Чтение онлайн

– Вижу, Вы оценили задумку с транспортом, - Юлия Венкс собственной персоной, - Удивлены?

– Удивлен, - признался князь, сдерживая ярость и любопытство одновременно. Он был политиком слишком долго, чтобы проявлять чувства так просто. Но и продолжить разговор Александр не торопился, принявшись рассматривать причину вселенского переполоха. Ничего особенного: светло-русые волосы, забранные в пучок на затылке, худое лицо, заостренный нос, блеклые голубые глаза. Косметика отсутствовала, что вместе со серым платьем придавало коже женщины нездоровый оттенок, превращая в бледную тень той гордой пленницы, что умудрилась сначала влюбить в себя, а затем отшить самого Деймона.

– Хотите знать, почему я здесь?
– продолжила женщина, будто не замечая его взгляда.

– Мира?
– осторожно предположил Нокс.

– Мира?
– она засмеялась, облокотившись о парапет спиной, - В каком значении вы использовали это слово? Хотя... Не отвечайте, в любом из них ответ отрицательный. Ибо в принципе недостижимый.

– Чего тогда?

Юлия не ответила, отвернувшись к панораме с кораблями. Их количество прибавилось, а скоро и вовсе будет не счесть, ведь через пару часов огласят договор. Потом его подпишут император Годжи, вице-канцлер Республик Магдалена Сардинес, президент союза Нейтральных Земель Джессика Ким, глава Торгового Союза Шерон Мид и Верховный жрец Создателей Иеримил. От террористов на Хейве был некто Ксеронтнас, от Ждущих - Кораки. Жрицы Кай Лонга никого не прислали, предпочитая по-прежнему не вмешиваться в дела мирские. А вот журналистов - хоть отбавляй, оставалось только догадываться какие новости потом огласят обжитый космос, ведь у происходящего, как не странно, сторонников оказалось больше.

– Чего я хочу?
– вернула внимание к себе Вэнкс, - Для начала, вернуться на Солеа. Подбросите?
– ее глаза на миг поменяли цвет на стальной и снова стали бледной тенью небесного свода.

"Вот оно что," - подумал князь, перебирая в памяти нужные события. Пощечина Деймону на приема в честь его дня рождения. Падение во время грозы в Мертвый Источник на Солеа. Последующий побег.

– Вот оно что, - повторил он вслух и добавил, - Вы знаете, где корабль?
– женщина кивнула, и Ноксу осталось лишь поднять руку в прощальном жесте, а потом вернуться в амфитеатр.

Суэльские Республики, Теман, 16 день каелу.

После полудня всем воспитанным детям полагается спать, но наследник Вэнксов себя таковым не считал и, уличив удобный момент, сбежал и спрятался в саду. Прятаться он умел и любил - найти его могла только мать. Но мамы рядом не было уже долго, Алексу это не нравилось, а спросить, когда она вернется, мальчик не мог. Папа и бабушка не любили таких вопросов. Может и маму не любили? Нет, быть такого не может, папа же скучает.

Алекс огляделся из своего укрытия в саду, нянек нигде видно не было, отца тоже. В последнее время тот запирался в своем кабинете и пил какой-то ужасно пахнущий чай, причем холодный, даже лед туда добавлял. Видимо жара сатьен на него так действовала. Странно, что он не добавляет в таком случае в чай лимон и сахар? Может, папа просто не любит сладкое? А ведь полгода назад на Лунном фестивале Цинты грозился съесть всю сладкую вату один, обманщик. Вспоминая о фестивале, мысли вновь привели его к матери. К глазам подступили слезы, Алекс мужественно сжал губы и решил, что плакать он не будет, ну хотя бы пока мама не вернется. Но слезы непослушно стекали по пухлым детским щекам, заставляя время от времени вытирать их рукавом и шмыгать носом. За борьбой со слезами мальчика и застал полуденный сон, который детей на воспитанных и невоспитанных не делил.

