Чтение онлайн

Однако, недоумок оказался хитрей, чем предполагалось и выложил главный козырь, о котором Хоттабыч уже начал понемногу забывать. Проклятая бутылка, будь она неладна!

— Славянскими шкафами интер-ресуешься? Могу пр-редложить. Только не вздумай колдовать, в гневе я стр-рашен!!!

Колдун наконец-то обнаружил источник непонятного предложения. Гармонично вписываясь в композицию, на плече статуи Дианы восседал крупный черный ворон, на которого не обращали никакого внимания рыщущие по закоулкам телохранители.

— Есть р-разговор-р, — сообщил Хоттабычу Карл уже более миролюбивым тоном, — чтобы не пр-ривлекать внимания, подойди поближе и пр-рикинься, что любуешься пр-релестями богини. Для большей убедительности можешь достать кое-что из шар-ровар-р, поигр-раться. — Поймав гневный взгляд колдуна, ворон пошел на попятную. — Как знаешь. Я как лучше хотел. Чтоб все пр-равдоподобно было. Мол, шел мимо, узр-рел, не совладал с пр-робудившимися чувствами и р-решил спустить пар-рок таким пр-римитивным, но весьма эффективным способом. Честно скажу: хр-реновый ты р-разведчик. Ни пар-ролей не знаешь, ни в обр-раз войти не можешь… Ладно, слушай…

Карл, сильно потрепанный и не менее возбужденный, влетел в номер.

— Что случилось? С Яной что-нибудь или с Сереньким, Васькой? — Я не на шутку перепугался, обеспокоенный таким видом ворона, вернувшегося из дворца.

— Не знаю, я их не видел.

— Тебя пытались поймать во дворце и ты еле унес крылья?

— Во двор-рце все нор-рмально. А насчет кр-рыльев, ты пр-рав, еле унес.

— Да что случилось-то?

— Пустяки. С индюком подр-рался. На минутку залетел в один двор-рик…

— Нахрена? Ведь договаривались, сразу сюда!

— Дело в том, что я живописец. А минута-др-ругая важной р-роли не игр-рает. Вот я и залетел. А этот индюк паскудный возьми и пр-роснись в самый неподходящий момент. Всегда в это вр-ремя спит кр-репко, а сегодня почему-то др-ремал только. Вер-рно ты пр-риметил, много в Гор-роде за ночь пр-роизошло стр-ранных пер-ремен…

— И ему не понравилось, что ты рисуешь картины без его ведома, а позировала тебе его жена — индейка.

— Почему р-рисуешь? Какие кар-ртины?!

— Но ты же сам сказал, что ты — живописец?

— Пр-равильно. Но кар-ртины здесь совер-ршенно ни пр-ри чем. Ор-рган у меня один очень живенький, из-за него и стр-радаю.

— Все понятно. Рассказывай, что узнал во дворце?

— Там твор-рится что-то невообр-разимое. Всюду негр-ритосы, ср-роду не думал, что их столько. Все двер-ри охр-раняют, в каждый закуточек заглядывают. Явно что-то ищут. Или кого-то. Может у них из тюр-рьмы сбежал кто? А чер-рномазых видимо-невидимо. От них во двор-рце даже темно стало, как в их же Васькиных памятниках.

Последнее сравнение я совершенно не понял. Ни о каких памятниках коту я слыхом не слыхивал, тем более о том, что они принадлежат чернокожим телохранителям. Но уточнять не стал. Карлу только дай повод. А к делу это вряд ли имело отношение.

— И заметив такое оживление в стане противника, ты решил, что в индюшатнике будет поспокойней?

— Обижаешь. Я поспешил вер-рнуться, чтобы пр-редупр-редить, что мне удалось пер-реговор-рить с Хоттабычем. Я ему стр-релку забил вон за тем углом. Сейчас он должен подойти. Но сначала пр-ровер-рим, с добр-рыми намер-рениями он идет или как.

— Каким образом?

— По условному знаку опр-ределим.

— По какому?

— Сам увидишь.

Через несколько минут колдун пересек площадь и направился в сторону условленного места.

— Все нор-рмально, можно с ним говор-рить, — выдал свое заключение Карл, — знак на месте.

Приглядевшись, я понял, что за знак. Покачиваясь при каждом шаге Хоттабыча, чалму украшало большое белое петушиное перо.

— Где будем вести пер-реговор-ры?

— Веди его сюда, — подала голос до этого задумчиво молчавшая Яга только не через главный вход, чтобы из дворца не заметили.

— Обижаешь!

Ворон полетел вслед колдуну и, спустя пять минут, Хоттабыч уже входил в наш номер.

— Мне передали, что перед тем как сдаться, ты хочешь поговорить со мной. — Прямо с порога приступил к делу колдун.

— Поговорить хотел, это точно, но сдаваться не собираюсь.

— Но ты же обещал!

— Об этом мы потолкуем попозже. А сейчас речь пойдет о той завитушке, что ты мне в лабиринте показывал, гномом нарисованная. Она у тебя с собой?

— Зачем тебе? Все равно прочитать не сможешь.

— Ей показать, — я кивнул на выходящую из-за ширмы ведьму.

Хоттабыч при виде Яги как-то совсем растерялся. Он и без того выглядел не столь уверенным, каким он мне показался во время знакомства в лабиринте. Они около минуты молча смотрели друг другу в глаза. Не знаю, что это было, колдовской поединок, не заметный для обыкновенных людей и болтливых птиц, или Яга просто, по-бабьи, охмуряла джинна. Так или иначе, но верх одержала ведьма. Хоттабыч, не задавая больше вопросов, суетливо извлек из-за пазухи свиток.

— Он самый, — мельком взглянув, признала пергамент Яга, — что с телом сделал?

— Я не понимаю, о чем речь?

(Я тоже ни фига не понимал, но не спешил об этом объявлять).

— Эту гномью писульку (Карл зааплодировал) я своими руками положила в гроб… Вчера вечером Вовка мне рассказал, что видел тайнопись… Конечно, по миру много гномов шляется… Но, на всякий случай, я решила проверить… Полетела ночью. И что вижу? Могила раскурочена, трупа нет… Вот, я и хочу узнать, куда исчезло тело?

— Не было ни какого тела, только это, — Хоттабыч помахал пергаментом.

— Значит признаешь, что могилу раскопал?

— Да, но…

— Сожр-рал небось, — предположил, не сдержавшись, Карл, — колдуны, особенно главные, любят мер-ртвечинкой полакомиться, а р-разложившиеся гномики считаются у них особым деликатесом.

— Да я вначале даже не знал, что там могила, — поспешил оправдаться Хоттабыч, боясь, что слова ворона будут приняты за чистую монету, — я искал совершенно другой предмет. А когда понял, что заклинание привело к захоронению, решил не отступать. Но, клянусь, трупа не было. Только это. Колдун вновь продемонстрировал свиток в качестве неопровержимого доказательства. — А ты уверена, что гном умер?