Чтение онлайн

По комнате пронесся предупреждающий рокот. Мой инстинкт остановил меня… все чувства обострились. Я перевела взгляд на него, но его глаза были прикованы к надрыву, который он сделал на бриджах. Он выглядел таким же голодным, как и раньше, но я знала, что сейчас он жаждет не крови.

Он приподнял мои бедра, и я едва заметила его движение. Все, что я знала, это то, что его рот был на мне. Воздух покинул легкие. Его язык проникал внутрь моей влажной горячей кожи, его голова поворачивалась, вызывая у меня крик удовольствия, когда один клык коснулся моего чувствительного узла плоти. Удары языка были твердыми и решительными. Он лизал и сосал. Он пировал, питаясь мной так же отчаянно, как и моим горлом. Я потерялась. Мое тело пыталось следовать за ним, но руки на моих бедрах удерживали меня на месте.

Кастил пожирал.

Я дрожала и трепетала, жар нарастал во мне яростно и интенсивно… почти слишком интенсивно. Мои пальцы скрутились, вдавливаясь в пол, когда он снова провел клыком по пучку нервов. Я дернулась, вскрикнув от резкой боли. Его рот сомкнулся вокруг пульсирующей плоти, и это ощущение отозвалось эхом в следе от укуса на моем горле. И это… это… было слишком.

Я захлебнулась криком, рассыпавшись на тысячи шелковых осколков, и едва могла удержаться на ногах, когда меня сотрясали сильные спазмы. Я все еще дрожала, когда его рот покинул меня. Я почувствовала прикосновение его блестящих губ к центру моей спины.

— Медовая роса, — прорычал он. — Ты на вкус как медовая роса, а твоя кожа пахнет жасмином. Блядь.

Опустив голову, я снова посмотрела на него. Я видела, как его рука потянулась к ширинке бриджей. Он порвал их, разбросав по полу маленькие металлические детали. Мое тело покраснело, когда он стянул испорченные, грязные бриджи вниз по худым бедрам, освобождая толстую, твердую длину своей эрекции.

Он растянулся надо мной, его рот коснулся моей челюсти, а затем линии шеи, посылая горячую, тугую дрожь по позвоночнику. Ощущение его кожи, теперь пылающей жаром на моей спине, потрясло меня.

Он провел губами по моей коже, а затем я почувствовала его клыки на этих сверхчувствительных следах укусов, когда головка его члена коснулась моего влажного центра. Он не проткнул кожу. Его клыки были просто там, удерживая меня на месте, когда одна рука снова обхватила мое бедро, а другая обвилась вокруг моего подбородка. Он наклонил мою голову еще дальше назад и в сторону. Очередное незаконное возбуждение всколыхнуло меня, вытеснив весь воздух из легких. Все эти ненадолго расслабившиеся мышцы снова напряглись. Я задыхалась, когда острый вихрь предвкушения прокладывал себе путь через меня.

— Я не… — Его тело прижалось к моему, его пальцы дрожали на моих щеках, горле и руках, когда он потащил их вниз, следуя за изгибом моей талии. Он обхватил мои бедра, его пальцы вдавились в плоть там, и когда он заговорил, его голос был густым и нуждающимся, грубым и неровным шепотом. — Я не… я не контролирую себя.

За этими словами последовала волна желания, превратившаяся в рев в моей крови. Это была такая интенсивная волна ощущений, что кончики моих грудей напряглись, а в самой глубине души снова возникла пульсация.

— Я тоже.

— Слава богу, — прохрипел он, а затем его рот сомкнулся над моим.

Закончив поцелуй, Кастил нанес удар, вонзив клыки в мое горло и глубоко войдя в меня до самого основания. Я вскрикнула, выгнув спину. Скручивающая боль от удовольствия с оттенком боли пробила себе путь через мое тело, зажгла каждый нерв и разгорелась в пламя диких, сырых ощущений, которые превратились в чистый экстаз. Ощущение того, как он заполняет меня, растягивает, не оставляло места ни для чего другого. Его присутствие доминировало.

Кастил держал меня на руках и коленях, выгнув спину так, что его клыки все еще были глубоко в моем горле. Не было ни колебаний, ни минутной передышки. Он двигался позади меня, быстро и сильно, и пил из меня, глубоко и долго. Я чувствовала каждое прикосновение к горлу, каждый рывок и толчок его пульсирующей длины всем телом. Его вес… сила, с которой он входил и выходил… повалил меня на пол, прижав к нему. Холодное прикосновение дерева к моей груди и тепло его тела на моей спине, когда он держал мою голову приподнятой, обнажая шею, было греховным шоком.

Внезапно он снова поднял меня на колени, притянув к себе так, что я оказалась вровень с его грудью. Туника наконец-то соскользнула с моих запястий, но его рука зацепила мои, прижав их под грудью. Его толчки были неистовой бурей, и звуки, которые он издавал, когда питался, и звуки, которые издавала я, когда он брал меня, были весьма скандальными. И я упивалась этим.

Он поднялся без предупреждения, встав одним мощным толчком. У меня вырвался непроизвольный вздох удивления, когда мои ноги оторвались от пола. Боги, его сила…

Кастил резко повернулся и прижал меня к столбику кровати.

— Приготовься, моя королева.

Я чуть не кончила снова, прямо здесь, при звуке его грубого требования. Ухватившись за перекладину, я никак не могла подготовиться. Не сейчас, когда он притянул меня к себе за кончики пальцев ног, его бедра упирались в мою задницу. Его рука запуталась в моих волосах, когда он откинул мою голову назад.

Ощущение того, как его рот смыкается над следом от укуса, вызвало во мне прилив желания. Он переместился, оттащив меня от перекладины, а затем прижал меня так, что мои бедра уперлись в твердую доску у изножья кровати. Его рот все еще был прижат к моей шее, и он все еще был так глубоко, входя в меня, снова и снова. Мои пальцы впились в одеяло, когда я задыхалась. Одна из его рук зацепилась за мое колено. Он приподнял мою ногу, меняя угол, углубляя свои толчки и усиливая ощущения. А потом он сорвался.

Бежать было некуда, невозможно было спастись от огня, который раздували жесткие толчки его бедер, или от дикой, грубой силы его рта, двигавшегося у моего горла. И я не хотела бежать. Я не знала, что это говорит обо мне — знание того, что нет никакого контроля, никакого сдерживания. Что это было требованием, и я с готовностью вошла в это пламя, когда изголовье кровати ударилось о стену с быстрым, почти беспорядочным стуком. Звуки. Его прикосновения. Полное господство…

Все мое тело сжалось, напряглось. Освобождение было внезапным и резким, пульсирующими волнами проходя через меня. И все же он не остановился. Он входил и выходил, его бедра бились и терлись, пока я не потеряла равновесие и не упала…

Кастил оторвал свой рот от моей шеи и вырвался. Он перевернул меня на спину и схватил за бедра, притянув к краю кровати. А затем он снова вошел в меня. Моя голова откинулась назад, и я задыхалась…

Он застыл, глядя на меня сверху вниз…

Я проследила за его взглядом, спустившимся по тонкой золотой цепочке к тому месту, где между грудей лежало его кольцо.

— Я ношу его близко к сердцу с тех пор, как получила его.

Кастил вздрогнул, и его рот накрыл мой, заглушая крик, когда он прижался ко мне бедрами. Он целовал и целовал, а потом его рот покинул мой, и он поднял голову. Рубиново-красные губы разошлись.