Чтение онлайн

Ледяная из-за родников вода судорогой сводила мышцы, а течение так и норовило уронить. Но я стоял. Растопырил руки, чтоб поймать Ленку наверняка, и стоял. Глаза слезились от солнца, от бликов и от напряжения, а я смаргивал слезы и шептал:

– Сюда… Пожалуйста, сюда…

Ленка была все ближе. И все чаще она скрывалась под водой. Провалится – вынырнет, провалится – вынырнет…

Я приготовился. Вот последний метр… Не достану! Я еще шагнул вглубь, обеими руками вцепился в проплывающий мимо желтый подол и потащил Ленку к берегу…

Мы сидели на песке, мокрые и обессилевшие. Ленка все кашляла и кашляла.

Прибежала Верка, села рядом с нами и громко заревела.

Ленка взяла меня за руку своей холодной, посиневшей рукой и сказала:

– Во-во-вовочка… – Зубы ее стучали, и она через силу выталкивала слова. – Вовочка, ты меня спас…

– Я В-в-вовка, – простучал зубами я в ответ.

Верка все ревела, и Ленка тоже сморщилась, будто вот-вот заплачет. Тогда я растянул замерзшие губы в улыбке и сказал:

– Ленка, ты самая большая рыбина, из всех, что я поймал.

Пока мы шли обратно, девочки успокоились и одежда высохла. Бабушке я ничего не сказал. И Ленке с Веркой запретил рассказывать, иначе меня перестали бы пускать на реку, да и баба Нюра с бабой Тоней опять бы все перевернули с ног на голову и решили бы, что я их внучек утопить хотел.

А когда приехали родители, я подошел к папе и сказал:

– Папа, научи меня плавать.

Первое сентября, когда у меня начинался второй класс, я ждал со смешанными чувствами. Здорово же увидеться с ребятами, поболтать о том, о сем, встретиться с Галиной Ивановной. Кругом цветы, банты, белые рубашки, домашку не спрашивают… Одним словом – праздник!

Зато за первым сентября приходит второе. А это уже совсем не то. На окнах и на учительском столе еще стоят вчерашние букеты, на улице еще зелено, еще можно гонять мяч и кататься на великах, еще наливаются яблоки в бабушкином саду, а мы должны сидеть, глядеть на доску и слушать. Должны писать, считать, отвечать… Тоска!

Поэтому, когда нас отпустили после линейки и классного собрания, я тут же вскочил и закричал:

– Айда на стадион! Мне мяч футбольный купили, поиграем!

Я думал, что мальчишки обрадуются, но никто меня и не слушал. Все сгрудились около Леньки Горохова и галдели, как стая сорок:

– А у меня диагональ больше!

– А у меня зато пятнадцать гигабайт интернета!

– А у меня вообще безлимит!

Я вклинился в толпу одноклассников. Все были со смартфонами и хвастались. Ленька важно тыкал в экран огромного смартфонища, который только двумя руками и удержишь, и говорил:

– Так, Женьку я в друзья добавил, Сережку тоже… Валерка и Сашка с прошлого года есть. Ну, кто еще из продвинутых?

Я смотрю, а они в ВК зашли и друг друга, в друзья, значит, добавляют. Тут Ленька заметил меня и говорит:

– О, Вовка! У тебя как с современными технологиями?

Я хотел сказать, что телефон имею. Обычный, правда, кнопочный, мне ж звонить только, но Валерка вдруг засмеялся:

– А у него мяч! Футбо-о-ольный…

Все тоже почему-то засмеялись.

Я стоял, как дурак, а ребята обсуждали какую-то игрушку на компьютере.

Но я все же спросил:

– Так в футбол будет кто-нибудь?

– Ты, Вовка, совсем отстал, – ответил Ленька. – Сейчас вся жизнь здесь, – он потряс своим смартфонищем.

– И футбол? – спросил я.

– И футбол. Ну, пока, – на прощанье он хлопнул меня по плечу и ушел, тыкая пальцем в экран.

Дома я посидел у окна, поглазел на пустой стадион. Потом взял мяч и вышел. Попинал немного в ворота, но быстро заскучал и вернулся.

За ужином мама спросила:

– Ну что, Вовка, поиграли в мяч?

Я тяжело вздохнул, вытащил из супа длинную капустину, съел и только тогда ответил:

– Знаешь, мама, лучше бы вы мне смартфон подарили.

– Чем же он лучше? – удивился папа. – Там ведь все ненастоящее!

– Может и не настоящее, но там теперь вся жизнь. – Я опять вздохнул.

– О как!

Мама с папой переглянулись.

– Вовка, ты уже большой парень, – начал папа, – поэтому поймешь. Я тебе как врач расскажу. Вот мозг возьмем. В нем миллиарды нейронов и каждую секунду между ними образуются связи. Так мы узнаем и запоминаем новое, так мы думаем. За счет связей между нейронами! Понимаешь? Хорошо… Идем дальше. Связи создают этакую сеть или карту – базу. База формируется примерно к двадцати годам, а потом только достраивается мелкими деталями. Представь себе, – папа внимательно посмотрел на меня и медленно, выделяя каждое слово, произнес: – База закладывается в детстве. У взрослых мозг не способен на такую активную работу.

– И чем помешает смартфон? – спросил я. – В интернете же куча информации, хоть десять карт в мозгу построишь.

– Ха, информация! Как будто все сидят и научные статьи читают! Ага, держи карман шире. Смотрят фотки, видео, да короткие сообщения. Эту информацию мозг не усваивает! Ты скользнул глазами по картинке, по надписи и уже через пять минут забыл. Это просто короткое развлечение. Не формируется база! Понимаешь? Связи не создаются! И в итоге человек выходит во взрослую жизнь ничего не умея, не зная. Он не приспособлен и боится этой жизни. Ему проще продолжать сидеть напротив монитора. Тут ему все понятно, тут не страшно… Но разве это жизнь, а, Вовка? Тебе не кажется, что это обман?

Я промолчал. Наверное, все так. Мне и самому кажется, что лучше погонять в футбол по-настоящему. Падать и подниматься, догонять противника и убегать от него, пинать по упругому круглому боку мяча и ликовать, когда тот влетает в ворота. Что из этого можно испытать в виртуальной игрушке?

– Про влияние гаджетов на мозг можно часами говорить, – продолжил папа. – Почитать об экспериментах… Или вон мама расскажет, почему она перестала рисовать графику для игр. А, Светлан, поделись с сыном, из-за чего ты уволилась с такой хорошей работы?

Мама пожала плечами:

– Мне и дома хорошо работать… Но вообще-то, да, Вов, сначала мне очень нравилось то, что мы делаели – интересно же, когда из твоих рисунков игра получается. Но потом я узнала – психологи специально разрабатывают методики и приемы, чтобы человека затягивало и он не мог оторваться, чтобы в любую свободную минутку спешил к игре… Вообще, смартфон для детей – это одна большая игрушка. Их мозг получает дофамин, гормон радости, и так вырабатывается зависимость. Человек получает удовольствие и от самой игры и от предвкушения ее. Это наркотик…