Чтение онлайн

Аль-Багдади в фильтрационном лагере Кэмп-Букка, (2004 год)

Абу-Бакр аль-Багдади, «халиф Ибрахим»

Аль-Багдади, естественно, возглавляет список тех лиц из высшего руководства ИГ, за поимку или голову которых американское правительство назначило награды. Голова бывшего узника американского фильтрационного лагеря, а ныне халифа Ибрахима была оценена в 10 млн. долларов, что, наверное, не так уж много или даже оскорбительно для столь важной персоны. Ведь голову аз-Заркави, убитого в июне 2006 года сброшенными с F-16 бомбами, американцы оценили в 25 млн. долларов [35] и столько же давали за Бен Ладена, убитого подразделением американского спецназа в мае 2011 года в Пакистане. Опасность значительно возросла, но головы почему-то сильно подешевели. В любом случае, указанная ниже сумма, назначенная за каждого из разыскиваемых американцами лиц, даёт некоторое представление об иерархической структуре ИГ и угрозе, исходящей от каждого из фигурантов проскрипционного списка. Правда, актуальный ещё в начале весны прошлого года, уже к концу лета он нуждался в радикальном обновлении, поскольку четверо из шести разыскиваемых лидеров ИГ: Абдул Рахман аль-Кадули (7$ млн), Умар аш-Шишани (5$ млн), Абу Мухаммад аль-Аднани (5$ млн) и Абу Умар аль-Туниси (3$ млн) были ликвидированы. К тому же, после того, как слухи об отравлении и смерти аль-Багдади не подтвердились, американцы в середине декабря 2016 года оценили его голову уже в более достойные «повелителя всех правоверных» $25 млн. [32].

Список разыскиваемых США руководителей ИГ [21]

Выявление достаточно полного списка основных руководителей Исламского государства теперь так же сложно, как определение площади и границ территории, находящейся под властью исламистов. В последние два года под натиском антиисламистских сил ИГ понесло значительные потери и контролируемая им территория, особенно в Ираке и возле сирийской границы с Турцией, заметно сократилась, а с ноября 2016 года, в основном силами курдов, ведётся успешное наступление (операция «Гнев Евфрата») на неофициальную столицу исламистов Эр-Ракку. Неизбежность потери Эр-Ракки вынудила исламистов 16 июня 2017 окончательно переехать в свою новую столицу – город Меядин, расположенный на территории муафазы Дейр-эз-Зор на правом берегу Евфрата, на расстоянии 170 км по прямой от бывшей столицы и 420 км – от Дамаска.

По данным известной американской организации IHS (Information Handling Services), занимающейся сбором и анализом информации и непрерывно отслеживающей события в Сирии и на Ближнем Востоке, по состоянию на март 2016 года ИГ за предшествующие 15 месяцев потеряло 22 % своей территории в Сирии и Ираке, доходы сократились на треть, а население «халифата» уменьшилось с 9 млн. до 6 млн. [53; 52]. Потери территории и населения к настоящему времени только увеличились.

Карта Гражданской войны в Сирии и Ираке [65]

По данным того же источника на тот моент под контролем ИГ оставалась территорая в 73440 км^2. Подобная точность определения переменной величины с не совсем чётко обозначенными границами вызывает некоторые сомнения; в данном случае обычно избегают называть точные числа и чаще всего дают оценки в широких пределах 40–90 тыс. км^2, либо просто замалчивают эту щекотливую тему, где можно легко ошибиться. Как бы то ни было, и на нынешней карте войны в Сирии и Ираке Исламское государство всё ещё контролирует значительную часть сирийской и иракской территории, «туловище» серого «зверя» по-прежнему велико, большие потери последних месяцев, особенно в живой силе, частично восполняются, но конец, похоже, близок.

Оценивая потенциал исламистов, нельзя забывать, что, в отличии от Аль-Каиды и других экстремистских группировок, ИГ – не просто организация, а государство, захватившее десятки тысяч квадратных киллометров площади Сирии, Ирака, а также небольшой кусок ливийской территории. Однако неверно судить о реальной силе, влиянии и возможностях ИГ только по этим данным. В докладе бывшего генсека ООН Пан Ги Муна, направленном в Совет Безопасности, утверждается, что к концу 2015 года 34 вооружённые группировки в разных частях света присягнули на верность ИГ и в дальнейшем это число будет расти. Предсказан также рост нападений со стороны связанных с ИГ групп из таких стран, как Филиппины, Узбекистан, Пакистан, Ливия и Нигерия. В документе сказано, что

Генсек ООН назвал ИГ «самой богатой террористической организацией в мире», отмечая, что за 2015 год продажа нефти и нефтепродуктов принесла ИГ до 500 миллионов долларов. Ещё миллиард группировка изъяла в банках захваченных районов и столько же приносит налог с владельцев грузовых автомобилей, проезжающих через подконтрольную группировке территорию. Другими источниками доходов названы сборы с бизнесменов и земледельцев, оказавшихся под властью исламистов. а также от конфискации и перепродажи недвижимости. По мнению Пан Ги Муна, ИГ представляет собой «беспрецедентную угрозу», поскольку способно адаптироваться к любой ситуации и может привлекать террористические группировки из самых разных частей света.

