Чтение онлайн

Таким образом, итальянцам удалось совершенно расстроить три главных абиссинских армии на Северном фронте и открыть дорогу на Аддис-Абебу.

Следовательно, Бадольо удалось захватить оперативную инициативу в свои руки. Его разведывательная служба детально информировала его о состоянии полного разложения всех трех только что разбитых северных армий. Ему также было известно, что в Годжаме происходит организованный итальянцами серьезный мятеж, для подавления которого негус был вынужден послать значительные отряды абиссинских войск; что эти отряды были задержаны в пути атаками воздушных сил итальянцев; что между ним и Аддис-Абебой находится лишь резервная армия; что она имеет в своем составе императорскую гвардию; что эта последняя армия с 21 марта находится под личным командованием императора; что эта армия расположена в районе Куорам, Дессие.

Итальянцам необходимо было разбить эту армию до наступления сезона дождей, которые должны были начаться в мае — июне. Иначе вряд ли бы Бадольо в 1936 г. смог достичь Аддис-Абебы, опереться на железную дорогу Джибути — Аддис-Абеба. Из Рима его торопили покончить с негусом и во что бы то ни стало занять Аддис-Абебу до наступления дождей.

Бадольо отдал приказ об общем наступлении на всех фронтах. 1-й и Эритрейский корпуса были направлены по императорской дороге с задачей войти в соприкосновение с абиссинской резервной армией и завязать с ней бой. 3-й армейский корпус был направлен на Сокоту, где он должен был до известной степени обеспечивать фланг 1-го корпуса. Двинуты были также войска из Ассаба на Сардо и центр Данакиля; организована автомобильная колонна в 500 единиц для движения на Гондар — параллельно Суданской границе. Для обеспечения фланга этой колонны 2-й армейский корпус и 3-я Эритрейская бригада были двинуты на Гондар через Семиен. Продвижение на Сардо было выполнено небольшим отрядом туземных войск через безводную вулканическую пустыню, причем снова все снабжение, вся эвакуация были выполнены исключительно по воздуху. Самолеты, где возможно, садились около колонн. Сардо было занято 12 марта.

Продвижение через Семиен 2-го корпуса и 3-й Эритрейской бригады должно было воспрепятствовать оставшимся силам раса Иммру помешать соединению итальянских колонн. Продвижение на Гондар было выполнено импровизированной механизированной колонной с общим числом в 500 машин под командованием Стараче. Это движение интересно с точки зрения выявления возможностей мотомеханизированных войск на малокультурных театрах войны. Колонна двигалась по стране, большей частью бездорожной и часто покрытой травой высотою до 3 м. Без авиации колонна не выполнила бы задачи: авиация давала всю информацию о маршруте и о противнике, она обеспечивала колонну во всех отношениях, в частности, кормила ее. Если бы абиссинцы догадались поджечь траву, которая была очень суха, то весьма возможно, что вся колонна была бы уничтожена степным пожаром. Но трава не была подожжена, и Гондар был захвачен 1 апреля. Внезапность появления колонны была полная. Сопротивление не было оказано.

В это же время Бадольо приказал сосредоточить большую колонну моторизованного транспорта и держать ее в готовности для похода на Аддис-Абебу. 1-й и Эритрейский корпуса продолжали свое продвижение в южном направлении, встречая лишь небольшое сопротивление, пока они не достигли района Меканского прохода. Здесь 27 марта Бадольо перехватил радиосообщение императора (негуса) к императрице, из которого он узнал, что абиссинская армия вскоре (между 28–31 марта) собирается его атаковать. Поэтому оба корпуса заняли сильную оборонительную позицию вокруг Май-Чио. Их фланги упирались в горы Бохора и Корбета, т. е, были вполне обеспечены.

Бадольо решил дать оборонительно-наступательное сражение негусу. Утром 31 марта абиссинцы во главе с императорской гвардией с большим ожесточением бросились в расставленные им сети и атаковали итальянские корпуса. Они продолжали атаки в течение всего дня. Всего было произведено, 6–8 атак. Хотя иногда обстановка и становилась для итальянцев тревожной, но, хорошо подготовленные к обороне, занимая прочные позиции, они держались крепко, а абиссинцы несли огромные потери под убийственным огнем артиллерии, пулеметов, минометов, авиации. Вечером итальянцы перешли в контратаку, поддержанную авиацией, и захватили часть абиссинских позиций. Потери негуса были колоссальны — до 7 000 убитых (если верить итальянским сообщениям). В течение ночи абиссинская армия начала свое отступление, для прикрытия которого 1 апреля она еще раз атаковала итальянцев. Утром 2 апреля под воздействием итальянских воздушных сил это отступление превратилось в бегство. К тому же отступавшие абиссинские войска снова подвергались нападениям банд с тыла, 3 и 4 апреля они были под угрозой обхода итальянских дивизий. После этого разгрома всякая надежда на организованное сопротивление в северной части страны исчезла.

Четвертый этап — начало апреля — 9 мая 1936 г. Как только маршал Бадольо узнал о победе над негусом, он немедленно, по воздуху, перебросил свой полевой штаб в Дессие, только что занятое итальянцами, и приказал продвинуться вперед колонне моторизованного транспорта, которую он собрал раньше. Дальнейшее продвижение Бадольо к Аддис-Абебе представляет интерес лишь с точки зрения опыта движения войск по бездорожной стране на современных механических транспортных средствах. Абиссинцы не были в состоянии оказать серьезного сопротивления этому движению.

Моторизованный транспорт насчитывал до 1 720 (по другим данным — до 3 000) машин, на которых двигался 1-й корпус по главной дороге через Дебра Берхан, в то время как легкая Эритрейская бригада двигалась пешком по холмам прямо через Энаберту.

