже оставаться в границах Гелиополиса».
Небу ударил крыльями и полетел над великой стеной, что окружала город, и я увидела движение людей между зданиями внизу.
– Кто они? – спросила я.
«Боги поменьше. Некоторые – слуги, вымолившие вечное служение Амун-Ра. Другие – его создания».
– Создания? Это как дети?
«Если так говорить, да. Как единороги, многие существа были созданы космосом, нескольких создал Амун-Ра или другие члены пантеона. Многие из них мирно живут в Гелиополисе».
– Так они не люди?
«Некоторые люди. Некоторые были».
Я не осмелилась задавать еще вопросы об этом. Пока что. Этого было слишком много для меня.
– Куда мы направляемся? К главному зданию?
«Мы попытаемся получить доступ к вратам во дворце Амун-Ра. Видишь его на вершине холма?».
Город, над которым мы двигались, был полон самых роскошных и ослепительных зданий, какие я когда-либо видела. Огромный храм венчал обелиск в форме большой птицы, он стоял на склоне горы и был со сверкающей пирамидкой сверху.
Небу объяснил:
«Пирамидион на вершине храма отмечает высшую точку города».
– Пирамидион? – спросила я.
«Да. Вершина обелиска Бенбен. Изображение Амун-Ра было вырезано на огромном бриллианте, все в городе смотрят на него на рассвете и закате, чтобы помнить, что Амун-Ра первым встречает солнце каждое утро и провожает в сумерках».
– Хмм. Будто пытается компенсировать что-то.
Небу тихо заржал и тряхнул гривой.
«Осторожнее со словами в Золотом городе, - предупредил он. – Амун-Ра из тех богов, которые церемониться не будут».
Я улыбнулась и погладила шею Небу.
– Ты слишком тревожишься. Поверь, я обучалась поведению в обществе, как только смогла говорить. Мы будем в порядке.
«Мне будет больно знать, что твое путешествие окончится, не начавшись. Может, мне стоит оставаться рядом с тобой, когда ты встретишься с ним».
Запустив пальцы в его гриву, я крепко держалась, пока он грациозно спускался к плитам внизу. Его копыта ударились о сверкающую плитку, ветер, что он поднял спуском, отбросил мои волосы во все стороны. Он сложил крылья по бокам, прижав их крепко, и они исчезли из виду, и мы пошли по длинному мосту, ведущему к вратам, где стояли стражи с длинными копьями опасного вида, скрещенными между ними.
«Может, если все пройдет хорошо, ты сможешь связаться с Анубисом, чтобы он поговорил с моей женщиной. Не знаю, доставил ли он послание, но попытка – не пытка».
– Я смогу, - пообещала я, думая о женщине, которую любил единорог. – Анубис у меня в долгу. Что мне передать?
«Скажи ей… скажи ей, что мое сердце все еще горит для нее».
«Так загадочно».
– Если получится, я передам послание, - я соскользнула с его спины и пошатнулась, восстанавливая равновесие. Небу уткнулся носом в мою ладонь, и погладила его голову в благодарность.
«Идем. Я проведу тебя до внутренних покоев, раз уж я не могу уговорить тебя взять меня с собой, пока ты здесь, - жеребец шел радом с нами, а мы приближались к страже. Он обратился к ним. – Эта сфинкс хочет аудиенции с Тем, кто родился сам. Мы просим входа».
Страж ответил с каменным лицом:
– У него есть дела этой ночью, но, может, Гор захочет развлечься.
«Развлечься?
– прошипела Тиа, кривясь. – Они хотят поиграть с нами?».
Тию перебил один из стражей, открывший врата и пустивший нас внутрь. Нам дали неясные инструкции, оставили с нашим оружием, что было странно для такого крупного здания, как храм Амун-Ра. Может, это говорило о силе богов. Редкие, видимо, вызывались проверить их силу.
Небу уверенно шел рядом с нами и будто знал, куда идти. И я не тревожилась.
Интересно, как лучше подойти к Гору? Конечно, он нам поможет. Амон хранил его Глаз, в конце концов. Наши поступки повлияют на всех, даже на людей, что жили в золотом городе Гелиополисе. Если Сетх вырвется, они будут в такой же опасности, как и царство смертных, так ведь?
Мы шли по дворцу, и я могла лишь с открытым ртом смотреть на роскошь и блеск дома Амун-Ра. Мимо прошли слуги с золотыми кувшинами и подносами, полными наливных фруктов, сладостей и сыров. После того, как пятый кивнул, скользнув по нам взглядом, я кое-что заметила: