Чтение онлайн

Глубокие сокращения вооружений ядерного сдерживания порождают также сложную проблему демонтажа в короткие сроки большого количества ядерных боеголовок и переработки ядерного вещества для использования его в мирных целях. США имеют специальный завод, на котором можно ликвидировать до 2 тысяч боеголовок в год, а Россия эти работы пока может выполнять примерно в таком же объеме лишь там, где создавалось это оружие, - в Арзамасе-16 и в Челябинске-70. Наиболее узким местом здесь является отсутствие специальных хранилищ для извлекаемых урана и плутония. По Договору СНВ-2 уже к 2002 году необходимо сократить 4 тысячи ядерных боезарядов и к 2008 году довести количество ядерных боезарядов с 6 тысяч до 3-3,5 тысяч единиц. После устных договоренностей президентов США и России в октябре 2001 года придется сократить еще порядка 2 тысяч единиц ядерных боеприпасов. Правда, в России, на Урале, с помощью США строится уникальное подземное хранилище.

Естественно, столь решительные шаги к сокращению ядерных вооружений были восприняты мировым сообществом с большим восторгом. Однако на практике оказалось, что выполнить эти обязательства в заданные сроки Россия не в состоянии. Важнейшей причиной является то, что когда разрабатывали и накапливали эти вооружения, никто не думал, что когда-то их придется снимать с вооружения и утилизировать. Тогда считали: кто владеет ядерным оружием, тот диктует миру политические условия. Думали лишь о естественной утилизации путем применения ядерного оружия. Сейчас приходится заниматься захоронением утилизированного ядерного оружия в могильниках на собственной территории, и оказалось, что это дорого.

По данным газеты "Сегодня" от 20 января 1998 года, в арсеналах министерства обороны находится более 3 тысяч устаревших и потенциально опасных ядерных боезарядов, 125 атомных подводных лодок, 107 из которых - с невыгруженными ядерными реакторами, 40 тысяч тонн химического оружия, 23 твердотопливные ракеты, 411 жидкостных ракет, 87 тысяч тонн токсичного топлива. Если темпы утилизации останутся прежними, то к 2005 году количество этого хлама удвоится.

Российская технология ликвидации атомных подводных лодок не связана с полным захоронением наиболее опасных элементов, осуществляется лишь их частичная утилизация. Из корпуса лодки вырезают три секции с реакторным отсеком по середине, герметизируют, заваривая, как бочку, спускают на воду и на плаву отводят на небольшое расстояние в места временного хранения, где и привязывают их к пирсу. Все остальное разрезают на металлолом примерно в течение двух месяцев.

Сейчас совсем рядом с еще "неразделанными" подводными лодками заскладированы реакторные отсеки с наведенной радиоактивностью, период полураспада которой длится 80-100 лет. Ожидают, что когда-нибудь появится возможность снова поднять эти отсеки на стапели и вырезать их. Однако коррозия металла может гораздо быстрее разрушить и корпуса неразрезанных лодок, и корпуса вырезанных реакторных отсеков, что грозит экологической катастрофой не только в местах утилизации. Разделка одной атомной подводной лодки сейчас в России стоит 3-4 миллионов долларов.

Схожая ситуация сложилась и в США, где также списано более 100 атомных подводных лодок. Но там, в отличие от России, проводится достаточно дорогая по стоимости, но глубокая утилизация таких кораблей, которая включает в себя полное уничтожение всей подводной лодки и в том числе активной зоны ядерного реактора, отработанного ядерного топлива и жидких радиоактивных отходов. Корпус ядерного реактора извлекается из лодки, и его захоронение осуществляется в специальной штольне в глубокой толще земли. Расчеты показывают, что процесс демонтажа и разборки атомных подводных лодок и ядерных боеприпасов, снимаемых с вооружения у договаривающихся сторон, займет 10-15 лет.

