Чтение онлайн

– Горизонт чист, сир! Ни одного Небесного Властелина! Судя по всему, мы их потеряли.

– Или, другими словами, они потеряли нас, – удовлетворенно сказал герцог.

Он лежал на своей огромной кровати, под безразмерным одеялом, в ночном колпаке.

– Может быть, они потерпели крушение? – предположил барон Спранг.

– Вряд ли. Мы ведь спаслись, а наше положение хуже, чем у них. Нет, просто шторм раскидал нас в разные стороны. Как штурманы? Уже определили наши координаты?

– По последним данным – получасовой давности, – мы находимся примерно в четырехстах милях к западу от Южной Америки. Ближайшая от нас точка континента – на сорок пятом градусе.

Герцог приподнялся и потянулся за кружкой горячего молока, которую только что поставил на ночной столик старый слуга.

– Каким курсом мы идем?

– Прежним. На север.

– Хммм… – промычал герцог и отхлебнул молока.

– Хотите изменить курс, сир?

– Почему вы так решили, барон?

– Нас больше никто не толкает в спину. Зачем нам Небесная Леди? Не лучше ли возвратиться на родину? Тогда у наших людей сразу поднимется настроение.

– А в чем дело? Что-нибудь случилось, пока я спал? Барон кивнул.

– Бунт среди свободных, в Пилктауне. Уже подавлен. Зачинщики арестованы.

Он посмотрел на корабельные часы.

– Сейчас они, наверное, уже раскаялись в содеянном.

– Пилктаун… – задумчиво повторил герцог. – Надо же, как точно угадала жена. А в остальных местах?

– Люди недовольны. Поэтому я бы советовал вернуться домой, сир.

– Отказаться от нового Небесного Властелина?

– А вдруг его на самом деле не существует? Вдруг это все пустые сплетни?

– Вряд ли, – не согласился герцог. – Никто из наших бывших друзей не произвел на меня впечатление труса, готового сорваться с места при малейшей опасности. А выгоды в случае захвата нового корабля огромны. Вы только представьте себе, барон! Новехонький, блестящий, без малейшей царапины! Мы получим власть над целым континентом! А если захватим весь флот, то сможем господствовать и над Европой, и над Россией! Разве плохо будет тогда нашим людям?

Барон замялся.

– Оно, конечно, хорошо бы, но ведь…

– Никаких «но»! – решительно сказал герцог. – И пусть твои агенты немедленно начнут распространять слухи о будущих победах и трофеях!

– Слушаюсь, сир, – сказал барон совершенно без всякого энтузиазма. – Только меня очень беспокоит та слишком ответственная роль, которая отведена в ваших планах этому подводнику. Не слишком ли мы ему доверяем?

– На восемьдесят процентов я в нем уверен, оставшиеся двадцать даст нам Андреа. А в ней я не сомневаюсь…

Герцог так говорил, потому что накануне шторма разговаривал с дочерью, улучив момент, когда Робин отправился на очередную экскурсию по кораблю.

Герцог нашел, что его дочь изменилась к лучшему: вместо откровенной, специально для него припасенной дерзости на ее лице застыло выражение сытого самодовольства.

– Ну, кисонька, – сказал он ей, – как ты находишь нашего гостя? И, что более важно, как он тебя находит?

Она сидела в его личных апартаментах на пуфе, поджав под себя ноги. На корабле потеплело, поэтому она была в своей любимой накидке из воздушной ткани с глубоким декольте.

Принцесса сыто улыбнулась и ответила:

– Он влюблен в меня по уши.

– Да? Ты уверена? После трех дней знакомства?

Она мечтательно закатила глаза и улыбнулась еще более сыто.

– Можешь мне поверить. Мое женское чутье никогда меня не подводило.

Герцог сдержал снисходительный смешок и спросил:

– А ты?

Она тряхнула головой так, что ее длинные черные волосы рассыпались по плечам. Другому этот жест не сказал бы ничего, но герцог знал свою дочь как облупленную.

– Он… очень мил… И не похож на других…

– Могу себе представить.

Она подозрительно нахмурилась.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, видишь ли… Ты для него не просто первая встречная, а первая встреченная настоящая живая женщина. И ты до сих пор такого не встречала, а? Был у тебя до сих пор хоть один девственник?

Про себя герцог подумал, что наконец-то его дочь нашла себе партнера, озабоченного сексуально не меньше, чем она сама, что главное для его дочери – это потенция самца, а оружие в первой пробе всегда острее уже использованного в боях.

– Я заметил, дочь, – продолжил он, – что ты не вводишь его в круг своих знакомых. Почему? Боишься, что подружки отобьют? Почему вы все время одни?

Она скривила губы.

– Не говори глупостей. Просто не было времени. Мы…

Она замолчала, подбирая слова.

– … были заняты? – засмеялся герцог. – Так?

Она нахмурилась.

– К тому же я думаю, что мы не были одни. За нами, наверное, смотрели твои шпионы, так ведь?

– Ну, доченька, если бы мои шпионы смотрели за вами, я бы сейчас с тобой не разговаривал. А мне надо знать одну очень важную вещь.

– Какую?

– Каково твое мнение о Робине?

Она не поняла и удивилась.

– О Робине?

«Боже милостивый!» – подумал он.

– У тебя хорошее мнение о Робине?

Она удивилась еще больше.

– Ну я же говорила, он очень мил…

– Прекрасно. Очень все понятно. Ну а еще что-нибудь можешь сказать по этому поводу?

– Что именно? Не пойму, что тебя интересует?

«Неужели эта безмозглая телка – моя дочь?» – с раздражением подумал герцог, но вслух сказал:

– Как говорит твое безошибочное женское чутье? Можно ли ему верить? Он искренен?

Глупое выражение на ее лице стало еще более тупым.

– Искренен? В чем?

Он глубоко вздохнул и заговорил очень медленно, делая большие паузы между словами:

– Он рассказал нам очень много чего интересного о своей жизни, о подводной базе, о своих планах… Мой вопрос очень простой: есть ли у тебя тень сомнения хотя бы в небольшой детали? Ты веришь ему абсолютно?

Он посмотрела на него с жалостливым недоумением.

– Ну а как же, папа? Он влюблен в меня как бобик, я же говорила. Для меня он все сделает.