Война в России и Сибири
Шрифт:
Позади горькие тяжелые дни. Все могло бы быть совсем по-другому с нашим-то численным превосходством, с замечательными качествами русской армии, какие она проявляла, пока ее не вовлекли в величайшую авантюру и не испортили.
1. Генерал Черемисов
Масштабная операция 1 июля, задуманная Брусиловым, базировалась на взятии нами Лемберга [160] . Генерал Гутор, командующий армиями Юго-Западного фронта [161] , поставил на главном направлении 7-й Сибирский армейский корпус, он был хорошо экипирован и его моральный дух внушал оптимизм. Корпус должен был идти на Лемберг через Бжежаны [162] .
160
Немецкое название города Львова (Украина).
161
После назначения генерала от инфантерии Л. Г. Корнилова верховным главнокомандующим военный и морской министр А. Ф. Керенский, без согласования с ним, назначил 18 июля 1917 г. генерал-лейтенанта В. А. Черемисова главкомом армий Юго-Западного фронта. Ввиду решительного несогласия Корнилова Черемисов не вступил в должность; 24 июля главкомом армий фронта был назначен генерал от инфантерии П. С. Балуев.
162
Польское название города Бережаны (Украина).
Одновременно с ним 12-й корпус под командованием генерала Черемисова, занимавший северную часть Станиславова [163] , должен был выступить, привлечь к себе внимание и вызвать перемещение неприятельских войск. Маневр этот мог завершиться взятием маленьких городков Галича и Калуша, после чего распространиться на места, не имеющие никакого политического значения, где любые военные успехи не принесли бы никакой пользы.
Я описал в предыдущей главе, как была взята, а потом потеряна сильная позиция Дзикеланы.
163
Название города Ивано-Франковска (Украина) до 1939 г.
Генерал [В. А.] Черемисов, располагая всего лишь 300 полевыми орудиями, переправился через Ломницу, взял Галич, Калуш и сумел удержаться там, даже после вынужденного отката части фронта назад из-за скандальной слабости двух гвардейских полков, входивших в 9-ю армию. Успех тем более значительный, что к середине июля русская армия, похоже, была окончательно заражена большевистской пропагандой и еще более опасной военной революционно-социалистической доктриной.
Объяснить этот успех можно следующим: генерал Корнилов, командующий 8-й армией, придал 12-му армейскому корпусу две отдельные части, где сохранялась старая дисциплина.
Одна часть состояла из двух «ударных отрядов» капитана [М. О.] Неженцева, который под эгидой Корнилова собрал дисциплинированных добровольцев, поклявшихся не отступать, и создал, таким образом, среди республиканского анархизма старорежимное формирование.
Вторая часть – кавалерия, состоявшая из кавказцев, более известная под названием «Дикая дивизия».
Во время главного наступления возле Станиславова с 25 июня по 8 июля батальоны Неженцева, выйдя из окопов на пять минут раньше сигнала, одним броском пересекли австрийские линии и захватили тридцать четыре полевых орудия, которые неприятель выставил, чтобы остановить продвижение русских. Австрийские подразделения, чувствуя угрозу с тыла, сопротивлялись слабо. Однако из-за трусливых побегов революционных войск на следующей неделе вновь потребовалось вмешательство «ударных батальонов» Неженцева.
«Дикая дивизия» вступила в дело несколькими днями позже, когда город Калуш, взятый солдатами-революционерами, которые там бесчинствовали и пьянствовали, был освобожден от них австрийцами. Кавказская кавалерия налетела на укрепленные позиции неприятеля и отбила город.
Исключительные заслуги этих двух частей, чья военная дисциплина и привязанность к главнокомандующему пробудили ненависть в их революционных товарищах и подозрение во Временном правительстве, не были признаны генералом Черемисовым. В наградной список, который попросило у него правительство, он не включил ни одного офицера и ни одного солдата из «ударных отрядов» и «Дикой дивизии». Но генерал Корнилов услышал их жалобы и, вопреки настрою Керенского, лично наградил каждого солдата и каждого офицера батальонов Неженцева и многих кавалеристов-кавказцев [164] .
164
Два батальона Неженцева в июле слились в полк, включивший в себя еще «сотню» донских казаков и несколько полевых орудий, получив название «Корниловский ударный полк», который сыграл такую важную роль и у [Л. Г.] Корнилова, и у [А. И.] Деникина, и у [П. Н.] Врангеля. Со всех концов фронта приходили просьбы о принятии в полк, и капитан Неженцев предложил Корнилову сформировать армейский корпус. Корнилов, чтобы не усиливать подозрений Временного правительства, с которым хотел сотрудничать и, возможно, полагаясь на его справедливость, отклонил предложение.