Здесь возникает совершенно новая проблема, связанная с высвобождением огромного, может быть, избыточного для мирных целей количества высокообогащенного урана и особенно плутония. Известно, что использование в мирных целях оружейного плутония представляет сложную научно-техническую проблему. Еще несколько лет назад считалось, что плутоний необходимо хранить глубоко в земле. Но это не является решением проблемы, т.к. последующим поколениям придется все же избавляться от этого чрезвычайно опасного материала искусственного происхождения. Радиоактивный металл плутоний из числа тех сокровищ, которых может быть слишком много. С 1945 года ядерные и имеющие ядерную технологию державы произвели в промышленных реакторах около 1700 тонн энергетического плутония - одного из самых опасных для жизни и здоровья человека веществ. В результате сокращения ядерных вооружений в соответствии с Договорами СНВ-1, СНВ-2 только в России и США высвободится более 100 тонн оружейного плутония, и потребуется перевести военные ядерные реакторы в реакторы для сугубо мирных целей. Известно, что критическая масса оружейного плутония равна всего 7 килограммам, а для создания одного ядерного боеприпаса необходимо 3-4 килограмма оружейного плутония. Но до сих пор нигде в мире нет промышленной технологии обращения с ним. Даже в США, где имеется большое количество атомных электростанций, отработавшие свой срок тепловыделяющие элементы до сих пор просто хранятся на территории АЭС. Общенационального хранилища радиоактивных отходов там нет. Это добавляет проблем ядерным государствам. Плутоний - творение рук человеческих и созданный однажды, он остается в природе, как уже было показано, десятки тысяч лет. Затраты на его утилизацию чрезвычайно велики. Здесь должен быть решен широкий круг научных, технических, экономических и экологических проблем. Вполне очевидно, что не только безопасное его использование, но и прекращение производства и уничтожение его запасов уже стало задачей общенациональной важности.

В последнее время в США родилась идея создать всемирное хранилище радиоактивных отходов на острове-атолле Уэйк, почти в центре Тихого океана. Остров находится примерно на равном удалении от США и России - ведущих ядерных держав мира. Здесь когда-то была база ВВС США, геология острова хорошо изучена, все необходимые технологии есть. Можно построить завод по первичной переработке отработанного топлива ядерных реакторов и создать глубокие шахты для захоронения отходов в прочных контейнерах. Думается, что Россия должна согласиться с таким предложением, т.к. она уже связана необходимостью решения проблемы своих собственных ядерных отходов. Кроме того, Россия заключила целый ряд соглашений о строительстве АЭС в Иране, Индии, Китае и сейчас усиленно борется за азиатский рынок. Но, по этим соглашениям, отработанное ядерное топливо должно возвращаться на переработку в Россию, что еще больше усугубляет эту проблему. В 1997 году Россия согласилась на совместный с США проект перевода своих реакторов военного назначения на мирные цели [22]. Но уже в начале 2000 года стало совершенно ясно, что этот проект связан не только с огромными затратами, но и с возможностью катастроф чернобыльского типа. В этой связи Россия приняла другое решение. Вместо преобразования активных зон реакторов - полностью закрыть их. Расчеты показывают, что на это потребуется примерно 230 миллионов долларов. США согласились оплатить значительную часть этих расходов. В качестве основного варианта ликвидации запасов плутония в мире рассматривается сжигание его в ядерных реакторах АЭС. В США имеются очень незначительные мощности по сжиганию плутония в составе специальных энергетических сборок в легководных реакторах, а в России используют для этого реакторы на быстрых нейтронах. Следует особо подчеркнуть, что только в России разработаны реакторы на быстрых нейтронах, которые работают именно на оружейном плутонии. С помощью этих реакторов можно, хотя и не так быстро, утилизировать накопленный плутоний. В процессе работы таких реакторов перерабатывается не только первоначально загруженный плутоний, но и полученная после его переработки новая ядерная продукция. Это позволяет замкнуть ядерный цикл в пределах ограниченной охраняемой территории и обеспечить ее экологическую чистоту. В таком реакторе можно выжигать все радиоизотопы плутония. Первый промышленный реактор БН-350 был построен более 20 лет назад в городе Шевченко (сейчас это территория Казахстана) на берегу Каспийского моря, который не только стал прекрасной экспериментальной базой, но и до сих пор обеспечивает город пресной водой. В "быстрый" реактор БН-350 загружали по 10 сборок с оружейным плутонием, в то время как сегодняшний потолок - 3-5 сборок в реакторе типа БН-600. Вместе с тем почти 15 лет работает реактор подобного типа БН-600 на Белоярской АЭС. Была также спроектирована Южно-Уральская АЭС уже с тремя блоками БН-800. Длительная эксплуатация реакторов подобного типа показывает, что за один год он дает выбросов в атмосферу столько же, сколько реактор РБМК -1000 типа чернобыльского за один день.

