Чтение онлайн

Между 13 марта и 26 апреля эскадренные миноносцы 6-й флотилии эскадренных миноносцев принимали участие в 8 минных операциях, тогда как минные заградители за это же время провели по меньшей мере 6 операций. Так как крупные заграждения должны были быть установлены за несколько выходов, то каждый раз конец заграждения обозначали буем.

Русские заметили эти буи и сбросили вблизи них авиационные мины. 21 апреля 1944 г. минный заградитель «Роланд», взяв курс для постановки мин, наскочил на 2 такие мины и сразу же затонул со значительной частью команды [196] .

В мае установка заграждений была закончена. Заграждение «А», имевшее 1628 мин и 950 минных защитников, прикрывало Нарвский залив и тянулось на Запад, тогда как заграждение «В» длиной 9 морских миль и состоявшее из 600 мин и 210 минных защитников, охватывало район между Гогландом и большим Тютерсом. Тем самым была создана предпосылка для вторичного успешного блокирования советских подводных лодок. Одновременно заграждения, установленные для прикрытия сухопутного фланга в Нарвской бухте, заставили немцев нести их постоянную охрану, а корабли охранения вскоре стали объектами крупных налетов советской авиации. Начиная с середины мая налеты стали особенно интенсивными, 19 мая 60 самолетов совершили первую атаку на бреющем полете, в результате чего было потоплено 2 корабля [197] . Русская авиация теперь сконцентрировала удары на кораблях охранения минных заграждений в Нарвском заливе.

Ежедневно совершалось от 3 до 4 налетов, так что боеприпасы для зенитной стрельбы, которыми располагали эти корабли, вскоре оказывались расстрелянными. Как только русские чувствовали ослабление заградительного огня, они сразу же переходили к атакам на бреющем полете и с пикирования, и таким образом им удавалось повредить и потопить много кораблей. В результате обстрела с самолетов немецкие корабли ежедневно теряли до 50 человек личного состава. В состав русских авиационных соединений обычно входило от 10 до 70 самолетов.

25 марта в 21 налете принимали участие свыше 150 самолетов. В результате атак последовательными волнами личный состав немецких кораблей был чрезмерно переутомлен, а сами корабли очень сильно потрепаны. Правда, зенитная артиллерия сбила несколько самолетов, но это не произвело на русских сильного впечатления. До самого июля немцы не располагали истребителями, затем на некоторое время в Раквере была переброшена 54-я истребительная эскадра, а после ее передислокации в распоряжении ВМС была оставлена одна эскадрилья, которая смогла несколько ослабить удары русской авиации по немецким кораблям [198] .

Вскоре в борьбу со сторожевыми кораблями, охранявшими Нарвский залив, вступили легкие военно-морские силы русских. 30 мая 5 советских торпедных катеров впервые атаковали 3-ю флотилию тральщиков, но безрезультатно [199] . В последующие месяцы, несмотря на наличие немецких кораблей, русские тральные соединения пытались сделать проход в заграждении «Зееигель», в связи с этим имели место многочисленные бои.

5 июня попаданием торпеды с советского торпедного катера удалось потопить немецкий тральщик «М 37», что явилось показателем улучшения тактики русских [200] .

В ночь с 7 июня 3-я флотилия тральщиков вела перестрелку с 19 советскими тральщиками и потопила при этом 1 корабль. В следующую ночь русские включили в свою группу кораблей еще 5 торпедных катеров, во время очередного боя они потеряли 2 катера, тогда как немецкие корабли потеряли 3 человек ранеными и получили лишь легкие повреждения. Во всех этих боях русские показали себя с наилучшей стороны. На своих катерах с бензиновыми моторами они подходили к немецким кораблям на расстояние нескольких метров, а также под сильным артиллерийским огнем старались спасти личный состав подбитых и горящих торпедных катеров. Во время повторного нападения ночью 19 июня вновь был подбит 1 торпедный катер [201] . Не обращая внимания на потери, русские вновь и вновь вводили в бой свои торпедные катера, что было дополнительной нагрузкой для немецких сторожевых кораблей, охранявших заграждения. Немецкая группа (тральщики, KFK [202] , артиллерийские баржи, быстроходные десантные баржи, моторные тральщики, охотники за подводными лодками), включавшая около 15 кораблей, в зависимости от обстановки должна была днем и ночью патрулировать в различных построениях, находясь западнее заграждения. Как правило, через 4 дня происходила ее замена. Обычно в результате воздушных налетов большинство кораблей уже через 24 часа оказывалось без боеприпасов для зенитной стрельбы. 1 июля немецкие корабли вели огневой бой через заграждения с 3 канонерскими лодками класса «Москва» и миноносцами, но он закончился безрезультатно. В течение июня имели место 8 боев с надводными советскими кораблями, тогда как в июле их было уже 16, а в августе — 15. Несмотря на потери, нарвский заградительный участок был удержан и тем самым морской фланг немцев был защищен от действий русских. Немцам все же не удалось помешать русским постепенно проделать проход в заграждении «Зееигель».