Каждый доброволец, и офицер и солдат, желающий поступить в «ударный полк», помещался на две недели в специальную казарму, где унтер-офицеры старого режима выясняли уровень подготовки и политическую ориентацию, после чего кандидата или принимали, или выставляли за дверь без объяснений. На левом рукаве солдаты носили черный с красным шеврон с черепом. Офицеры были в основном из мелкопоместных дворян, кроме князя [Н. П.] Ухтомского, полкового адъютанта. Почти у всех солдат был один или несколько Георгиевских крестов.
[Формирование Корниловского ударного полка было закончено в середине июня 1917 г. (тогда он назывался 1-м ударным отрядом). Полк был сформирован по инициативе капитана М. О. Неженцева, подавшего 15 мая рапорт на имя командующего 8-й армией генерала Л. Г. Корнилова о необходимости создания ударных добровольческих частей для удержания фронта. Корнилов 1 июня отдал приказ о формировании ударной части. К середине июня 1-й ударный отряд под командованием Неженцева закончил свою подготовку. Согласно распоряжению начальника штаба верховного главнокомандующего генерал-лейтенанта А. С. Лукомского двухбатальонный отряд численностью около 3000 человек прибыл в распоряжение 42-го армейского корпуса. В июле численность отряда составляла 2700 штыков. Во второй половине июля на основе 1-го ударного отряда началось формирование трехбатальонного полка, а с начала августа он перешел на специально разработанный усиленный четырехбатальонный штат. – Примеч. сост.; подробнее см.: Гагкуев Р. Г. Белое движение на Юге России. Военное строительство, источники комплектования, социальный состав. 1917–1920 гг. М., 2012. С. 79–80].
Генерал Черемисов, недовольный второстепенной ролью, которая была отведена командующим фронтом его 12-му корпусу, попытался навязать командованию другой маневр и попросил передать ему все резервы Юго-Западного фронта. Генерал Гутор, надеясь на улыбку фортуны, отказал. Между тем в штабе 12-го корпуса офицеры разгуливали под ручку с солдатами под благосклонным взглядом генерала Черемисова, который и сам иной раз так прогуливался, за что и пользовался большой популярностью [165] . Революционный комиссар 8-й армии [166] в чине прапорщика подружился с добрым генералом [167] , он бросил на весы свою демагогию против военного опыта генерала Гутора и благодаря воцарившемуся беспорядку одержал над ним верх [168] .
165
Генерал-лейтенант В. А. Черемисов в 1917 г. выделялся своим «демократическим» поведением с присущим ему отсутствием субординации и заигрыванием с нижними чинами.
166
С 11 июля 1917 г. генерал-лейтенант В. А. Черемисов был назначен командующим 8-й армией.
167
Речь идет о комиссаре Временного правительства инженере-технологе Ципкевиче.
168
Вероятно, Грондейс говорит о назначении 18 июля военным и морским министром А. Ф. Керенским Черемисова главкомом армий Юго-Западного фронта, против которого выступил главковерх Корнилов, после чего Черемисов получил в командование (с 11 августа) 9-ю армию.
Временное правительство, продолжая следовать своей политике, обвинило в постыдных неуспехах не солдат, не новые порядки, не наступивший кавардак в головах, а командующих и стало заменять старых военачальников на молодых честолюбцев, которые и ускорили конечную катастрофу.
Генерал Черемисов, одновременно ведя тайные переговоры с Исполнительным комитетом (большевиков) в Петрограде, воспользовался хорошим отношением к себе Керенского, собрал резервы и приготовился нанести решительный удар. Однако неслыханное предательство на севере вынудило его к отступлению.
2. На Ломнице
Майдан, 6–19 июля
12-й армейский корпус занят реорганизацией своего небольшого участка фронта наступления, который все же слишком велик для его действующих сил. Большая часть солдат осталась в арьергарде, отказавшись выходить на передовую. Заставить их нет никакой возможности, так как правительство упорно желает подчинить судьбы России требованиям солдат, а управление ходом событий равнодушным, скептичным, а то и враждебным к войне комитетам.
Отношение солдат поражает теперь своей грубостью, как до этого поражало смирением. Кое-кто из штабных офицеров, тех, что вошли в военные комитеты и посещают солдатские собрания, незаметно переняли плебейские манеры и говорят торопливо и яростно, как агитаторы. С немалым удивлением смотрю на генерала Черемисова, который прогуливается в обществе двух солдат.
