Чтение онлайн

За месяц действий по оказанию непосредственной поддержки сухопутным войскам положение последних достаточно стабилизировалось, чтобы позволить Бомбардировочному командованию перейти к выполнению его основных, стратегических задач. 18 стратегических целей, намеченных Объединенным комитетом начальников штабов, начали испытывать удары бомбардировщиков В-29; 47 бомбардировщиков нанесли удар по корейскому заводу взрывчатых веществ в Хыннаме, 39 самолетов атаковали Богунский химический завод. Аналогичные налеты были совершены на арсенал и сортировочные станции в Пхеньяне, на склады взрывчатых веществ в Хэчжу и нефтеперегонный завод в Вонсане на восточном побережье полуострова. Такого рода объекты представляли собой основу военного потенциала Северной Кореи, и с каждой неделей все больше их выводилось из строя. Самолеты «Суперфортрес» Бомбардировочного командования совершали специальные полеты для сбрасывания листовок, в которых гражданскому населению предлагалось эвакуироваться из районов, которые должны были быть подвергнуты бомбардировкам. В это время противник не оказывал сопротивления в воздухе.

В середине августа Бомбардировочное командование вновь временно прекратило выполнение стратегических задач для того, чтобы усилить непосредственную поддержку сухопутных войск. 8-я армия, готовившаяся к отражению предстоящего наступления войск противника численностью в 40000 человек к северу от Вегвана, потребовала максимальной поддержки с воздуха. 98 бомбардировщиков В-29 обрушили на район площадью 60 кв. км за линией фронта противника полный груз 230-килограммовых бомб. В то время не было возможности дать конкретную оценку результатов этой эффектной атаки. Показательным был только тот факт, что противник не начал наступления. Бомбардировочное командование отказалось сделать какие-либо предположения об эффекте бомбардировки, не имея в руках фактических данных, хотя командиры дивизий сухопутных войск высоко оценивали вероятные потери, понесенные противником. Не может быть больших сомнений в том, что изоляция района боевых действий ударами с воздуха и непосредственная авиационная поддержка сухопутных войск сыграли главную роль в удержании Пусанского плацдарма в те опасные дни.

В тот же самый период бомбардировщики В-29, совершая одиночные вылеты, сбрасывали осветительные бомбы для бомбардировщиков В-26 из состава 5-й воздушной армии, осуществлявших ночные налеты. Этим была еще раз продемонстрирована возможность многоцелевого применения самолета В-29. Во время одного такого налета с использованием осветительных бомб бомбардировщики В-26 уничтожили один северокорейский поезд с боеприпасами и серьезно повредили два других. Вспоминая этот период, интересно отметить те способы, посредством которых тактические возможности бомбардировщиков могли быть использованы с такой полнотой.

Конечно, не каждый эксперимент приносил явно выраженный успех. Так было с экспериментами по применению управляемых, бомб «Разон» для разрушения мостов. Эта 450-килограммовая бомба со специальным радиоприемником в хвостовой части могла управляться дистанционно с бомбардировщика во время ее падения; ее траектория могла корректироваться по дальности и по курсу. Бомбы типа «Разон» интенсивно использовались в Европе в последние месяцы войны и подверглись дальнейшему усовершенствованию в послевоенные годы. Наши эксперименты в Корее имели целью главным образом разработку способов применения этих бомб. Первые результаты не были многообещающими; причина этого заключалась главным образом в неисправности бомб, которые пролежали на заморских складах с 1945 года, а также в том, что экипажа самолетов не имели подготовки в применении бомб «Разон».

Экспериментальное бомбометание производилось по мостам, имевшим длину 150 и более метров при ширине не более 2,5 м. Преодолевая первоначальные трудности, экипажи бомбардировщиков «Суперфортрес» к сентябрю месяцу достигли удовлетворительных и хороших результатов в применении бомб «Разон»: вероятное радиальное отклонение составляло 67 м.

Применение бомбы «Разон» с бомбардировщиков В-26 с значительно меньших высот дало еще лучшие результаты. Несмотря на интенсивный огонь автоматического оружия противника, бомбардировщики В-26 при бомбометании с высот от 600 до 3600 м имели в 2 раза большую вероятность поражения цели, чем бомбардировщики В-29, действовавшие с высот 3000–4200 м. Несколько бомбардировщиков В-29, действовавших с меньших высот, сбрасывали бомбы со средним радиальным отклонением 45 м. Применение бомб «Разон» с бомбардировщиков В-29 хотя и было эффективным, но оно не идет в сравнение с результатами, достигнутыми более легкими и скоростными тактическими бомбардировщиками.

