Чтение онлайн

– Не в этом дело. Есть охотники. Она у нас чистейшей души девица, да и миловидна. Достойные люди сватаются. Да ведь не взглянет она на избранника своего, не увидит супруга своими глазами, вот что горько да обидно.

– Да чего на него смотреть? – удивился купец. – Ежели человек благородный, значит, и красивый.

– Ваша правда. Да только и мужу незрячая супруга обузой будет, а то мне, сестре, очень тягостно. Попробуем вылечить. Что мы, нищие какие-нибудь? Десять «корон» наскребли, да и на дорогу кое-что нашлось.

– Так-то оно так. Да только рискованно приличным девицам в путешествия пускаться. Что ваш охранник один-то сделает? Не ровен час, налетят недобрые люди. – Купец озабоченно глянул на полоску леса далеко впереди.

– Лошади у нас хорошие, уйдем. А не уйдем, боги помогут.

Купец вздохнул:

– Вот девушка ты отчаянная. Да только на богов шибко не надейтесь. Не встречал я богов на тракте. Может, где в иных местах…

– Наши боги всегда при нас. – Катрин похлопала по древку глефы. – Не всесильные, зато верные. Мы в глуши выросли.

– Тебе, прости уж за прямоту, сотней командовать, а не замуж выходить.

– Так я пока замуж и не собираюсь, – засмеялась светловолосая оторва. – Вот сестрицу пристрою, тогда подумаю.

– Дело твое, да только ехали бы вы с нами. Медленно, конечно, зато надежно. У меня, вон, аж трое «серых» в охране есть. Парни опытные.

– Спасибо за предложение, уважаемый. Да только торопимся мы. Маменьке обещали до холодов вернуться. А «серые» нынче не те пошли. Вот папенька мой, покойный, бывало, по шесть дней из лесу не вылезал…

Холмы не холмы, овраги не овраги, так, складки местности. Даже кустов порядочных нет. Нужно было заночевать в последней роще. А теперь уже сумерки подступают.

– Неуютно здесь, – изрек очевидную истину Энгус.

– Привыкнем, – сказала Катрин, пытаясь разглядеть в слабеющем свете карту. – Вот фигня, ничего я здесь не пойму. Теоретически лес должен быть.

– Вырубили, – предположила Блоод.

– На зубочистки, – согласилась Катрин, скручивая пергамент.

Карту она чуть не уронила, потому что Вороной испуганно попятился. На дороге перед путниками кто-то возник. Энгус молча выхватил топор. Блоод зашипела.

– Господа, господа, – заторопился писклявый голос. – Это всего лишь я, бедный мирный торговец. Пользуйтесь последней возможностью приобрести мелочи, необходимые в дороге. Дальше ни лавок, ни рынков не найдете. И не надейтесь сторговать у диких горцев иголки и пуговицы. Если и найдете, то переплатите впятеро…

– Это кто? – поинтересовалась Катрин.

– Кажется, пикси. Торговец, – после некоторых колебаний объяснил Энгус.

Местный негоциант не доставал макушкой до стремени Вороного. Зато нос у карлика был выдающийся. И почему красный? Вроде бы мелкие народы Эльдорадо никогда не злоупотребляли спиртным, а с носами прямо беда… Потрепанная зеленая куртка и громадный колпак делали торговца похожим на несъедобный гриб.

– Вы совершенно правы, добрый господин, – заявил «гриб». – Я известен на всю округу. Между прочим, победил в упорнейшей конкурентной борьбе. Здесь все…

– Не слушайте его, – сказал Энгус. – Единственная его цель – сбить нас с пути.

– Предрассудки и клевета! – мгновенно разволновался карлик. – Ну какой мне интерес, если вы заблудитесь, попадете в зубы степным волкам или, что еще хуже, в лапы корыстным горцам? Вы слыхали, какие огромные выкупы они требуют?

– Я знакома с горцами. У них отличный сыр. И бесплатный, – насмешливо сообщила Катрин.

– Вам не те горцы попались. Не настоящие. Морок. Самые горные горцы – те истинные разбойники. Зловещие притом. Сдирают кожу прямо с ушами. У меня тут есть амулеты… – Пикси энергично встряхнул большим мешком.

Блоод тронула своего гнедого вперед.

– Хотите взглянуть? – Низкорослый торговец с готовностью потянул завязки мешка.

Блоод безмолвно откинула капюшон. Негоциант так же молча подхватил мешок и рванул прочь.

Путники двигались по быстро темнеющей дороге. Поразмыслив, Катрин решилась спросить подругу:

– Почему они вас так не любят? Вы же вроде, хм, вообще не пересекаетесь?

– От нас нет пользы. Ни купить, ни продать. Не съесть. Никакие.

Энгус протестующе хмыкнул. Катрин с ним согласилась:

– Знаешь, Бло, – «никакой» тебя точно не назовешь. Индифферентно к тебе относиться вообще невозможно. Мы все здесь белые ненормальные вороны, но ты – нечто вопиющее. Мне бы за тебя Нобелевскую премию дали.

– У Кэт крыша… – понимающе сказала парню Блоод.

– …опять поехала, – подтвердил Энгус.

Катрин улыбалась…

Дождь шел весь день. Похоже, королевские земли желали как следует попрощаться с путниками. До Ивовой долины оставался один переход, а там граница и знаменитый Южный тракт, по которому придется тащиться непонятно сколько. Катрин не особенно волновалась, время действительно мирное, дорога в общих чертах известна. Туризм, а не поход.

Катрин пересказывала друзьям Илиаду. Лишившись гекзаметра, поэма начала смахивать на многосерийный боевик с мыльным уклоном, но друзья слушали пространное повествование с неослабевающим интересом. Весьма поучительны были и комментарии слушателей по поводу активного вмешательства богов в ту знаменитую античную войну. Особенно ехидствовала Блоод. Вероятно, на основании столь же сомнительной, как и у автора бессмертной поэмы, слепоты.

Ближе к вечеру дорога вывела троих путешественников к крепкому хутору. Хозяин, плешивый брюхатый мужик, громогласно обрадовался гостям. Сулил уютную комнату, жаркое из свинины, молодым дамам – столичный ширитти. Но когда выяснилось, что путешественники не собираются оставаться ночевать, на глазах помрачнел и принялся уговаривать:

– До границы единственный хутор остался. Не успеете до него добраться – ночь застигнет. Да и негоже благородным господам в такой дыре останавливаться. Там и приготовить постель толком не умеют, и страшенных блох развели. Я ведь дорого не возьму… – обращался хозяин в основном к Энгусу. Когда тот сам повел поить коней, не доверив мрачному детине-работнику, хозяин примолк. Но тут же снова зачастил:

– Зачем же вы сами? С дороги ведь, устали. Не доверяете, что ли? Прошу в дом. Погода богомерзкая – сами видите. У нас тут вообще приграничье. Да куда вы, на ночь глядя, поедете? Сейчас свинину жена разогреет. Пиво, ширитти. Все свежее, не сомневайтесь. Если леди пожелают, можно и куреночка поджарить. К утру распогодится. Переночуйте, не обижайте хозяев. Скудно живем, но для таких благородных гостей все, что угодно, найдется. Расскажите, куда путешествуете…