Чтение онлайн

— А может быть, они задумали какую-нибудь игру? Я бы хотел этого. Этой ночью у нас было немало покойников. Чем больше землян отправится в ад, тем лучше!

— Следуй собственным приказам и заткнись, — сказала Табита.

Иногда она самым серьезным образом обдумывала проблему своего сотрудничества с Драуном. Годы знакомства с ним показали ей, что он не верит по-настоящему в богов Старой веры, не считает нужным поддерживать традиции, как большинство людей Неба. Нет, он наслаждался самым процессом принесения в жертву. И он много раз убивал на дуэли, сам бросал вызов, к каким бы это ни приводило осложнениям впоследствии. И хотя он не злоупотреблял рабами, но нескольких держал, обращаясь с ними, как ей казалось, самым негодным образом.

И все же — он был хорошим другом, и, по-своему, великодушным. Его лидерство на море прекрасно соединялось с ее способностями управлять. В компании, когда ему этого хотелось, он был великолепен. У него была милая жена, его детишки были прелестными, и они обожали свою родственницу Хрилл, которая так любила их обнимать…

„А сама я безупречна? Судя по всему — нет!“

Они летели высоко над планетой. Фотоамплифайеры показывали ее ровную серебристо-серую растительность, над которой то здесь, то там поднимались более высокие растения.

На валунах капли росы отражали лунный свет.

„Но как вражеский корабль туда попал? В новостях сообщалось, что враг отброшен, но…“

Она пожалела, что не летит обнаженной в прозрачном, пронизанном ночным ароматом воздухе. Но это дело требовало одежды, кирасы, шлема, ботинок. Все это мешало, но в то же время… Хой!

— Смотрите! — указала Табита. — Свежий след!

Они сделали круг, пересекли дорогу и увидели внизу обломки корабля.

— Действительно земной! — сказал Драун.

Его гребешок и хвостовые перья поднялись дыбом. Он поднес к глазам бинокль. — Двое снаружи! Хай!

— Стоп! — крикнула ему Табита, но он уже спускался.

Поправляя неуклюжий пояс, повозившись с приборами, она полетела за Драуном. Сзади следовали другие итриане, бластеры позвякивали у них на груди. Драун оставил свой пистолет в кобуре, а вместо него вытащил тяжелый изогнутый нож „фао“ полуметровой длины.

— Стоп! — крикнула Табита, перекрывая свист воздуха. — Дай им возможность сдаться!

Люди, стоящие у холмика свежезакопанной земли, подняли головы.

Драун испустил боевой клич. Рука одного человека дернулась к кобуре. И тут же на него налетел итрианин. Крылья его захлопали с такой силой, что воздух заклокотал. За два метра от земли Драун обратил свое падение в прыжок. Его правая рука занесла нож коротким полукругом, левая ударом ладони послала его вперед.

Голова землянина упала с плеч, ужасающе подпрыгивая. Тело покачалось, как будто в нерешительности, истекая кровью, потом рухнуло, как кукла, у которой сломались пружины.

— Хиа-а-а-ах! — выкрикнул Драун. — Адские крылья поразят вас перед моими товарищами по чосу!

Второй землянин отскочил назад, держа в руке оружие. Он выстрелил, и вспышка разрезала темноту.

„Прежде, чем они его тоже убьют…“ — у Табиты не было времени на размышление. Она была впереди всех. Безумный взгляд человека и дуло его оружия были нацелены на Драуна, чья ширококрылая тень не поднялась еще для второго захода. Табита налетела на землянина сзади, потащила вниз, крепко в него вцепившись.

Они споткнулись, пояс не мог поднять их обоих. Она почувствовала, как больно проехалась щекой по камням.

Землянин перестал сопротивляться. Табита склонилась над ним, забыв о собственной боли, и увидела, что он жив, хотя сейчас без сознания. Видимо, падая, он ударился виском. На его кудрявых черных волосах запеклась кровь. Но вот веки пилота дрогнули, и в глазах отразился звездный свет. Он был высоким, по авалонским стандартам, темнокожим. Люди с подобными хромосомами обычно вырастают под солнцем, более сильным, чем Лаура.

Итриане столпились поблизости, готовые броситься на врага. Табита вскочила. Держа пистолет наготове, она выдохнула:

— Нет! Назад! Хватит убийств! Он — мой!

Ферун из Миствуда отчитался в Грее, устроил все свои дела и попрощался со всеми, оставляя их на несколько дней.

Дэннелю Холму он сказал:

— Я рад, что ты, мой друг, стал Первым Марчварденом!

Губы его собеседника дрогнули:

— У тебя есть еще время, прежде чем…

Ферун покачал головой. Хохолок его безжизненно повис. Большая часть оставшихся перьев была тускло-белой. Он говорил едва слышным голосом, но его улыбка не изменилась:

— Нет, боюсь, что медики не смогут обеспечить регенерацию, когда заряд получила каждая клеточка. Жаль, что земляне не обстреляли нас ртутными парами, хотя ты посчитал бы это ужасным.

„Да, вы более терпимы к тяжелым металлам, чем люди, — подумал Холм. — Но зато хуже нас переносите жесткую радиацию.“

Ферун продолжал:

— Сейчас меня все время держат под действием наркотиков. Большей части тех, кто был со мной на корабле, уже нет. Но прежде чем я последую за ними, я должен передать тебе свои знания.

— Мне! — У Холма перехватило дыхание. — Мне, который убил тебя?

Лицо Феруна окаменело.

— Сойди с этого насеста, Дэннель Холм. Если бы я считал, что ты на самом деле виноват, я бы не оставил тебя на своем месте, а, может быть, даже и в живых. Оставь эти глупые мысли. Ты видел и мою историю болезни, и последний анализ крови, не так ли?

Холм опустился на колени, положил голову другу на грудь и почувствовал, каким острым стал теперь его киль, когда плоть вокруг него истаяла, как лихорадочно-горяча его кожа, как трудно бьется сердце.

Ферун поднял голову. Крылья обняли человека, и итрианин поцеловал его.

— Ты заставлял меня летать выше, — сказал Ферун. — Если не помешает война, окажи нам честь — прими участие в нашем ритуале. Прекрасных ветров навсегда!

Он вышел. Адъютант помог ему сесть в машину и повез на север, к лесам его чоса, где его ждала Марр.

— Позвольте представиться, я — Хуан Иесус Кайал-и-Паломарес из Нью-Мехико, командующий морскими силами Его императорского величества в настоящей кампании. Даю вам слово земного офицера, что луч плотный, управление автоматическое. Этот разговор будет записан, но не мониторизирован, а лента будет засекречена.