Теперь генералы дожили до необходимости льстить солдатам, добиваясь фальшивым дружеством, которое, разумеется, никого не обманывает, того, что новый режим не позволяет добиваться дисциплинарными мерами. Время уходит на то, чтобы убедить резервы идти на передовую и сменять товарищей, которые все это время действовали без их помощи. По счастью, неприятель не проявляет большого желания атаковать. Скорее всего, он надеется выиграть больше, выжидая, а не кидаясь в бой.
И все-таки среди солдат – революция делает из людей плохих граждан – есть те, кто хочет сражаться, одни из чувства долга, другие для собственного удовольствия. В подражание ударным батальонам капитана Неженцева они собираются в «смертельные батальоны» или в «батальоны смерти» [169] и самостоятельно, вне контроля высшего командования продолжают вести войну против национального врага на свой страх и риск.
Чтобы познакомиться с ними, я еду на автомобиле в долину Ломницы. На противоположном берегу вижу вражеские позиции, они серпантином поднимаются по склону. Выхожу из машины. Впереди чудная прогулка среди лесной свежести по одной из замечательных галицийских дорог.
169
Ударные части в Русской армии возникли как ответ на разложение войск после февраля 1917 г. и начало «демократизации» армии. Период их активного формирования пришелся на май – октябрь 1917 г. Несмотря на наличие множества проектов по формированию батальонов «ударников», эти части возникли благодаря инициативе, проявляемой снизу.
На состоявшемся 7–20 мая 1917 г. на Съезде солдатских депутатов Юго-Западного фронта делегация Черноморского флота подала главкому фронта генералу от кавалерии А. А. Брусилову и прибывшему на съезд военному и морскому министру А. Ф. Керенскому обращение с предложением о создании ударных батальонов добровольцев из числа юнкеров, чинов тыловых частей и невоеннообязанных. Идея была поддержана Брусиловым, предложившим съезду принять положительную резолюцию о создании таких частей. Несмотря на отрицательное отношение к созданию ударных частей верховного главнокомандующего генерала от инфантерии М. В. Алексеева, полагавшего, что командование не имеет «права расходовать в качестве рядовой силы наших будущих офицеров», и выражавшего скепсис в успехе и пользе таких формирований, идея была поддержана Керенским. После отставки Алексеева и назначения главковерхом Брусилова это движение приобрело значительные масштабы.
25 мая 1917 г. в Петрограде был образован Центральный комитет по формированию добровольческих частей из увечных воинов. 15 июня появился проект Всероссийского воинского союза, предлагавший объединить все боеспособные армейские и флотские части (кадровые, а не добровольческие). Брусилов поддержал проект, и в скором времени «частями смерти» изъявили желание называться 13 воинских подразделений.
Ударные части сыграли большую роль в первоначальном успехе июньского наступления армий Юго-Западного фронта. Они показали высокую боеспособность, но существенно повлиять на фронтовую ситуацию не могли. На фоне общего разложения войск ударники проявляли героизм и самопожертвование, погибая в боях с противником и не получая подкрепления. Генерал М. В. Алексеев в одном из писем с горечью писал: «Считаю большой ошибкой генерала Брусилова и других начальников, что бесполезно погубили лучших людей и массу офицеров, пустив ударные батальоны вперед; за ними никто не пошел. Ударные батальоны должны были составить резерв и гнать перед собою малодушных, забывших совесть».
Корниловское выступление привело к массовым преследованиям ударных частей, которые обвинялись в контрреволюционности. В сентябре 1917 г. многие из ударников покинули свои части. Наиболее известная добровольческая часть – Корниловский ударный полк был переименован сначала в 1-й Российский ударный, а затем в Славянский ударный полк. Впоследствии ударники участвовали в первых боях гражданской войны в ноябре 1917 г. в Москве, Минске, под Жлобиным и Белгородом. Восстановивший свое название Корниловский ударный полк в конце 1917 г. стал ядром Добровольческой армии. Чины ударных батальонов пополнили формирования белых армий на фронтах развернувшейся гражданской войны.
Внезапно слева слышу команду: «Смирно!» Несколько сотен солдат расположились лагерем в лесу, при нашем приближении строятся. Они по собственной воле вернулись к дисциплинарным «предрассудкам» старого режима.
Это без исключения молодые парни, достаточно грубые и хулиганистые, но они вскакивают и отдают честь с такой готовностью, что невольно вызывают улыбку. Они похожи на французских или английских бойскаутов и своими кострами, и огромными красными знаменами с черепом и скрещенными костями. Они воюют для собственного удовольствия, прекрасно держатся под огнем, пойдут туда, куда поведешь. У них строжайшая дисциплина.