Чтение онлайн

Они нашли «Корону» — королевский бриг, о котором так сокрушалась Тайлис. Корабль не пропал, как думала девушка, не был увезен. На нем уже развивался королевский стяг. Но Иллар не был уверен, что этот флаг подняла Тайлис. Скорее всего, бриг был отдан самозваной королеве.

Иллар залюбовался. Небольшой, средних размеров парусник, гордый профиль, обтекаемые формы, блеск и новизна оснастки. Даже со спущенными парусами он был красив. Иллар не разбирался в кораблях, но не сомневался, что перед ним совершеннейший из кораблей.

— Ну вот, ищем что-либо подобное, но побольше, — обернулся он к спутникам.

— Вот такой? — Ногал указал на пришвартованный рядом другой корабль.

Оргунский флаг был приспущен, на палубе никого не было. Сходни стояли криво, виднелись следы разрушений, везде царило запустение, корабль казался покинутым.

— Эге-гей, — прокричал Ногал.

В ответ тишина.

Не раздумывая, Иллар ступил на сходни. Корабль действительно удовлетворял всем его только что озвученным требованиям, за исключением блеска и новизны, и явного крена на один бок.

Навстречу им вышел сгорбленный, хромающий пожилой матрос в оборванной рубахе, с перевязанной головой.

— Чего надо? — весьма недружелюбно спросил он, прищурясь от яркого света.

Латин выступил вперед. По заранее согласованному плану именно он должен был вести переговоры, задавать вопросы и согласовывать цену, а Ногал зорко посматривать по сторонам. Иллар в данном случае был в сопровождении. Он и не собирался идти с ними, но не устоял перед желанием побывать в порту и самому присмотреть корабль.

— Мое имя Латин, — представился юноша. — Я офицер илонийской армии.

— И что тут забыл илонийский щеголь?

— Исхожу от зависти, — Латин показал на «Корону». — Хочу такую же, но увы…

— Что, значит, хочу такую же? Покататься? — усмехнулся матрос, — ну так ступай, господин, напросись в гости, там тебя покатают.

— Ну, зачем так смеяться. Я, может, хочу приобрести эту лохань, и сделать из неё ещё красивей.

— Лохань? — взревел матрос.

— Но-но, потише. Если не лохань, так покажи, чем она не хуже. Глядишь, я её и куплю у твоего хозяина. Ему-то она явно не нужна, раз он её так запустил.

— Что, значит, куплю? — опешил матрос.

— Ну, мне-то она совсем не нужна, но вот папаша моей возлюбленной будет в восторге. Он, видишь ли, кордиец, они тут все помешаны на кораблях. Ты скажешь мне, кто хозяин твоего корытца?

Матрос совсем рассвирепел.

— Только попробуй сказать такое моему хозяину.

— Сам довел корабль до такого состояния, а я виноват.

— Да что ты понимаешь!.. Ты, сухопутная…

— Но, но, если ты сейчас назовешь своего будущего хозяина «крысой», — мне в будущем придется тебя уволить. Как, кстати, тебя зовут?

— Ишь, серьезно, что ли?

— Еще как! Капиталец кое-какой есть, почему бы и нет!

— И что будет с кораблем дальше?

— На торговый твой корабль не похож. На предназначенный для королев, — Латин кивнул на «Корону», — тоже. Думаю, предложить будущему тестю заняться посольскими делами. Вернувшейся королеве нужны преданные люди, было бы отлично, если бы старый скупердяй держался подальше от нас в других странах.

Матрос хмыкнул. Присмотрелся к Иллару, поймал взглядом праздно шатающего и скучающе разглядывающего корабль Ногала.

— Ну, пойдем, проведу вас к капитану.

Они спустились в просторную каюту.

Указав на потрепанные кресла вокруг стола, матрос подошел к шкафчику и вытащил оттуда рубашку с камзолом. Не смущаясь гостей, скинул с себя рваную рубашку, мигом одел новую, накинул камзол и снял повязку с головы. Хромота исчезла, спина распрямилась. Перед илонийцами предстал мужчина, совсем даже не старый, с усталым, но твердым взглядом.

— Капитан Белем к вашим услугам, — коротко поклонился он, — корабль принадлежит мне, и мне нужны деньги.

— О! — цокнул языком Латин, — зачем такой маскарад?

— Чтобы не забрали корабль так, — ответил за капитана Ногал. — Сейчас пиратам не до разрушенного корабля, но на самом деле, корабль новёхонек, ведь так, капитан? — Ногал прищурил глаз.

Капитан медлил всего мгновение, потом кивнул:

— Раз уж вы и так всё видите, вы должны согласиться, что цена за хороший корабль будет высока.

Он достал из шкафчика бутылку вина и расставил кубки.

— Не расскажите подробней о корабле и причинах продажи, капитан? — на этот раз вступил в разговор Иллар.

— Резонный вопрос, господа, но давайте представимся до конца, — разливая вино по кубкам, кивнул Белем, безошибочно останавливая свой взгляд на Илларе.

— Меня зовут Иллар, я внук короля Корна, мы илонийцы. — Иллар отвесил поклон, не вставая с кресла, — Латин мой друг и мой голос, Ногал мой спутник и мои глаза.

— И корабль вам нужен… — в словах Белема явственно звучал вопрос.

— Возможно вы в курсе, что мой отец заключил договор с сыном погибшего Курхота. Латин сказал правду — нам нужен посольский корабль.

— А всё, что говорил это молодой человек? — Белем кивнул на Латина.

— Для лишних ушей.

Белем кивнул.

— Я слышал об обмене. Думаю, мой корабль вам подойдет.

— Даже с креном? — вставил насмешливо Латин, явно не соглашаясь заключать сделку без торгов.

Белем махнул рукой:

— Я специально затопил часть трюма. Дело двух дней и всё будет в порядке.

— Мы слушаем теперь ваш рассказ.

Белем задумался.

— Я не кордийский подданный, мой флаг говорит о себе, моя родина — Оргуния.

Иллар кивнул. Оргуния была небольшим прибрежным королевством, граничила с Мадарисом, Торогией и Киссеном. Несколько бухт и множество верфей, оргунские корабли считались одними из лучших. В отличии от Мадариса, на верфях которых строились в основном торговые судна, в Оргунии строились военные корабли. Большие и малые, изящные и быстроходные. К тому же Оргуния славилась своим жемчугом, морскими раковинами и умелыми моряками.

— Я не знал, что Корда захвачена пиратами, когда мы подошли к порту, — продолжил рассказывать Белем. — Нас перехватили в море, и взяли на абордаж. Наш корабль не торговый, да, но груз имеется и весьма дорогой. Я собирался в Арилазе сбыть жемчуг и раковины тамошним ювелирам. Это далеко не первое мое плавание. И у меня в команде, как вы понимаете, были моряки, способные отстоять и жизнь, и груз. Но не против ситарцев. Мой груз забрали, оставшихся матросов тоже. Я был оглушен, весь в чужой крови, меня сочли мертвым и бросили на палубе.