Чтение онлайн

Поскольку обычно в институтах Академии наук количество учёных находится на уровне 50% от общей численности сотрудников, сокращение учёных приводит к уменьшению их удельного веса. Выходит, в научных учреждениях: научные сотрудники стали никому не нужным, лишним звеном! Без них, как выясняется, наука может спокойно обойтись. Складывается смехотворная ситуация – штат научных учреждений скоро уже по большей части будут составлять администрация, бухгалтерия, уборщицы, вахтёры и т.п. Руководство РАН также предлагает ввести практику перевода части сотрудников на неполные ставки с доплатой за счёт внебюджетных средств, если таковые найдутся.

Академические власти мотивируют неизбежность сокращения научных работников необходимостью повышения заработной платы оставшимся. Таким образом, дополнительные деньги на развитие науки не выделяются, а повышение зарплаты планируется провести за счёт уволенных учёных – армию пытаются обуть в сапоги убитых.

Теперь посмотрим, что же на самом деле стали платить учёным после прибавления зарплаты. Обратимся к хитрой науке под названием «статистика», которая позволяет, сложив месячный доход олигарха с зарплатой бомжа, сделать вывод, что все в России живут в среднем прекрасно. По данным Мосгорстата ежемесячный доход в расчёте на одного жителя Москвы в 2007-м году составил 25 930 руб.» (газета «Аргументы и факты», № 21, 2007 г.). Газета приводит также средние доходы москвича в зависимости от сферы, в которой он работает. Работающие в сфере «научных исследований и разработок» получают в среднем 16 872 рубля.

После ознакомления с этими статистическими данными возникают вопросы:

Поскольку в системе Академии наук России учёные высшей квалификации (доктора наук) получали в это время 10-15 тысяч рублей в месяц, а зарплата остальных учёных и вспомогательного персонала была гораздо ниже, то какова же зарплата членов Академии, директорского корпуса и прочих академических чиновников, чтобы «средняя температура по академической больнице» стала гораздо выше зарплаты людей, реально делающих науку?

Если средняя зарплата по Москве (25 930 руб.) вдвое выше доходов высококвалифицированного учёного мирового уровня (10 000-15 000 руб), то что же это за страну мы получили в результате реформ?

Как же реализовалась цель сокращений – повышение зарплаты оставшимся? Средняя зарплата доктора наук до 2005 года составляла примерно 4 тыс. рублей, что меньше зарплаты уборщицы. Затем она была поднята до 6 тысяч (уборщицам тоже прибавили до такого же уровня). Пенсию как у уборщицы профессор может получить, проработав на 8-9 лет дольше, т.к. в его трудовой стаж не засчитываются годы обучения в институте и аспирантуре, никаких пенсионных льгот у учёных нет. Хотя учёные, как и чиновники, являются «бюджетниками», но чиновничьи пенсионные льготы на них не распространяются. В 2004 году были отменены льготы учёным по оплате лишней жилплощади.

В 2007-м году зарплата достигла 10-15 тысяч рублей (столько получала продавщица на оптовом рынке). В 2008-м году после всех повышений ставка доктора наук в институте РАН составляла 25 000-30 000 рублей (за это заплатили уволенные из институтов 20% сотрудников). Такая зарплата соответствует уровню кассирши супермаркета.

Демократические власти неизменно сохраняет ситуацию неконкурентоспособности и непривлекательности научного труда по сравнению с другими видами деятельности, хотя очевидно: пока мелкий клерк торговой или нефтяной компании, как это имеет место сегодня, получает в месяц столько, сколько профессор за десять лет, наука, а вместе с ней и страна будут погибать. На одном из вечеров встречи выпускников Московского Физико-технического института, знаменитого Физтеха, вырастившего элиту советской науки в послевоенные годы, прозвучала горькая шутка: «Страна прошла большой путь от нищего крестьянина до нищего профессора». В ноябре 2009 года телепрограмма ВГТРК, посвящённая науке, прошла под девизом: «Путь в науку, это путь в нищету».