Это значит, что стоимость имеющихся в России запасов плутония следует оценить выше стоимости всего золотого запаса. Речь идет об огромном национальном богатстве, которое, к сожалению, мы не используем и вынуждены искать способы избавления от него, как этого требуют от нас США. Конечно, Россия должна реализовать свою программу реакторов на быстрых нейтронах. Однако сейчас нет средств на строительство таких реакторов. И для ускорения этого процесса теоретически уже была исследована возможность массовой ликвидации ядерных (плутониевых) боеприпасов при подземных ядерных взрывах, хотя это не согласуется с Договором о запрещении ядерных испытаний. Для уничтожения, например, 20 тысяч ядерных боеприпасов, оказывается, требуется всего 4 подземных ядерных взрыва мощностью не более 100 килотонн. Сразу же после ратификации договора о ликвидации ядерного оружия можно будет только одним подземным взрывом утилизировать до 5 тысяч ядерных боеприпасов плутониевого типа, принадлежавших ядерным странам. Причем при уничтожении таким способом они спекаются и остекловываются, из чего практически невозможно будет извлечь ядерные продукты. Утилизация представляет собой процесс смешивания плутония с радиоактивными отходами АЭС с последующим остекловыванием специальным жидким стеклом. Образовавшийся пакет помещают в контейнер и проводят глубокое захоронение в подземных штольнях.

Следует отметить, что США скорее всего и воспользуются методом захоронения плутония в остеклованном виде. Для применения этой технологии необходимо под эгидой ООН подобрать или создать удовлетворяющий все ядерные страны полигон, исследовать его геологические структуры и разработать меры по обеспечению безопасной экологической и сейсмической обстановки. Это технология международного крупномасштабного уничтожения ядерных боеприпасов в короткие сроки, при которой гарантируется факт уничтожения и создаются простые условия контроля. Таким способом можно быстро и относительно дешево уничтожать ядерные боеприпасы на любых этапах их создания, причем даже без их разборки, прямо в транспортных контейнерах. Кстати, таким же способом можно успешно уничтожать химическое и бактериологическое оружие.

Россия может найти совершенно неожиданное применение сокращаемому ракетно-ядерному потенциалу (СНВ-2 и последующему типа СНВ-3) в целях доставки с помощью ядерных боезарядов, переделанных в ядерные двигатели, в сферу действия Земли близко пролетающих опасных астероидов. Материалы этих астероидов могут использоваться в космическом строительстве в интересах противоастероидной защиты планеты и ее устойчивого развития в новом тысячелетии, о чем шла речь в первой части книги. Однако, как ни парадоксально, наряду с этим в ряде государств параллельно идет и обратный процесс создания, может быть, и далекого от совершенства, но все же ядерного оружия. Они стремятся иметь его для противостояния своим традиционным региональным противникам. Для этих государств обладание ядерным оружием стало не только политически желаемым, но и технически реальным.

Глава четвертая

ПРИОРИТЕТЫ СТРОИТЕЛЬСТВА ВООРУЖЕННЫХ СИЛ В УСЛОВИЯХ НАЛИЧИЯ ЯДЕРНОГО ОРУЖИЯ

Каждое ядерное государство, делающее ставку на ядерное сдерживание, фактически оказывается в плену собственного ядерного оружия, которое неизбежно тормозит развитие других видов и вооруженных сил в целом. Допускаются перекосы и даже грубейшие промахи в смене общегосударственных военных приоритетов военного и оборонного строительства. Ядерное оружие преподносится как наиболее дешевый способ обеспечения национальной безопасности, но на самом деле оказывается, что это чрезвычайно дорогой способ, и к настоящей безопасности государства это оружие имеет далеко не главное отношение.