Но для советских подводных лодок оно все же оставалось непреодолимым препятствием. Например, когда 12 мая было передано сообщение о подводной лодке, шедшей южнее Хельсинки в западном направлении, немцы смогли уже 15 мая закончить постановку сетевого заграждения, и подводная лодка, шедшая с разведывательными целями, должна была безрезультатно вернуться в Кронштадт [203] . В противоположность 1943 г. русские в 1944 г., располагая 34 подводными лодками, из которых по меньшей мере 7 были небоеспособны, опасались потерять их в малоэффективных действиях в районе минных заграждений [204] . Поэтому в этом плане не было сделано никаких попыток. Русские надеялись взять вражеские базы в Финском заливе в ходе сухопутных операций и таким образом открыть своим подводным лодкам путь в Балтийское море. Финский флот 24 апреля начал повторную проверку фарватера в шхерах и в открытом море и с 12 мая усиливал минные поля около Гогланда.

Минные заградители «Руотсинсалми», «Лоухи» и небольшие корабли были подготовлены 20 мая, а 3 июня они поставили заграждение севернее острова. Финские торпедные катера доходили до путей подвоза советских кораблей Кронштадт — Лавенсари и отмечали редкое, но хорошо охраняемое движение кораблей, однако в перестрелку не вступали. Более успешными были действия 6-й флотилии германских торпедных катеров, потопившей в ночь с 13 на 14 мая около Лавенсари советский дозорный катер, а 26 мая повредившей еще 2 дозорных катера в Кронштадтской бухте [205] .

Советские торпедные катера и другие небольшие суда также интенсивно ставили мины в финских шхерах, причем каждый раз за счет превосходства в скорости им удавалось уйти от угрозы со стороны финских кораблей. 9 июня русские перешли к ожидавшемуся крупному наступлению на Карельском перешейке. Непосредственная военная цель наступления состояла в расширении советской береговой полосы на северном берегу Финского залива, политическая цель — путем перемирия вывести Финляндию из войны.

В ожесточенных боях русским удалось оттеснить финнов. Чтобы предотвратить использование советских военно-морских сил на морском фланге узкого сухопутного фронта, финны установили новые минные заграждения южнее пролива Койвисто до Халли и между Сейвесте и Ино. Все эти воды нельзя было заминировать, т. к. в случае необходимости в отдельных фарватерах должны были действовать финские военно-морские силы. Заграждение «Пистин I» было установлено 10–11 июня, причем со стороны моря в это время нес охранение «легкий отряд» и финские торпедные катера. В это время южнее Сейвесте были замечены два советских отряда в составе 34 катеров, занимавшихся тралением мин.

Минный заградитель «Руотсинсалми» усилил заграждения 14 июня и в последующие ночи, тогда как торпедные катера, перед которыми не было поставлено ни разведывательных задач, ни задач охранения, 16 июня поставили магнитные донные мины западнее Сейвисте и в бухтах Таммикко и Лаутатархан. Русские не предпринимали ничего, чтобы помешать этим операциям, а короткий бой между несколькими финскими и десятью советскими торпедными катерами, имевший место 14 июня около Грегова, окончился безрезультатно [206] . В противоположность этому севернее Халли дозорные катера 2-й финской флотилии сторожевых катеров рано утром 17 июня сумели оттеснить четыре советских торпедных катера, которые, очевидно, намеревались атаковать финский конвой. Был поврежден один торпедный катер, потерявший ход. Русские спасли команду и отошли, а финны подобрали поврежденный катер и через некоторое время включили его в состав своего военно-морского флота [207] .

Обстановка на Карельском фронте усложнилась настолько, что был оставлен Выборг. Финские торговые суда, 2-я эскортная флотилия и 2 немецкие десантные баржи принимали участие в эвакуации. Чтобы ускорить постановку новых минных заграждений, немцы подтянули сначала 4, а позднее еще некоторое число десантных барж и минного вооружения. 20 июня советская авиация совершила налет на склад мин на Киркомансари и находившиеся там минные заградители. Немецкий минный транспорт «Оттер» затонул вместе с находившимися на нем 146 минами ЕМС, а финская баржа «Паргас 17» — со 124 минами KMA. На суше во время этого налета было уничтожено 200 мин ЕМС, 54 мины FMC, 66 мин КМА, 107 минных защитников и 49 минных защитников взрывного типа. Десантная баржа «F 140» была повреждена бомбой, а другие — при посадках на мель. Эти материальные потери, а также быстро менявшаяся обстановка на суше вынуждали союзников прибегать к различного рода отвлекающим, ложным маневрам при отступлении. Несмотря на это, до конца июня удалось установить важнейшие минные заграждения в Выборгском заливе.