Вот и всё!
Шрифт:
– Такая нежная кожа, - загрубевшим от возбуждения голосом прошептал мужчина, - кажется, я при-коснусь к ней, и она тут же лопнет.
Он зажал мой сосок между пальцев и немного потянул его вверх. От этого необычного ощущения, я невольно выгнула спину, и закинула голову вверх. Михаил мягко улыбнулся, уловив мою реакцию, и снова поцеловал меня, прерывая прикосновения секундными прикосновениями. Этот хваткий частич-ный поцелуй так сильно возбуждал меня, что я просто начала задыхаться. Он специально задавал такой темп поцелую, чтобы я не смогла вдоволь насладиться им. Он просто дразнил меня, подчиняя себе.
Медленно опустив свою руку с моей груди вниз, поглаживая живот, он положил свою ладонь поверх чёрного кружева. Я ощущала свою чрезмерную влажность, мне даже казалось, что трусики промокли насквозь. Мне было неловко от этого, но оттолкнуть его и просто нарушить этот волшебный момент своей застенчивостью, было бы самой глупой ошибкой в моей жизни. Михаил оттянул аккуратно краешек моих трусиков и сказочно нежно провел пальцем по моему набухшему от желания бугорку. Мир вокруг как будто лопнул, как мыльный пузырь и я разлетелась по комнате невидимым прахом. Мне было приятно. Это были необъяснимые космические ощущения.
Он привстал и быстро стянул с меня трусики, ложась на меня сверху, и опершись на локти, чтобы избавить меня от своего веса. Он посмотрел на меня сверху вниз и тихо произнёс:
– Прости.
Его глаза, его тёмные глаза переместили свой взгляд вниз, и я почувствовала, как его плоть начала медленно погружаться в меня, причиняя мне неприятную боль. Я скривилась от этих ощущений, и, упершись в его грудь ладошками, попыталась немного оттолкнуть его. Михаил, тяжело дыша от ог-ромного возбуждения, снова нежно поцеловал меня, стиснув мои губы своими очень крепко. Затем он, зажав меня в своих руках, обняв за плечи, вошел в меня полностью одним уверенным толчком. Боль разорвала на куски моё тело.
Умело руководя процессом, он снова сделал пару очень медленных толчков, с каждым разом пытаясь войти в меня всё глубже. Я пыталась максимально расслабить мышцы и довериться ему полностью, но к моему глубочайшему сожалению, я не почувствовала ни малейшего удовольствия, о котором была так наслышана. Я просто прижималась к нему, ласкала по спине руками, гладив рельефные мышцы, и мне было неважно, как это происходит. Главное, что это происходит с ним. Я, молча, лежала, наблюдая, как его крепкое тело содрогается, достигая вершины своего удовольствия.
Внутри всё сжалось от бездонной гречи и пустоты. Не так я себе представляла нас с ним. Вернее, как раз с ним всё отлично. Не такой я представляла себя. Я думала, что буду громко стонать, извиваться под ним, впиваться ногтями в кожу, в общем, воплощу собой все стереотипы, просмотренных мною, фильмов со страстными сценами любви.
Он остался лежать на мне, тяжело дыша, а я наслаждалась его близостью, вдыхая запах его тела.
Задумывалась я когда-либо, как должен пахнуть мой мужчина. В смысле не аромат духов известных марок, мыла или геля для душа, а его запах, собственный. На что он должен быть похож, и какие ощу-щения должен приносить? Представляла я, когда-либо, закрывая глаза, запах будущего мужчины моей жизни? Меня очень часто раздражал резкий запах туалетной воды Андрея. Несколько раз я намекала ему об этом, а потом, в конце концов, подарила аромат на свой вкус. Но видимо он ему не понравился, и парень продолжал обливать себя дальше этим тошнотворным ароматом. Только сейчас, вдыхая запах Михаила, я поняла, почему меня так бесила, эта казалось, невинная деталь. Ведь если любишь, то при-нимаешь все недостатки. Ведь у любимого человека запах не хороший, и не плохой, а просто свой, лю-бимый. И ключевое слово здесь 'любимый', да и дело совершенно не в запахе.
Михаил так трепетно целовал моё лицо, перекатившись на бок, и укутывая меня в одеяло, будто хо-тел прикоснуться к моей душе.
– Ты не представляешь насколько ты теперь моя, - прошептал он.
– Я никуда тебя не отпущу и нико-му не отдам!
– Я не собираюсь никуда уходить от тебя. Разве, что в ванную, - я, выскользнув из его объятий, обмо-тавшись, шёлковым покрывалом, встала с кровати и направилась в ванную комнату.
