Чтение онлайн

Ракеты «Скад», запущенные с севера, поражают цели на юге. Американские базы подверглись атаке северокорейского спецназа.

Мы знали, что Северная Корея строит ракеты среднего радиуса действия и много лет работает над атомным оружием, вопреки протестам многих стран. Сейчас, когда ее правительство явно зашаталось, Северная Корея сделала то, чего так долго боялся мир.

Точно в 9:26 атомные бомбы Северной Кореи взорвались над зоной скопления южнокорейских танков, готовившихся к обороне. Через три минуты раздались еще четыре атомных взрыва. Не прошло и получаса, как южнокорейские войска подверглись артналету химическими снарядами. Вторая корейская война началась с атомных взрывов.

Перед нашей группой — и двумя другими — стояла задача: дать президенту США практические варианты действий. Нам было отпущено пятьдесят минут. США исторически обязались защищать Южную Корею. И сейчас перед ними встал вопрос, которого каждый хотел бы избежать: следует ли за применение ядерного оружия отплатить КНДР той же монетой?

За нашим столом блондинка с острым языком требовала немедленного адекватного возмездия. Ее поддерживала стройная брюнетка, которая все время мрачно молчала, и столь же лаконичный мужчина с тщательно подстриженными седыми усами. Все трое — из ЦРУ. Четвертый, в синем блейзере, военном галстуке и в серых фланелевых брюках призывал к осторожности. Он был бывшим сотрудником ЦРУ. Ангелоподобный физик- ядерщик в полосатой рубашке из мозгового центра отстаивал неядерные методы. Ему возражал молодой университетский ученый из Беркли, который утверждал, что быстрый и сильный удар в начале приведет к уменьшению окончательного числа жертв. Последним за нашим столом был один из авторов. За двумя другими сидели офицеры армии и разведки, политические аналитики, и все они озабоченно листали документы и, подобно нам, поднимали вихрь вопросов.

Кто сейчас правит в Северной Корее? Какая фракция? Чего она на самом деле хочет? Кто приказал бросить бомбы? Остались ли дипломатические возможности? Должны ли США сначала использовать только обычные силы и предупредить КНДР, что дальнейшее применение ядерного оружия повлечет адекватное возмездие? Или время предупреждений прошло? Если использовать ядерное оружие, то какое? И как доставлять? Наземный взрыв? (Нет. Слишком много невинных жертв.) Бомбардировщики? Крылатые ракеты? Межконтинентальные? (Нет. Это напугает русских и китайцев.) Бить по всем военным целям — или только по одной? По бункеру высшего командования? Летели минуты. Наш срок уже кончился… бросать бомбы или нет?

К счастью, никому не пришлось принимать мучительное решение. Вторая корейская война была фиктивной — это был сценарий. Все это было мозговой игрой — точнее, имитацией, — целью которой было изучение возможного ядерного кризиса. В эту игру играли уже и другие группы в штаб — квартире НАТО в Брюсселе, а также специалисты Украины и Казахстана — двух бывших советских республик с ядерным оружием.

Когда время нашей игры истекло, мы видели уже не только, что могло бы случиться, но и то, что надо было бы предпринять, чтобы предотвратить этот кризис. Но настоящая ядерная игра, конечно, не окончена. Она каждый день становится все более зловещей, поскольку эта игра, как и сама война, преобразилась с появлением цивилизации Третьей волны и ее технологии, основанной на знаниях.

Ядерное оружие, стоит запомнить, возникло не в аграрных обществах и не было свойственно войнам Первой волны. Оно возникло на самой последней стадии растущей индустриализации. Это кульминация исканий эффективного массового уничтожения, параллельного исканиям эффективного массового производства. Рассчитанное на производство смерти без разбора, оно фактически — окончательно военное выражение цивилизации Второй волны.

Сегодня самое передовое оружие совершенно ему противоположно. Оно рассчитано, как мы видели, на индивидуализованное, а не массовое разрушение. Но пока армии Третьей волны спешат создавать высоко — точное оружие с ограниченным поражением и оружие нелетального действия с минимумом жертв, бедные страны вроде Северной Кореи идут по дороге промышленного развития Второй волны и спешат создать, купить, одолжить, украсть самые универсальные, действующие без разбора средства массового уничтожения — химическое и биологическое оружие, наравне с атомным. Еще раз нам напоминают, что возникновение новой формы войны никак не препятствует использованию более ранних — включая самое зловредное их оружие.