Снилась мама, одетая в смешной мешковатый комбинезон и льняную рубашку. Длинные светлые волосы, которые так любил папа, она отрезала, а то, что осталось, спрятала под кепкой, надвинутой на самые глаза. Мальчик понял: мама играла в садовника, иначе, зачем так одеваться? Она сняла его с дерева, где Алекс так удачно спрятался, утерла слезы и крепко-крепко обняла. Объятия были долгими, и ему вдруг захотелось, чтобы они никогда не кончались, чтобы никогда не просыпаться. Но она все же слегка отстранила его и почему-то извинилась.

– Мамочка очень любит тебя, Алекс. Сильно-сильно, сильнее всего на свете. К несчастью, я не могу остаться с тобой, так уж получилось. Но я всегда-всегда буду с тобой в твоем сердце. Ты понимаешь?
– Алекс не понимал, но боялся, что если скажет "нет", мама обидится и уйдет, он на всякий случай кивнул, состроив самую серьезную мину, на которую только был способен, мама грустно улыбнулась, - Прощай, мой милый. Будь хорошим мальчиком. Помни, хоть я и не рядом, я всегда с тобой.

Она снова обняла его, и он успел поверить, что все, что ему только что сказали, неправда, что никто никуда не уйдет. Только объятья растаяли вместе с остатками сна. Мальчик приподнялся на подушке и осмотрелся. Это была его комната, откуда он в полдень вылез из окна, потому что не хотел обедать и не хотел потом спать. Деревья-укрытия в саду он менял часто, найти его так просто не могли. Но не только нашли, но еще и принесли в комнату. В следующий раз нужно выбрать что-то другое вместо сада. Может библиотеку? Там уж точно искать не станут. В животе заурчало, видимо обед он все-таки зря пропустил. Надо сбегать после, захватив с собой что-нибудь с чайного столика, вечно заваленного вкусностями.

Алекс ловко спрыгнул с кровати и принялся одеваться. С шортами проблем не возникло, а вот футболка никак не давала продеть руку во второй рукав, и он решил пойти так. Внизу кто-нибудь из прислуги оденет как надо, и покормит заодно. В таком замечательном виде он уже был на лестнице, когда услышал шум из гостиной. Голос принадлежал папе, и такой странный, будто до этого тот выпил бочку своего странного чая. Отец что-то кричал и стучал кулаком по стене, такие удары мама называла "со всей дури", видимо этой самой дури у папы было много.

– Гьеджит, - орал папа, - Да что она о себе возомнила?! Мир во всем мире ей подавай? А мой сын должен выступать в качестве живого щита? Дрянь! Да никогда такому не бывать! Я ее и близко к ребенку не подпущу! Это больше не ее сын!

Он так о маме? Так это из-за папы они больше не увидятся? Нет, не может такого быть. Папа просто разозлился, но успокоится и, если Алекс попросит увидеться с мамой, конечно же, разрешит. И мальчик поспешил проверить свою гипотезу.

– Мама приходила? Ты ведь о ней, папа? Где она? Я хочу к маме!

То ли отец его не расслышал, то ли с кем-то спутал, но рука, за которую Алекс тщетно пытался зацепиться, с силой отшвырнула его обратно к лестнице. Только упасть и что-нибудь разбить не случилось, кто-то ловко поймал его и, поставив на пол, заслонил собой.

– Дима, прекрати, - послышался уставший голос дяди Артема, - Ты едва не убил своего сына, которого так яростно сейчас защищал. Для начала тебе необходимо проспаться, а уже потом строить грозные планы.

– Не ука... Едва не убил сына?
– отец наконец-то узнал его, но некогда веселые фиалковые глаза были мутными и пугающе злыми.

Алекс сильнее сжал закрывающую его руку Николаева, мечтая о том, что папа не подходил. Мечтам не суждено было сбыться. Дмитрий отыскал глазами сына, сделал шаг вперед и, слегка нагнувшись, позвал:

– Леша, сынок, папа напугал тебя, да? Не бойся, папа так больше не будет, - жалкая попытка улыбнуться и жест, которым обычно подзывают перепуганных домашних питомцев, - Иди сюда, ну?
– Алекс испугался еще больше, сделал шаг назад и отчаянно замотал головой, - Иди сюда, тебе говорят! Ах ты мелкий!..