Михаил, распростёршись на постели, молча, проводил меня пристальным взглядом. Я зашла в ван-ную, закрыв тихо за собой дверь, включила воду и посмотрела на себя в зеркало. Мои губы были слегка припухшие от его ласк и немного красноваты. Волосы взлохмачены, и вообще я имела несколько ус-тавший вид. Я плеснула немного воды на лицо и снова посмотрела на себя. Всё было совсем не так, как я представляла. Моё тело совершенно потрясающе реагировало на него, как фортепиано, на котором он мастерски сыграл волшебную партию, но я умудрилась сфальшивить со звуком. Я сбросила с себя одеяло и залезла в огромный круглый резервуар, который так напоминал мне обычную тарелку для су-па. Горячая вода смывала с моего тела его запах и все следы его нежных прикосновений. Тёплые струи воды подействовали вдруг на меня как-то раздражающе, и я, от накатившего опустошения просто швырнула в сторону лейку. Обняв руками свои колени, и положив на них голову, я просто начала пла-кать. Как же всё глупо. Теперь всё намного сложнее, чем было раньше. Разочарование обрушилось на меня, как огромная снежная лавина, которая вмиг похоронила все мои надежды и ожидания.
Неожиданно вода прекратила шуметь, и я подняла голову, увидев руку Михаила, которая перекрыла кран. Взяв меня за обе руки, и заставив встать, он, быстро обмотав меня полотенцем, и взяв на руки, понёс к кровати. Крепко прижав меня к себе, он пару раз поцеловал мой влажный лоб, вытирая мои слёзы рукой, и начал гладить меня руками до тех пор, пока я не уснула в его объятьях.
Открыв глаза, немного прищурившись от лучей дневного света, я посмотрела на вторую половину кровати и увидела перед своим носом огромное количество бутонов красно-бордовых роз. Их было около сотни, не меньше. Я улыбнулась про себя, дотронувшись пальцами до лепестка одной из роз, и вдохнула их свежий душистый запах.
Я осмотрелась и увидела его стоящим возле окон, с голым торсом и чашкой дымящего кофе в руках. Он любовался заснеженным городом. Я тихо встала с постели и, накинув на себя халат, заботливо при-готовленный им, и решила украдкой проскользнуть в ванную комнату, чтобы умыться. Сделав пару не-слышных шагов в сторону стеклянной двери, я вздрогнула от его голоса:
– Доброе утро, Александра!
– холодно произнёс он.
– Доброе утро, - я обернулась к нему, мельком взглянув на него и уловив его острый взгляд, и про-должила свой неуверенный путь.
Сделав все необходимые утренние процедуры, я с трудом расчесала свои волосы, и вышла, сразу же проследовав на кухню, чтобы сделать себе чай. Чая мне вовсе не хотелось, просто я не знала, куда деть себя. Я боялась разговора с ним, попросту не зная, что сказать.
– Преждевременно забила себя безосновательным разочарованием?
– я вздрогнула от его голоса за спиной.
Я, молчала, давая себе время придумать внятный ответ, продолжая наливать чай себе в кружку. Он, взяв меня за талию, развернул к себе, и сильными руками подняв вверх, усадил меня на стол, так что его глаза были совсем напротив моих. Мужчина приблизился на достаточно близкое расстояние, прак-тически касаясь своим носом моего, продолжая адски буравить меня взглядом.
– Нет, - невнятно протянула я, опустив глаза, - просто всё было достаточно...- я снова запнулась, - мне было не...
– Я прекрасно видел, как тебе было этой ночью, - перебил меня Михаил, - тебе было никак!
– Просто я была не такой, какой хотела быть, для тебя, - тихо ответила я.
– Не лукавь, - хмыкнул он, - ты же знаешь, что мне было достаточно хорошо.
Я, молча, вздохнула, покраснев от его слов.
– Можешь краснеть, сколько хочешь. Я люблю твоё смущение, в этом вся ты. Ты расстроена из-за се-бя, - уверенно продолжал мужчина.
– Так вот! Никак больше не будет. Вот и всё!
Он сказал мне это практически в губы, и тут же нежно поцеловал меня, прижимая к себе. От него пахло мятой, а на губах чувствовался привкус чёрного кофе.
– Спасибо за цветы, - пролепетала я, когда он оторвался от меня.
– Это не всё. Тебя также ожидает новогодний подарок. Посмотри по ёлку!
При этих словах, он снял меня со стола и за руку потащил в противоположный угол квартиры, где стояла ёлочка. У её основания лежал белый конверт, на котором был прикреплен такого же цвета бант.