На протяжении всей холодной войны лишь горстка стран были членами так называемого «ядерного клуба». Основателями стали США и СССР; Великобритания, Франция, а позже — Китай были «приняты» в его члены.

Внезапный распад Советского Союза оставил на руках у получивших независимость Казахстана, Украины и Белоруссии 2400 ядерных боеголовок и 360 межконтинентальных ракет. Мучительные переговоры привели к соглашению, что в течение семи лет эти страны уничтожат свое стратегическое оружие или передадут его России для демонтажа. Однако вскоре Украина уперлась, требуя денег за уран и плутоний боеголовок. Другие страны хмыкали и мямлили. США передавали обещанные средства для ускорения процесса весьма медленно. И в результате работа по перевозке и демонтажу едва только началась.

Как утверждает русская газета «Известия», условия хранения и обслуживания в ракетных шахтах Украины настолько плохи, что грозит новый Чернобыль. Рабочие получают двойные дозы радиации по сравнению с допустимой, системы безопасности сломаны в двадцати точках размещения оружия. Тем временем украинский министр охраны окружающей среды обвинил Россию, которой полагается обслуживать украинские боеголовки, в том, что она отказалась это делать, пока Украина не признает это оружие собственностью России — что Украина делать отказывается.

Эти гигантские стратегические ракеты с ядерными боеголовками по — прежнему нацелены на США. Некоторые, в Казахстане, возможно, нацелены и на Китай. Теперь даже неясно, кто взломал или не взломал их коды управления и какая страна, если вообще есть такая, может запустить их независимо.

Положение с «малыми» или тактическими ядерными зарядами еще хуже. Они не могут «взорвать мир», но град таких зарядов теоретически может поразить десять городов сразу. Один такой заряд может превратить квадратный километр местности со всем, что на нем, в радиоактивное стекло. Размером они могут быть несколько дюймов в диаметре и полтора фута в длину. Многие могут быть заложены в артиллерийский снаряд. И сейчас существует не меньше 25–30 тысяч единиц такого оружия.

США вывезли свои тактические ядерные заряды из Германии и Южной Кореи. Поскольку бывшие советские республики по соглашению вывезли такие свои заряды в Россию, сейчас там предположительно есть около 15 000 таких боеголовок. Но многие могут быть спрятаны либо не вывезены, либо не учтены в официальных ведомостях. Как говорит один из высокопоставленных экспертов Пентагона, это «старые, примитивные системы, лишенные предохранительных устройств. Может, они вообще хранятся под амбарным замком. Это заряды всех типов, и рассыпаны они по всей огромной империи. Вывезли их в Россию? Статистически говоря, как знать?»

Настолько велика неопределенность, что когда США уничтожили ракеты среднего радиуса действия в Европе согласно Промежуточному договору о ядерных силах, американская армия была, как сказал один специалист из Пентагона, «потрясена, обнаружив пусковую установку «Першингов»… которую не посчитали. Мы думали, что взорвали все. И тут — о господи! — еще одна!» А «Першинги» с ядерными боеголовками куда легче учесть и идентифицировать, чем куда более мелкие и многочисленные тактические заряды.

В предположительно «безопасной» сегодняшней России эти «маленькие» единицы оружия хранятся в полностью неадекватных условиях. Как говорит член парламента и бывший советский космонавт Виталий Севастьянов: «Существующие хранилища переполнены боеголовками, некоторые хранятся прямо в вагонах». В России не хватает технического персонала, помещений, а более всего — денег, необходимых для безопасного хранения этого оружия.

У правительств, преступных синдикатов и террористов всего мира руки чешутся загрести хоть несколько единиц такого оружия. Российские вооруженные силы, в том числе войска, которым полагается это оружие охранять, получают гроши, живут в развалюхах и вряд ли стоят выше коррупции. Русские офицеры уже продавали другое оружие нелегальным покупателям в подпольных сделках.

В кошмарном сценарии, созданном одним специалистом из Пентагона, коррумпированный российский полковник продает боеголовку революционеру — террористу, скажем, в Иране. Когда США или ООН требует объяснений, и русское, и иранское правительство отрицают, что им что-либо об этом известно. И в этом случае оба правительства могут говорить правду. Но одному из них или обоим могут и не поверить. Никто не знает, какое может последовать возмездие по ошибке.