Война морей
Шрифт:
Только теперь Ли неожиданно для себя понял, что за оружие попало ему в руки. Стоя у самого борта, он задумчиво смотрел на медленно дрейфующие обломки. Тяжело вздохнув, он обвёл горизонт долгим задумчивым взглядом, пытаясь решить, как жить дальше.
Наконец после долгого ожидания, подростки решились нарушить его задумчивость. Осторожно подойдя к молчаливо замершей у борта фигуре, лоцман негромко кашлянул, привлекая к себе внимание, и, увидев, что Ли чуть скосил на него глаза, тихо спросил:
— Куда теперь, мастер?
— Обратно. В бухту, — едва слышно ответил Ли, медленно разворачиваясь и направляясь к рубке.
Ему не давало покоя то, что каждый раз они успевали отразить нападение только в последний момент. Как ни крути, но им позарез нужно было что-то придумать для своевременного оповещения долины о грозящей опасности. Но что он ни делал, ничего путного на ум не приходило.
Проводя много часов в библиотеке, он не раз натыкался на различные описания всяких непонятных штук, которые могли бы помочь им в этом деле. Но все эти приборы были не больше чем названиями и картинками на бумаге. Многих названий он даже не понимал. Не говоря уже о том, чтобы осмыслить их. Как не понимал и принципа их действия.
Присев на узкую лавочку, он уставился остановившимся взглядом в доски палубы. Увидев, что мастер не в духе, подростки собрались на корме и принялись вполголоса что-то обсуждать. Тем временем Ли продолжал обдумывать создавшуюся проблему.
Когда-то у людей были специальные приборы, способные передавать изображение и звук на большие расстояния. Были и особые элементы, которые могли фиксировать любое движение в точках, на которые они были направлены. Но как они работали и что для этого было нужно, Ли так и не понял.
Он давно уже не обольщался насчёт своей грамотности. Безусловно, в той среде, где жили он и его ребята, ему было чем гордиться. Умение говорить, писать и читать на нескольких языках там, где каждый третий был совершенно неграмотным, само по себе было чудом. Но каждый раз, входя в библиотеку, он начинал чувствовать свою ущербность.
По сравнению с этим величием мудрости древних все его знания казались ему самому просто ничтожными. В очередной раз, тяжело вздохнув, он достал трубку и, медленно набив её, глубоко затянулся. Почувствовав знакомый запах чистого табака, лоцман бросил на него взгляд через плечо и, подумав, спросил:
— Что вас так расстроило, мастер?
— Да так. Просто я неожиданно понял, что уже много лет подряд нас спасает от уничтожения только наличие хорошего оружия и удача. Но удача, женщина капризная. Однажды она решит отвернуться от нас, и что тогда?
— Что вы имеете в виду? — не понял паренёк.
— То, что сказал. Каждый раз от полного уничтожения нас спасало только то, что мы успевали заметить нападавших. Но однажды мы не заметим их, и тогда нас уничтожат.
— С чего вы это взяли? — удивился лоцман, не отрываясь от штурвала.
— Такое оружие, как у нас, может найтись и ещё где-то. Банда из железного города привезла с собой пушку. Мы опередили их, и только это нас спасло. Прозевай мы этот момент или не окажись у нас новых ракет, они бы нас просто смешали с песком.
— А гранатомёты? — растерялся парень.
У него в голове не укладывалось, что такое мощное оружие не сможет помочь им отбиться от следующего нападения.
— Наши гранатомёты имеют ограниченный радиус действия. Даже новые ракеты едва дотянулись до этой проклятой пушки. А ведь это не единственное орудие в пустыне. Рано или поздно кто-то найдёт что-то подобное или ещё мощнее, и что тогда?
— Мастер, вы вправду думаете, что где-то ещё есть такое оружие? — спросил паренёк с явным испугом.
— Одно ведь нашли, — пожал плечами Ли. — А там, где нашлось одно, может найтись и другое.
— Так что же нам делать?
— Прежде всего нам нужно придумать что-то такое, что поможет нам общаться на расстоянии.
— Дым, зеркала?
— Это всё хорошо, но при таком способе мы не знаем, что именно хотят сообщить нам. Именно поэтому я и приказал, чтобы вместе с сигналом, с постов отправляли вестника. Зная о том, что именно случилось, мы можем не гонять всю группу бойцов и не тратить топливо впустую.
— Но как это сделать? — окончательно растерялся паренёк.
— Вот об этом я и думаю, — вздохнул Ли, выпуская изо рта клубы дыма.
Пригнав корабль в бухту, ребята ловко пришвартовались к узкому причалу, и Ли, в очередной раз вздохнув, сошёл на берег.
Прохладный бриз усилился. Море покрылось белыми барашками волн. Бросив взгляд на небо, Ли неожиданно подумал, что следующая ночь обещает стать весёлой. Свинцовые тучи стремительно съедали лазурную голубизну, быстро погружая землю в темноту.
Оглядевшись, Ли понял, что подростки не нуждаются в его указаниях и давно уже делают всё необходимое, чтобы пережить надвигающийся шторм без потерь. Одобрительно кивнув, он медленно вошёл в пещеру, скрывавшую секрет лестницы и, отодвинув камень, поднялся в обитель.
Мирно спавшая Кали первой услышала знакомые шаги и, поднявшись, отправилась встречать друга. Заметив её движение, Юста проводила пантеру удивлённым взглядом и, недоумённо пожав плечами, вернулась к своим делам. Изнывавший от скуки Рей увязался было за ней, но, увидев отца, с воплем повис у него на шее.
Услышав восторженные вопли сына, Юста выскочила в коридор и, не удержавшись, заняла своё место на руках у мужа. Внеся свою семью в комнаты, Ли поставил обоих на пол и, присев на корточки, обнял Кали. Уткнувшись носом ему в грудь, пантера ласково заурчала и, осторожно завалив его на спину, принялась вылизывать лицо.
Зная, что, не исполнив этот ритуал, она от него не отстанет, Ли, смеясь, прижал пантеру к себе. Придавив тяжёлыми лапами его плечи, Кали улеглась на него сверху и продолжила своё увлекательное занятие. Покачав головой, Юста отправилась варить каф, а неугомонный Рей тут же попытался оседлать пантеру.
Не прерывая своего развлечения, Кали гибко повела сильными плечами, одним движением сбросив мальчишку на пол. С размаху шлёпнувшись о старые доски, Рей с сопением потёр ушибленный локоть и, мрачно посмотрев на пантеру, спросил:
— Пап, почему она всё время меня сбрасывает? Я же просто хочу с ней поиграть. Прокатиться.
— Это пантера, а не лошадь. Запомни Рей, она такая же хранительница, как и я. Она опасна. Опасна только потому, что умеет убивать так же быстро и легко, как я. И даже лучше.