Чтение онлайн

– Я тебя предупреждал, – сказал Рин.

– Подлец! – прошипел принц. – Я все равно тебя убью!

Всеобщее замешательство кончилось. Герцог встал между дуэлянтами, Андреа обнимала Рина и кричала:

– Что он сделал с тобой?! Он же тебя изуродовал! Ты был такой хорошенький! Боже мой!

У Рина закружилась голова. Прижимая к щеке платок, он попросил Андреа помочь ему. Она помогла ему найти стул и присесть. На какое-то время он потерял сознание, потом очнулся и увидел, что над ним склонился барон Спранг и внимательно исследует его рану.

– Скверно! – бормотал барон. – Ай как скверно! Придется накладывать много швов.

Медицина на «Властелине Мордреде» застыла на средневековом уровне, это Рин понял, когда на короткое время очнулся в незнакомой комнате, где над ним колдовал хирург. Когда он в следующий раз пришел в себя, то обнаружил, что лежит в своей постели, а рядом с ним сидят сильно встревоженные герцог и барон. За их спинами маячил испуганный слуга. Рин застонал.

В левую скулу била тупая, пульсирующая боль. Он приподнялся и тронул наложенную повязку. От прикосновения боль усилилась.

– Хотите выпить? – спросил барон.

– О-о-о! Да-а… – прохрипел Рин.

Пока барон помогал Рину сесть, слуга сбегал за кубком.

– Это вино с болеутоляющими травами, – сказал барон после того, как больной с жадностью осушил кубок.

– Мы очень глубоко сожалеем о случившемся, – заявил герцог. – Мой сын будет наказан… в дополнение к вашему наказанию.

Рин вернул пустой кубок слуге и откинулся на подушки.

– Не надо. Он и так ненавидит меня выше всякой меры.

– Но, Робин, я не могу оставить его проступок без последствий. Он едва не убил вас, моего дорогого гостя и…

– … и могущественного союзника, – закончил Рин его фразу. – Не сомневайтесь, я знаю, что сын за отца не отвечает, как и отец за сына. Наш договор остается в силе.

Герцог перевел дух.

– Однако, – продолжил Рин, – почему вы меня не предупредили, что некоторые воспримут мои отношения с принцессой как нечто непристойное?

– Уверяю вас, Робин, что эти «некоторые» составляют исчезающе малую группу. В сущности, они присутствуют в единственном числе. Это только моя жена, и все. Но на нее можно не обращать внимания.

– В самом деле? – иронично осведомился Рин, выразительно трогая свою скулу. – Боюсь, что вынужден не согласиться с вами. По крайней мере, ваш сын точно находится под ее влиянием, и, судя по всему, он не одинок.

– Да? Ну, э-э-э… – взялся за бороду герцог. – Вы больше не беспокойтесь, я беру их на себя. Обещаю, что впредь они не посмеют причинять вам неприятностей. Отныне вы под моей личной защитой.

– Весьма вам благодарен, – холодно отчеканил Рин.

Герцог скривился, как от зубной боли.

– Скажите, пожалуйста, Робин, – поспешно вступил в беседу барон, – как вам удалось достичь таких высот в искусстве владения мечом? Вы же говорили, что выросли один, ни с кем из людей не общаясь. Неужели элои умели фехтовать и учили вас обращаться с холодным оружием?

Рин криво усмехнулся, представив себе фехтующего элоя.

– Конечно же нет, – ответил он. – Просто я нашел в архиве обучающую программу.

Он не признался, что полюбил драться на мечах, посмотрев «Приключения Робин Гуда».

– Моими учителями были голографические изображения. Вы представить себе не можете, как трудно сражаться с призраками. С вашим сыном, например, было в сто раз легче.

Герцог с бароном обменялись короткими взглядами.

Когда они ушли, появилась Андреа. Ее лицо было похоже на древнегреческую маску сострадания.

– Милый мой, как ты себя чувствуешь? – спросила она с порога.

– Точно так же, как человек, получивший по лицу мечом, птичка моя, – ответил он.

Даже ее появление не смогло вывести его из сумеречного состояния, хотя боль отступила, судя по всему, под действием болеутоляющих трав.

Она крепко взяла его за руку.

– Мой брат – это что-то ужасное! С самого детства. Когда мы были маленькими, он со мной такое вытворял… Я даже не решаюсь рассказать.

Она драматическим жестом закрыла лицо руками.

– Да? Ты меня заинтриговала. Расскажи.

– Нет, правда, не могу.

Она отняла руки от лица и потрогала его повязку на скуле.

– Болит?

– О-о-о! Ты что, специально?

– Хирург сказал, что у тебя будет шикарный шрам от виска до подбородка!

– Чудесно! Чем еще порадуешь? Может, у меня гангрена?

– Ну, Робин, как ты не понимаешь?! Шрамы, полученные на дуэли или на войне, – это украшения мужчины.

– Да? – спросил он с недоумением. – Поверь мне, тебя бы дуэльные шрамы не украсили.

Она улыбнулась и коснулась его щеки губами.

– Глупый! Женщины не дерутся на дуэлях. Только мужчины.

– Ага, понятно! И кто это придумал? Ручаюсь, что не мужчины, а женщины. Кстати, а как твой брат?

– Он в порядке. Чего нельзя сказать о его руке.

– Рана тяжелая?

Она пожала плечами и вздохнула.

– Очень… Ему сшивали бицепс. Я слышала, что он почти не может двигать рукой. Хирург сказал, что со временем это пройдет, но Дарси не верит. Он в бешенстве.

Рин расслабленно откинулся на подушки.

– Хорошо, – со вздохом сказал он.

Рин заснул сразу, как Андреа ушла. Когда он проснулся, то с удивлением обнаружил рядом с собой незнакомого человека в длинном красном балахоне и чудной красной шапочке на голове.

– Приветствую вас, юноша, – сказал он, протягивая руку. – Я – кардинал Флюк.

– Так я и подумал, – ответил Рин, пожимая протянутую руку.

Человек на мгновение нахмурился, но сразу же стер с лица недовольное выражение и мягко улыбнулся.

– До меня дошли сведения, Робин, что вы не прошли обрядов крещения и конфирмации, и поэтому я хочу предложить вам свои услуги по подготовке вас к крещению и, в дальнейшем, к конфирмации.

Рин смотрел на смешную одежду мужчины и думал, в каких выражениях составить свой ответ. Опять ему стало казаться, что на самом деле он спит, усыпленный новым снотворным, и видит сон по мотивам своего любимого кинофильма.