Уровень доходов ведущих учёных продолжает оставаться ниже среднего, хотя он должен обеспечивать их принадлежность к элите, а не к среднему классу. Заметим, что зарплата научного сотрудника, даже доктора наук в большинстве институтов стала существенно ниже средней заработной платы в институте, потому что сотрудники вспомогательных подразделений получили возможность по совместительству обслуживать фирмы, возникшие на базе прежних институтов из-за коммерциализации ряда служб, помещений в аренду и т.д.. Нищие, плохо одетые профессора униженно съёживаются перед нарядными высокомерными бухгалтершами, компьютерщиками, директорами, секретарями…

Сегодня учёные не могут принять участие в международных и даже российских конференциях из-за отсутствия денег, ибо стоимость билета соизмерима с их зарплатой, поехать же за счёт Академии наук невозможно – нет средств.

При этом ни в одном плане не предусматривается восстановления материальной базы институтов. Сегодня денег хватает только на покупку компьютерного оборудования для таких служб как канцелярия, бухгалтерия, плановый отдел, отдел кадров и т.п. Иными словами: власти предлагают, не увеличивая финансирование науки, уменьшить численность учёных, создав себе пропагандистскую славу радетелей отечественной науки, в действительности её уничтожая.

Акция, призванная продемонстрировать заботу властей об учёных, породила в научной среде мрачную шутку: прибавка достаточна для покупки билета за границу в один конец. Эмиграция учёных в 2007 году выросла более чем на 15%.

Очевидно, что в основе сокращения штатов в институтах РАН лежат не только и не столько финансовые причины. Истинный смысл сокращений состоит совсем в другом.

Сокращения дают возможность администрации избавиться от неугодных по разным причинам сотрудников.

В научный коллектив вносятся элементы неуверенности в своём положении, что деморализует учёных, стимулирует практику наушничества.

Сокращения позволяют окончательно свести к нулю роль профсоюзной организации, так как председатель профкома – тоже научный работник, над которым висит угроза сокращения.

Сокращения позволяют вывести дирекцию из-под любой возможной критики, поскольку действия администрации в условиях беспредела победившей демократии зачастую незаконны.

Из науки изгоняются последние из тех, кто не занимался собственным обогащением, кто делал науку, а не карьеру. Убирают известных учёных, независимых, самостоятельно мыслящих, критически настроенных, сопротивляющихся разрушению науки. Сокращают по возрасту, хотя при нынешней ситуации пожилые учёные могли бы стать наставниками, учителями, спасителями умирающих научных школ. Сокращают уже просто по алфавиту, выполняя контрольную цифру уволенных, спущенную министерством А.Фурсенко.

Заметим, что никакие сокращения и возрастные ограничения не касаются «возвращенцев» – учёных, покинувших Россию, а затем вернувшихся после того, как им уже нечем было больше поделиться (в том числе и со спецслужбами) в иных государствах. Не подлежат сокращению также те, кто уехал работать за рубеж, но продолжает числиться в институте. Затрагивать интересы иностранных государств, питающихся за счёт разграбления научного ресурса России, не велено сверху.

Сокращения не касаются также двух категорий – научной администрации, членов-корреспондентов и академиков РАН. Члены РАН для себя в новом уставе не ввели возрастные ограничения (70 лет) при выборах на все руководящие должности. Если раньше директор академического института по достижении семидесяти лет становился Почётным директором, то теперь он может оставаться на своём посту до глубочайшей старости. По-видимому, считается, что люди, работающие в науке, с возрастом теряют умственные способности, а академики, уже давно в ней не работающие, эти способности сохраняют.

Сложилась парадоксальная ситуация – члены Академии, администрация институтов, то есть люди, которые несут персональную ответственность за разрушение науки, рассматриваются как самые ценные кадры, которые следует сохранить.

Обрезание науки ясно показывает: наукой руководят люди невысокого умственного уровня. Научная администрация словно не понимает, что подрубает сук, на котором сидит, ибо конечная цель сокращений подвести институты к такому состоянию, когда можно будет с полным основанием сказать: «Ребята-учёные, вас осталось так мало, а вы такое большое, хорошее, а главное, дорогое здание занимаете. Извольте очистить помещение!» И эта команда будет относиться не только к учёным, но и к научной администрации, которая ныне с таким рвением выполняет распоряжения А.Фурсенко.