Первая колонна сопровождалась главными силами Эритрейского корпуса, шедшего походным порядком. Движение началось 20 апреля. Никакого сопротивления со стороны абиссинских войск встречено не было. Моторизованная колонна нашла на так называемой императорской дороге такие условия движения, которые позволили ей развивать скорость… пехоты. Начавшиеся дожди и кое-какие разрушения дороги, произведенные абиссинцами, превратили дорогу во многих местах в едва преодолимую преграду. Во многих местах каждую машину пришлось тащить вручную. В других местах приходилось делать совершенно новые дороги в обход существующей. Эритрейская пехотная бригада, шедшая пешком, достигла Аддис-Абебы первой. Только 4 мая пришла моторизованная колонна. 5 мая обе колонны одновременно вошли в город Аддис — Абебу, который в течение предыдущих четырех дней был разграблен бандитами («шифтой»).

На Южном фронте в начале марта рас Насибу решил предпринять наступление в направлении на Денан, где в случае успеха его войска с востока обошли бы итальянцев и захватили бы Горохей с тыла. В течение марта и части апреля у итальянцев активные действия вола лишь авиация. Ее основной задачей было сковать, связать все действия абиссинцев. Авиация в этот период действовала самостоятельно и совершила немало нападений на города Харар, Джигджига, Сассабане и др.

Только 13 апреля произошла атака Насибу. Генерал Грациани перехватывал все приказы Насибу. Он был в курсе дела всех предположений абиссинского военачальника и сосредоточил Ливийскую дивизию на своем левом фланге, чтобы атаковать перешедших в наступление абиссинцев. Абиссинская атака имела успех около Дагамедо, но затем она была остановлена генералом Грациани, перешедшим 15 апреля в контрнаступление тремя колоннами. Левая колонна состояла из Ливийской дивизии и механизированного отряда для преследования, центральная колонна — из туземной бригады и нерегулярных войск под командованием генерала Фруши, правая колонна — из фашистской милиции и нерегулярных войск под общим командованием генерала Агостини. Ожесточенное сражение на фронте Ливийской дивизии разыгралось 16 и 17 апреля. 18-го абиссинцы начали отступать по всему фронту. Итальянцы начали их преследовать, но испортившаяся погода помешала преследованию по земле и, в частности, сорвала воздушное преследование. Несмотря на бой, продолжавшийся с ожесточением несколько дней и особенно 24–25 апреля, абиссинцам все же удалось ускользнуть от итальянцев, которые заняли 30 апреля Даггабур и 8 мая — Харар. 9 мая сошлись на железной дороге войска Северного и Южного фронтов [16] .

С этого момента кончилось организованное сопротивление старой Абиссинии негусов. Негус бежал из своей страны. С интервентами повел борьбу сам абиссинский народ.

Природные условия театра Ширы на Северном фронте резко, как мы видели из очерка театра, отличались от условий на Южном фронте. Резко они друг от друга отличались и по своему оперативному значению и по количеству войск. В провинции Тигре на небольшой площади были сосредоточены громадные по численности массы. Так, к началу решительных операций в феврале 1936 г. все итальянские и все абиссинские войска были скучены в небольшом четырехугольнике, вершинами которого были на севере Сенафе, Ади-Угри, на юге — Амба-Алаги, Май-Тимчет (рис. 20). На этой площади сосредоточилось до полумиллиона итальянских и абиссинских войск и десятки тысяч рабочих по постройке дорог. Итальянская армия, помня Адуа, т. е. опасность разделения сил на отдельные колонны, действовала одной сплошной массой, как бы фалангой, собираясь методически пядь за пядью занимать местность.

Общеоперативная обстановка на Северном фронте в начале февраля 1936 г.

Стороны четырехугольника имели следующие размеры: фронт от Амба-Алаги до Май-Тимчет — 175 км, тыл — Сенафе-Ади-Угри — 70 км. От Сенафе до Амба-Алаги по (прямой было 181 км, от Ади-Угри до Май-Тимчет — 140 км, т. е. вся глубина оперативной зоны не превосходила 140–185 км. До февраля авангардные части абиссинцев почти без боя отошли с линии Адуа, Адиграт на линию Селаклака, Макале, а затем на линию Амба-Алаги, Май-Тимчет. Эти отходы могли толковаться как выполнение абиссинского плана войны, вполне соответствующего оперативно-стратегической обстановке и соотношению сил. Между тем итальянцам нужно было втянуть абиссинскую армию в решительные сражения, во что бы то ни стало.

Строение местности и дорожные условия давали возможность развивать наступление только в двух заведомо известных и притом расходящихся направлениях: на Гондар и на Дессие — Аддис-Абебу. Но, двигаясь в одном или одновременно в обоих направлениях, итальянцы не достигали бы обхода абиссинских армий, так как центр фронта не мог двигаться вперед с достаточной скоростью, чтобы связывать абиссинцев с фронта. Маневр же одними флангами был чреват большими опасностями для обходящего, так как представлялась полная возможность бить итальянцев по частям, действуя им самим во фланг и по их коммуникациям. Следовательно, действовать так — значило бы для итальянцев действовать на руку своему противнику. Какое же решение нашло новое итальянское главное командование в лице Бадольо? Есть основания утверждать, что в данном случае Бадольо применил военную хитрость, хитрость, так сказать, в оперативно-стратегическом масштабе. Использовав исторические ассоциации и воспоминания абиссинцев, их «комплекс Адуи», как выражается Лиддель Харт, пользуясь фрейдовским термином, Бадольо, видимо, действительно удалось обмануть главное командование Абиссинии с его разноголосыми и своекорыстными советниками.