Чтение онлайн

Ученые мужи извели на Насреддина тонны чернил. Кто-то считает его глупцом, кто-то мудрецом, даже обладателем мистических секретов. Он же не отвечал книжникам взаимностью, его больше интересовали другие вещи. Все он выворачивал наизнанку.

Потому-то он так живуч. Смерть его не берет, он все так же скитается по свету, и все так же умны его безумные мысли. Теперь он заглянул к вам. Посмотрите на него, прислушайтесь, улыбнитесь.

И вспомните о том, что когда-то, во времена могущественной Османской империи, эти же истории имели хождение и между обычными подданными султана, и среди его приближенных, и даже наложницы в его гареме со смехом пересказывали их друг другу, когда поблизости не было особо бдительных евнухов. И, наверное, особенно их веселили рассказы об одураченных Насреддином правителях — им ли было не знать, каковы они на самом деле, эти всемогущие властелины.

Прохожий увидел, как Насреддин ищет что-то у себя во дворе.

— Что ты потерял? — спросил он.

— Ключ, — ответил Ходжа.

— Я помогу тебе, — сказал прохожий и присоединился к поискам.

Время шло, а ключ все не находился. Утомившийся помощник спросил:

— Не помнишь, где ты его уронил?

— Помню. Дома.

— Так почему мы ищем здесь?

— А там темнее.

— Однажды я заставил бежать целое племя страшных бедуинов, — похвастался Ходжа.

— Но как ты это сделал?

— Легко. Я побежал первым, а они — за мной.

Насреддин нес домой свежую печенку и рецепт ливерного пирога, взятый у Друга.

Вдруг на него налетел гриф и унес печенку.

— Глупец! — закричал Ходжа. — Что ты будешь с ней делать без рецепта!

Худосочный карманник пытался украсть у Насреддина кошелек, но тот не сплоховал, повалил вора на землю и принялся его колотить.

Шедшая мимо женщина возмутилась:

— Ты, верзила! Отпусти малыша, имей совесть!

— Не все то золото, что лежит! — проговорил Ходжа, отвешивая очередной тумак.

Прогуливаясь с другом, Насреддин увидел красивое озеро, — Какое чудо! — воскликнул он, а потом, помрачнев, добавил: — А все-таки…

— Что «все-таки»?

— Все-таки без воды было бы лучше!

Насреддин приехал на скачки верхом на воле. Все засмеялись: куда ему тягаться со скакунами?

— Когда он был теленком, — сказал Ходжа, — за ним никто не мог угнаться. Теперь он вырос — и должен бегать еще быстрее.

Насреддин разбрасывал крошки вокруг дома.

— Что ты делаешь? — спросили его.

— Отгоняю тигров.

— Но здесь нет тигров,

— Были бы, если б не я!

Услышав страшный грохот, жена Насреддина прибежала к нему в комнату.

— Не волнуйся, — сказал Ходжа. — Это халат упал,

— С таким шумом?

— Просто он упал вместе со мной.

Насреддин никак не мог решить, на какой из двух женщин ему жениться, и на все их вопросы отвечал: «Не знаю».

— Ну а если бы мы упали в реку, кого бы ты стал спасать? — спросила та, что посимпатичнее.

Ходжа повернулся к другой, более богатой невесте:

— Скажи, а ты, случайно, не умеешь плавать?

Насреддин сказал:

— Однажды правителю, которому я служил, подарили великолепного скакуна. Никто на нем не мог усидеть. Все падали. Мне надоело на это смотреть, и я закричал: «Несчастные! Куда вам тягаться с этим конем! Никому это не под силу!» И тут я вскочил в седло…

— Ну и что было дальше? — спросили Ходжу.

— Я тоже упал, — ответил он.

— Под каким знаком ты родился, Ходжа?

— Под знаком Осла.

— Что-то не припомню такого.

— Ты давно учился, с тех пор появились новые.

К Насреддину пришел неграмотный человек и попросил его написать письмо.

— Не могу, — сказал Ходжа. — Я обжег ногу.

— При чем здесь это?

— Мой почерк, кроме меня, никто не разберет. Придется самому нести письмо и читать. А куда я пойду с больной ногой?

Насреддину приснилось, что он пересчитывает монеты. На девятой — монеты кончились.

— Хочу десять! — закричал Ходжа и проснулся.

Увидев, что деньги исчезли, он снова закрыл глаза и снисходительно заметил:

— Ладно, хватит и девяти.

Насреддин увидел человека, печально сидевшего у дороги, и спросил, что его тревожит.

— В жизни нет ничего интересного, — ответил тот. — У меня хватало денег, чтобы не работать, и я отправился в путь, надеясь найти что-то позанимательнее той жизни, что я вел дома. Бесполезно…

Не долго думая, Ходжа схватил его мешок и бросился наутек. Отбежав подальше, он положил мешок у обочины, а сам спрятался в кусты.

Наконец, появился бедный странник. Он совсем упал духом и едва волочил ноги. Но, обнаружив свою потерю, — побежал, крича от радости.

— Простая все-таки вещь — счастье, — сказал Ходжа.

Насреддин полез в чужой сад за абрикосами, но его заметил садовник и он забрался на дерево.

— Ты кто? — спросил садовник.

— Соловей.

— Ну-ка, спой мне.

Ходжа спел так, что лучше об этом ничего не говорить.

— Не слыхал я таких соловьев, — засмеялся садовник.

— Ничего удивительного, — ответил Ходжа. — Я прилетел издалека.

Ученый муж, считая Насреддина умным человеком, хотел с ним побеседовать, договорился о встрече, пришел, но того не оказалось дома.

В сердцах, он написал мелом на воротах: «Дурак».

Вернувшись домой и увидев надпись, Ходжа поспешил к ученому.