Чтение онлайн

В мастерскую проскользнула вторая женщина. Катрин изумленно заморгала: была уверена, что в доме только одна тетка – та, что встретила гостью. И какая же из них встретила? Экие они одинаковые.

Катрин совершенно не была уверена, что нужно продолжать экзекуцию. Вторая часть обещанного Несс сюрприза казалась еще сомнительнее. Одно дело скрыть шрам, другое – мазаться неизвестно каким снадобьем. Оно, может, и «сохранит юность», но… От горшочка пахло мускусом, подгоревшей патокой и старым топленым жиром. Захотелось отодвинуться подальше. Катрин все-таки решила рискнуть и невольно дернулась, когда кисточка из птичьего пера и пуха в первый раз прошлась по груди. За невесомыми прикосновениями потянулся ощутимый холодок. Перехватило дыхание. Катрин тщетно хватала ртом воздух. Кисточка живо порхала по коже. В какой-то момент стало почти невыносимо терпеть. Девушку словно втягивал в себя огромный ледяной айсберг. Но все кончилось в один момент. Можно было спокойно вздохнуть. Вокруг вновь была душноватая тесная мастерская. Женщина унесла страшный горшочек. Катрин против воли потрогала грудь. В целом грудь была вполне нормальная – теплая, не очень ровно загоревшая. Только глубоко под кожей осталось воспоминание о ледяной стуже.

Пора собираться и убираться. Катрин перекинула на грудь кулон, взяла рубашку. Оставшаяся женщина (первая или вторая?) показала на зеркало на стене. Ага, можно посмотреть. Катрин подошла, повернулась к мутному металлическому отражению левым плечом. Шрама от пули не было. Татуировка полностью поглотила некрасивую африканскую отметину. Кожа покраснела и вспухла, но вписанная в круглый «медальон» звезда виднелась неестественно четко. Сложная, вроде бы и пятиконечная, и многолучевая, похожая и на колкий кристалл, и на «розу ветров» одновременно. Внутренний, вписанный уже в звезду немыслимо тонкий рисунок завораживал своей сложностью. Узор почти отталкивал и пугал безумным переплетением линий, теней и цветов. И одновременно завораживал неразрешимой загадкой. Катрин рассмотрела силуэт замка на холме, иву на берегу, пасущихся коней, лесную опушку, зубцы королевской короны, заклепки глефы… Там были и змеиные зрачки, и улыбка острых клыков, и мост с расщепленными обгоревшими перилами, и следы на песке, и дым костра на поляне, и резные столбы опор широкого ложа… Холмы и пустоши, пещерная тьма, серебро рыбы, мелькнувшей в глубине, и зреющая гроздь черемухи… И глаза, те глаза, отчего-то так напоминающие позднюю-позднюю вишню… они плыли сквозь бесконечную вязь штрихов…

Катрин пошатнулась, и женщина с готовностью поддержала ее под локоть.

…Так не бывает. Катрин пила, зубы ощутимо звякали о щербатый край глиняной чашки. Ладно, ладно, потом разберешься, наверняка просто показалось.

Катрин положила на край стола шесть монет. Карлик, не глядя, фыркнул. Он возился с пучком использованных игл. Женщина оставила на столе две монеты, остальные придвинула девушке. Катрин не спорила, хозяевам лучше знать, сколько стоит чудо.

На улице по-прежнему палило солнце. К псу присоединился сотоварищ из соседнего квартала, и теперь глорские «дворяне» дуэтом облаивали синее, кажется, навсегда лишившееся облаков небо. Лучший сезон для продолжительных путешествий…

– Мы решили, – Энгус тяжело вздохнул, – с тобой пойдет Ква. Если нам суждено расстаться, то порт для этого самое место. Я узнавал, – снеккар совсем маленький, лошадей точно не возьмет. Да и обузой мы будем на море. Прости.

– Перестань, – Катрин поморщилась. – Что за церемонии такие? Вас в море пускать никак нельзя, я сразу сказала. Понравится вам плавать, что тогда с «Двумя лапами» станется? Отправляйтесь заниматься делом, мне куда спокойней будет. Гая?

– Я тоже поеду на север, если госпожа дозволит. Блоод и Энгус говорят, что мне найдется дело в Медвежьей долине. Я буду стараться…

– Главное – постарайся добраться до земель Ворона живой. Очень вас всех прошу. Остальное само устроится. Если, конечно, не будешь строить глазки Даллапу. Супруга у него ох и сурова. Не пугайся, вы поладите. Ква?

