Чтение онлайн

– Я слыхал, царь Дабог на морского царя войной пошел, да там и полег.

– И все слышат именно это, – согласился Даниил, – а мы всем подтверждаем, хотя на самом деле Дабога убили свои же князья.

– Своего царя? – удивился Роман.

– Это еще цветочки, – усмехнулся Даниил, – впереди будут ягодки.

Роман замолчал: он был еще больше удивлен тому, что его отец усмехается, чем тому, что в давние времена князья убили своего царя.

– Государство походами Дабог разорил; у него много нашлось и других гиблых идей – например, вместо яблок сажать заморские фрукты, которые царю больше по вкусу пришлись. Или рожь сажать в болотах, чтобы поливать не требовалось. У царя богатая фантазия была, я бы порассказал, но мы сейчас не об этом. Разорил государство царь Дабог. После него дядька его, царь Василий, взял бразды правления.

– Но ведь в народе говорят, что Василий все испортил, при нем плохо стало, а при Дабоге хорошо все было, – удивился Роман.

– Не туда потому что смотришь, – пояснил Даниил. – Дабог накоплениями предков жил, а царь Василий получил разруху да крыс в казне пустой. Потому и плохо при нем пришлось. Начал он выправлять ситуацию, да не успел. В степи равновесие нарушилось, и некий Тугарин сумел все племена под себя подмять, а потом и на нас пошел.

– Про набег Тугарина все знают.

– Тебе не надо знать то, что знают все, – пояснил Даниил. – Все знают то, что мы им разрешаем знать, а тебе надо знать, что на самом деле было.

– А что там могло быть такого, что все не знают? – Роман искренне удивился: уж про набег-то вроде все известно, не так давно он был.

– Еще до набега в среде бояр да князей согласие исчезло, – продолжал Даниил свою историю. – Те земли, что ты знаешь как Тридесятое царство – или, как их теперь называют, Новгородская республика, – отколоться решили. Те же княжества, что ныне мы знаем как царство Тридевятое, решили от себя самые бедные земли отбросить, и эти бедные да проблемные земли мы и знаем как царство Тривосьмое.

– Так разве на царства Русь поделили еще до набега? – удивился Роман.

– Нет, набег – он свою роль сыграл: основной удар не задел новгородские земли, Киев их отпускать не хотел без войны, а полноценной войны новгородцы боялись. А тут войско киевское разбито, земли в руинах – новгородцы и смекнули, что лучше времени не будет. Тогда-то и возвысился молодой витязь по имени Финист – Ясный Сокол, и под его знаменами стали собираться те, кто уже твердо решил разделить царство. Тогда-то его сторонники и убили всю семью царя Василия.

– Но ведь царь Василий с семьей от рук степняков пал! – воскликнул Роман, но, поймав взгляд отца, смешался.

– На степняков все удобно валить было.

– И никто не был против разделения?

– Были, и немало, – кивнул головой Даниил. – Они стали собираться в месте под названием Китеж-град. Однако именно те, кто за общую державу стоял, наибольшие потери от степняков понесли, сторонники же Финиста свои силы берегли, от ударов отводя и отдавая степнякам все без боя. Когда Тугарин отхлынул с ордой своей, оказалось, что сторонников Финиста пусть и меньше, но сила вся у них. Царь был убит, а войско рассеяно. Тогда-то Китеж-град и ускользнул. Был город, да исчез.

– Куда исчез? – удивился Роман.

– Хотел бы я знать куда, – вздохнул Даниил.

Роман задумался – оказалось, что вся история, которую он знал, была не совсем такой, как рассказывали скоморохи да сказители.

– После исчезновения Китежа Финист поднял восстание. Объявлено было, что оно против степняков да их пособников, однако степняков тогда уже на Руси не осталось, а их пособниками оказывались именно те, кто против Финиста и его сторонников выступал.

– И все у них так гладко прошло? – спросил Роман.

– Не все, – Даниил снова усмехнулся, – все гладко никогда не проходит. На Кощее они споткнулись.

– Царь Кощей? А он тут как замешан?

– Тогда Кощей никаким царем не был, а был он воеводой царского войска. Он единственный, кто сумел кочевникам какие-то поражения нанести да часть войска сохранить. Вот под его знаменами и стали потихоньку собираться те, кто с Финистом и его людьми не согласен был. Да только с местом им не повезло: как раз на пути степных набегов Кощей лагерями встал, да еще с племенем берендеев не сумел договориться – они всегда верными друзьями Руси были, а он их решил силой присоединить, против их воли. И с берендеями поссорился, и степняки новый набег готовили. Казалось, конец Кощею, сторонники его разбегаться стали потихоньку – и тут новый набег, пусть и не такой сильный: ряд степных племен решили, что еще не все, что можно, на Руси пограбили. Все думали, что сметут Кощея степняки, но он как-то устоял: призвал нечисть всякую на подмогу, но устоял.

– Так Финист же на Кощея войной шел…

– Да, после этого Финист решил, что Кощей совсем ослаб, и решил его добить, – Даниил усмехнулся, – что дальше было – все знают.

– Змей Горыныч, – произнес Роман.

– И он в том числе. Кощей опять как-то удержался, он вообще талантливый воевода был, не отнять.

Роман попытался обдумать сказанное.

– Так что же получается, – удивился он, – Финист – Ясный Сокол, герой земли Русской, получается – плохой, а Кощей с вурдалаками своими да упырями – хороший?

– Отнюдь, – снова улыбнулся Даниил, – дед твой, Роман Галицкий, в честь которого я тебя назвал, верным сторонником Финиста был, и наш род ему был верной опорой. И род Святослава Черниговского, кстати, тоже, как и всех остальных князей. Только его сторонники остались, остальных история смахнула со страниц летописей.

– Теперь я совсем ничего не понимаю, – растерялся Роман.

– Еще год назад я бы даже не пытался тебе объяснить, – вздохнул Даниил, – но сейчас попробую. Взгляни на карту.

Роман вместе с отцом склонился над разложенной картой. Палец князя указал в земли, помеченные синим цветом; Роман узнал очертания Тридевятого царства.

– Вот эти земли примерно с нашими равные. У нас тут свои противоречия, которые многие преувеличивают, но и я, и Святослав Черниговский служим одному и тому же делу, у нас примерно одинаковые интересы. Сила наша разнится, и мы постоянно соперничаем, но мы вместе. А вот тут, – палец князя указал на земли Тривосьмого государства, – земли бедные, и постоянно к ним еще с востока разные беды приходят. Так не лучше ли нам их отбросить? Тогда и мы богаче будем, и со степняками меньше проблем будет.

Роман задумался.

– А князь Владимир тогда что же? Это ты его убил, когда он попытался эти земли к нам присоединить?

– Да ты что, – удивился Даниил, – князю Владимиру я верным соратником был. Он все правильно понимал и все правильно делал. И то, что его убили, – это по нам удар страшный, ведь с ним мы практически победили, а теперь снова назад откатились.

– Тогда кто, Святослав?

– И Святослав его верным сторонником был.

– Тогда кто же его убил?

– Точно не знаю, но готов об заклад биться, что из Китеж-града убийца был подослан.