Позднее были проведены эксперименты по применению бомб «Тарзон», весом 5400 кг с электронной системой управления хвостовым оперением, позволяющим в ограниченных пределах корректировать траекторию полета бомбы после ее отделения от самолета по азимуту и высоте. Первоначальные результаты были разочаровывающими, однако в последней серии бомбометаний все бомбы ложились в круг со средним радиусом 82 м. Действительный успех был достигнут при налете на железнодорожный мост у Нёнми, в результате которого было разрушено два его пролета. Эксперименты были прекращены, когда Бомбардировочное командование переключилось на ночные действия, исключавшие визуальное наблюдение за бомбой при ее полете к цели. Кроме того, некоторые цели были сильно прикрыты огнем зенитной артиллерии и действия по ним представляли неоправданный риск для самолетов.

В конце августа и в сентябре Бомбардировочное командование продолжало сосредоточивать основные усилия на разрушении военного потенциала Северной Кореи. 28 августа 47 бомбардировщиков В-29 произвели с помощью радиолокационного прицела бомбардировку построенного японцами завода радиотехнической промышленности в Сенгчжине [14] , который был разрушен на 95 %. Во время этого критического периода в ходе операций сухопутных войск ВВС не отказывали им в непосредственной поддержке. Каждый день совершалось от 24 до 36 самолето-вылетов для нанесения ударов по скоплениям войск противника, путям сообщений и центрам коммуникаций с целью поддержки наших численно уступающих противнику войск и подготовки к нашему контрнаступлению на север. Несмотря на такое отвлечение сил Бомбардировочного командования от его прямых задач, к 25 сентября со всеми 18 стратегическими целями было покончено. Бомбардировочное командование примерно за 4000 боевых самолето-вылетов сбросило 30 000 т бомб. При этих вылетах было потеряно только 4 бомбардировщика В-29, 3 из которых были сбиты истребителями. План уничтожения стратегических объектов полностью себя оправдал. Военный потенциал собственно Северной Кореи был подорван, а снабжение ее извне в больших масштабах не представлялось возможным. Казалось, что корейская война была уже окончена.

К 24 октября бомбардировщики В-29 Бомбардировочного командования были вынуждены бездействовать вследствие отсутствия подходящих целей к югу от реки Ялуцзян. 22-я и 92-я бомбардировочные группы возвратились на свои базы в США, увозя с собой признательность генерала Макартура, выраженную словами: «Когда стратегических целей больше не стало, на меня произвела сильное впечатление многосторонность действий экипажей бомбардировщиков и их оружия при выполнении задач по непосредственной поддержке сухопутных войск — задач, которые не являются обычными для средних бомбардировщиков. Эти действия задержали наступление северокорейских армий и сделали возможным быстрое продвижение своих войск вперед в условиях упорного сопротивления противника».

Штаб Бомбардировочного командования занялся подготовкой к возвращению на территорию США других боевых частей и к прекращению своей собственной деятельности.

Активное вмешательство и вторжение в Корею сил китайских добровольцев резко изменили эти планы. В докладе генерала О'Доннэлла в то время говорилось: «Дерзкие заявления северокорейских руководителей и масштабы их агрессии не оставляют ни тени сомнения, что их интервенция была запланирована давно. Что касается их конечной цели, то она не является ясной… возможна даже оккупация самой Японии. Решение Организации Объединенных Наций ограничить боевые действия районами, расположенными южнее реки Ялуцзян, несомненно, дало противнику огромное преимущество, перед которым мы бессильны. Мы прекрасно деремся, но руки у нас связаны».

Бомбардировочное командование снова получило работу. 1 ноября «суперфортресы» совершили налеты на Канге, Нанам и Ченгчжин. сбросив бомбы на районы складов, сортировочные станции, шоссейные дороги и мосты, а также на важные военные объекты, расположенные в этих городах. За этими налетами последовал массированный дневной удар 79 бомбардировщиков В-29 по Синыйчжу — основному центру коммуникаций и снабжения противника, расположенному у устья реки Ялуцзян только в 8 км от Аньдуна — знаменитого узла авиабаз северокорейской авиации в Маньчжурии. Половина всех налетов была посвящена бомбардировкам зажигательными бомбами по таким центрам военного снабжения и коммуникаций, как Сонгчон, Пукчен, Манси и Чёсан, причем наиболее массированный налет был совершен на Херён, где было сброшено 32 000 зажигательных бомб. Как показали фотоснимки, сделанные после налета, в районе цели было разрушено 90 % всех сооружений.