Под взором хозяйки одноглазый парень пожал плечами и поправил арсенал за поясом.

– Уверен? – поинтересовалась Катрин. – С остальными на север не хочешь?

– Посмотреть на север, конечно, интересно. Только что я в «Двух лапах» делать буду? Воровать там не у кого. Ворон пугать? Там есть вороны?

– Сам ты ворона, – сердито буркнул Энгус. – Проводишь леди Катрин и возвращайся. Мы здесь подождем. А лучше вместе возвращайтесь. Ведь может так быть?

– Все может быть, – согласилась Катрин. – Только мне очень нужно дальше идти. Ну, а Ква человек вольный. Что захочет, то и сделает.

– А как же, – парень потрогал дырявую щеку. – Отпугну от леди чешуйчатых аквалангистов и поразмыслю, чем еще интересным мне заняться. Энгус о вег-дич рассказывал, о его жире ценнейшем. Хотелось бы глянуть на ту животину. Так что ждите в гости, если приглашать не раздумаете. Вот только не знаю когда.

– До вег-дичей пока доберешься, много чего насмотришься, – заметил умудренный опытом Энгус. – Ты уж лучше с нами. Мы шесть дней ждать будем.

– Пока ждать нечего, – сказала Катрин. На молчащую Блоод она смотреть не могла. – Мы все добрались до цели, что просто удивительно и восхитительно. Не будем сейчас превращаться в сопливых гимназисток. Немного джина, и хорошенько отдохнем…

– Я точно смогу? – прошептала Катрин, переваливаясь через подоконник. – Здесь чертовски высоко.

– Не чертовски, – прошуршала Блоод, подхватывая подругу за шиворот.

Катрин поползла по стене вниз. Позади осталась комната, мигающий огонек свечи и мирно посапывающая Гая. Джина оказалось многовато для всех. Кроме Катрин и Блоод. Одну алкоголь сегодня не брал, на другую изводить хороший напиток вообще было бесполезно. Зато на прогулку под луной потянуло обеих.

Катрин спрыгнула. Земля оказалась слишком твердой, возможно, из-за излишка джина. Блоод была уже рядом, босая, в одной рубашке, гладкие бедра неярко светились в темноте.

– Идем?

– Идем…

Когда Блоод успела так узнать город? Катрин проскальзывала за подругой в щели старых стен, ухватившись за когтистую узкую ладошку, перелетала через заборы. Низкие и высокие крыши, ломкая старая черепица и растрескавшаяся глина кровель чередовались под ногами. Мелькали звезды в бархатном небе, плескалась на ветру листва персиков и инжиров. Катрин успевала уворачиваться от жердей навесов, перепрыгивать через скамейки и связки хвороста, нырять под занавеси плюща… В некоторых дворах успевали взрыкивать перепуганные сонные собаки. Но оставалась ночная тишина, парили меж ветвей садов лунные тени и дымок остывающих очагов. Кажется, никогда Катрин не бежала с такой легкостью и бездумьем. Оружие и цель – вовсе ненужные вещи. Ее вела Блоод, сестра темноты. И южная ночь принимала подруг как своих…

Они пересекли узкую улочку, перепрыгивая с крыши на крышу, напугали троицу припозднившихся подвыпивших моряков. Катрин видела беззвучно смеющееся лицо ланон-ши. Блоод, как всегда, оставалась бесшумна и неуязвима в своей темноте. Ей нужно жить в городе, большом, беспорядочном, полным сильных, неугомонных и беззащитных мужчин.

– Стража…

Катрин увидела блеск наконечников копий. На городской стене шпионка не бывала, все не хватало времени. Черт возьми, на сколько же интересных вещей не хватило времени?!

Подруги поднялись по лестнице, проскользнули в трех шагах от стражников. Камешек из-под сапога Катрин застучал по ступенькам, как барабан, но этой ночью все сходило с рук. Только от башни оторвалась вспугнутая тень, взмахнула полупрозрачными крыльями. Блоод увлекла подругу в другую сторону, дальше от квадратной приземистой башни и вампира-крылана. Вспрыгнула на парапет, исчезла. Здесь было невысоко, Глор давно никого не опасался и не считал нужным тратить деньги на уход за древними оборонительными сооружениями. Катрин с некоторой опаской глянула вниз. То, что невысоко для желтокожей красавицы, для нормального человека может запросто обернуться переломанными ногами. Блоод призывно махнула рукой. Катрин прыгнула, подруга не удержала ее в объятиях, тихо смеясь, обе покатились по выгоревшей траве.