Генсек ООН не зря бил тревогу. Нельзя преуменьшать реальную угрозу странам, по крайней мере Азии, Африки и Европы, исходящую от организации, вербующей сторонников по всему миру и создающей тайную инфраструктуру не только в исламских государствах, но даже там, где нет большой мусульманской общины. Боевики ИГ, помимо Сирии, Ирака и Ливии, участвуют в боевых действиях в Афганистане, Алжире, Ливане, Пакистане, Египте, Йемене, Нигерии, устраивают теракты в других странах. В настоящее время в зоне наибольшей активности ИГ, кроме Сирии, Ирака и Ливии, находятся следующие страны: Египет, Йемен, Ливан, Саудовская Аравия, Турция, а также Сектор Газа – на Ближнем Востоке, Алжир, Нигерия, Сомали, Тунис – в Африке, Афганистан, Бангладеш, Индонезия, Пакистан – в Азии, Бельгия, Россия, Франция – в Европе [41]. Список, разумеется, не полный, в нём не упомянут, например, занимающий важноое географическое положение в Евразии Казахстан, хотя игиловский след просматривается в унёсшем 20 жизней теракте 5 июня 2016 года в западно-казахстанском городе Актобе.

Важно отметить, что ИГ, явно переигрывающий в информационном поле своих конкурентов, в том числе теряющую позиции Аль-Каиду, потенциально располагает практически неограниченными людскими резервами. Согласно оценкам 2011 года [48] в мире около 1,6 млрд. мусульман, из них почти 90 %, то есть порядка 1,4 млрд. – сунниты, а по прогнозам эта цифра к 2030 году может вплотную приблизиться к 2 млрд. Если хотя бы один из тысячи суннитов желает вступить в ряды исламистского войска, что вполне допустимо предположить, это потенциально огромный резерв «пушечного мяса» из готовых на всё религиозных фанатиков. Если же сюда добавить экономическую самодостаточность Исламского государства, которая упомянута в докладе Пан Ги Муна и о чём подробнее будет сказано в последующем, станет ясно, что никак нельзя недооценивать серьёзность нависшей над миром угрозы.

Тем более, что исламистские «ловцы душ» создали мощную пропагандистскую индустрию, обслуживаемую многочисленным штатом профессионалов. Снимаются ориентированные больше на иностранную, иноязычную аудиторию художественные фильмы, пропагандирующие идеи исламизма, создан со своими отделениями медиа-центр «Аль-Хайят», оперирующий, помимо арабского, европейскими и восточными языками: английским, немецким, французским, русским, хинди, бенгали турецким, курдским и другими. Запущена новостная радиостанция «Аль-Баян» (Вести), которая ежедневно выпускает текстовые аудиоотчёты о новостях на пяти языках – арабском, английском, русском, французском, курдском [13]. Есть несколько красочно оформленных интернет-журналов (отдельный разговор о которых впереди), пропагандирующие идеи исламизма, освещающих различные моменты из жизни ИГ и используемые для пропаганды и вербовки сторонников во всём мире.

Для обозначения противников ИГ принята следующая терминология: крестоносцы, кафиры, отступники, нусайриты, сефевиды, марионеточные режимы, извращённые страны, деспотические правители и тому подобное. Широко используется интернет, такие социальные сети, как «Твиттер». Анализ постоянно обновляемого и отличающегося разнообразием потока информации, исходящего из ИГ, показывает, что большинство сообщений связано не с военными действиями, а с описанием прелестей жизни на территориях, контролируемых исламистами [27]. Пользователям интернета, интересующимся исламистской информацией, внушается мысль, что в Исламском государстве налаживается спокойная мирная жизнь, действуют шариатские суды, закяты (социально-экономические институты), система здравоохранения, работают детские сады и аттракционы, нищим бесплатно раздают хлеб. На пропагандистский эффект рассчитан и проект конституции ИГ, в сокращенном виде представленный в одном из ближайших разделов. Противникам ИГ надо ясно отдавать себе отчёт в том, что им приходится иметь дело не с группой узколобых религиозных фанатиков, а мощной глобалистской организацией исламского радикализма, располагающей не только военно-экономическим потенциалом, но также квалифицированными кадрами, освоившими и успешно применяющими на практике современные технологии «промывания мозгов» и вербовки сторонников.

О глобальных притязаниях ИГ можно, хотя бы приблизительно, судить по составленной в марте 2016 года карте, на которой обозначены возможные стратегические планы исламистов.

Глобальная стратегия Исламского государства [43]

Оригинал слегка переработан: для удобств обозрения вырезаны Северная и Южная Америки, где влияние исламистов пока невелико, все названия и пояснительный текст русифицированы, не указаны неразличимые в таком масштабе названия относительно небольших по площади государств. Карту, составленную на основе имеющейся информации в аналитическом центре ISW (Institute for the Study of War), можно воспринимать как напоминание и предупреждение всем противостоящим ИГ силам о том, что борьба с исламистами не сводится к боевым действиям в Сирии и Ираке, а должна вестись в глобальном масштабе. Согласно предложенной концепции, следует различать три круга, или кольца, стратегии ИГ: внутренний, ближний и дальний. Внутренний круг, очевидно мыслимый как ядро будущего халифата и окрашенный на карте в тёмно красный цвет, это территории Сирии, Ирака, Ливана, Иордании и Израиля. Внутренний круг необходимо защищать и расширять, очевидно, за счёт ближнего круга, в который входят большинство государств исламского мира, включая страны Ближнего Востока, Северной Африки, Индонезию, Бангладеш и некоторые другие. Предполагается, что присягнувшие на верность халифу Ибрахиму террористические группы будут устраивать беспорядки в странах ближнего круга, а некоторые из них намечены в качестве провинций – вилайетов будущей суннитской империи. Наконец, в менее подверженных «игизации» странах – Китае, Индии, России, Канаде, Австралии, государствах Западной Европы и многих других, то есть на большей часть земной суши, исламисты, согласно излагаемой концепции, собираются устраивать расшатывающие устои государственной власти теракты и вылазки вооружённых групп.