Чтение онлайн

— Какое чудо! — всплеснул руками Отавиу. — В 99-м люди могут жениться второй раз! — А у тебя, папа, есть возможность выдать всех дочерей замуж в один день. — Глаза Бетти загорелись от прекрасной идеи. Она оглянулась на скромно сидевшую в уголке Сели. — Ли, почему бы не подумать о замужестве? Ведь Тьягу наверняка все еще сохнет по тебе. Какой будет праздник — три Сестры Монтана выходят замуж в один день, — Элизабети подмигнула Сели, мы с тобой за Сан-Марино.

Отавиу ласково погладил покрасневшую Сели и, вдаль, промолвил:

— Три мои дочери выходят замуж в один день? В день я отдаю всех моих девочек. Как это прекрасно, – Счастливая улыбка, блуждавшая на губах Отавиу, вдруг сбежала. — Нет. Нет и еще раз нет! — Он хлопнул кулаком по столу. — Я лишусь моих девочек в один день. Останусь один?! — Отавиу встал и приказным тоном объявил: – Я запрещаю вам думать и говорить об этом! Я ваш отец, и вы обязаны меня слушаться!

— Папа, пойдем, мне надо с тобой поговорить, — сказала Жулия и повлекла за собой отца.

Она положила голову ему на колени и рассказывала обо всем, что пережили они с Шику.

— А теперь, папа, расскажи мне, что вспомнил ты за эти дни.

— Я вспомнил, что не был на свадьбе Гонсалы и Антониу. Ты вдруг заболела, и я не мог уйти, зная, что в доме больной ребенок. — Отавиу задумался. — Мне кажется, что я был вам хорошим отцом. Я помню, как я радовался рождению Бетти, как я переживал, когда тебя положили в больницу, Я не уходил оттуда три дня. А сейчас, когда болела Сели, я чуть не сошел с ума…

— Давай вернемся к моей болезни… Я заболела чем-нибудь серьезным?

— Да, была очень высокая температура, и я сначала позвонил Сан-Марино, сообщил, что не приду, а потом сразу же вызвал врача… — Отавиу потер виски, лоб. — Очень странная лихорадка, Похожая на менингит. Но не менингит. Врачи так и не смогли поставить точный диагноз.

— Боже, сколько я вам доставила хлопот!

— Да что ты, милая! — Отавиу гладил ее по волосам и смотрел вдаль, словно пытался разглядеть ускользающие подробности давних событий. — Ты всегда была очаровательной, славной малышкой. Никаких хлопот… И вдруг, совсем перед свадьбой, ты появляешься на дорожке, вся горишь и одновременно дрожишь от озноба. Болезнь сильно сказалась на тебе, ты заговорила только через неделю после болезни.

— Как странно, я ничего не помню. А что же мама?

Отавиу порывисто поднялся и заторопился:

— Хочу пойти еще поработать. Онейди, надеюсь, приготовила нам новую партию сосисок.

Жулия спустилась с ним вместе и, пока Отавиу собирался, обсуждала с Бетти последнюю новость: фотография Бетти, сделанная Раулом, появилась в «Ночном Рио». Бетти протянула сестре журнал и указала на небольшую фотографию в разделе светской хроники:

— Это только начало. Первый шаг. Сан-Марино помогут мне добиться успеха. — Она поднялась и прошлась походкой манекенщицы по кухне. — Ну, скажите, скажите, разве я не модель?

Алекс вытаращил глаза и словно прирос к полу. Онейди даже пришлось немного подтолкнуть его. Но и без слов было понятно, что Бетти произвела на него неизгладимое впечатление.

Оглушительный и продолжительный звонок в дверь заставил всех вздрогнуть. Онейди пошла открывать, и из холла донеслись незнакомые женские голоса, громкие и возбужденные. Сели поднялась:

— Пойду, посмотрю, что там происходит.

В холле Онейди испуганно смотрела на двух незнакомых женщин, называвших ее Жулией и явно что-то от нее требовавших.

— Вот, не хотят верить, что я не Жулия. Онейди отступила назад, и Сели оказалась лицом к лицу с двумя разгневанными дамами.

— Что вы хотите? — робко промолвила Сели.

Одна из дам, что была потолще и постарше, выступила вперед и испепелила девушку взглядом.

— Ах, вот ты какая, Жулия Монтана? Ты столько принесла несчастий в наш дом. Из-за тебя мой сын остался без работы… А я с таким трудом, с такими жертвами, отказывая себе во всем, вырастила моего мальчика, дала ему образование. Он никогда не брал взяток, не подсиживал товарищей, всего достигал своим трудом и талантом…

Дама помоложе пыталась вмешаться в разговор, но пожилая не давала ей сказать и слова.

— Одну минуту, остановила ее Сели и позвала сестру. – Жулия, мне кажется, это к тебе.

Дама постарше растерялась и на секунду замолчала.

– Нам нужна Жулия Монтана, — придя в себя, промолвила она,

— Жулия — это я. А кто вы? И почему вы устраиваете скандал в моем доме?

— Я его мать, а это, — дона Жудити откашлялась и указала на Лусию Элену, — это его жена.

— Не жена, а бывшая жена.

Все обернулись и увидели стоящего в дверях Шику. Он подошел к Жулии и поцеловал ее, к изумлению непрошеных гостей.

— На этот раз вы очень кстати. Одну из вас, — он посмотрел на Лусию Элену, я хочу попросить дать мне официальный развод. А другую, – он кивнул матери, — хочу поставить в известность – я собираюсь жениться на Жулии Монтана.

Лусия Элена стала медленно оседать на пол и упала бы, если бы Жудити не поддержала ее. Шику вызвал скорую помощь, и приехавшие санитары погрузили еще не до конца пришедшую в себя Лусию Элену на носилки. Жудити поехала с ними.

— Твоя мать сказала, что ты остался без работы. Это так? — Жулия смотрела на уставшее и расстроенное лицо Шику и чувствовала только одно — она безумно любит этого сумасбродного, легкомысленного и, кажется, безработного человека.

— Она права. — Шику сел напротив Жулии, чтобы хорошо видеть ее лицо. — Наконец-то у Сан-Марино появилась возможность расквитаться со мной и за забастовку в поддержку Делона, и за прочую строптивость. Но если ты готова терпеть мой ужасный характер, то мне никто не помешает быть самым счастливым человеком — ни Сан-Марино, ни эти две сумасшедшие бабы. Хотя, — Шику тяжело вздохнул, — эти неразлучные подруги постараются создать мне кучу проблем, начиная с того, что лишат меня возможности видеться с Констансиньей. — Шику поднял на Жулию глаза. — Я бы очень хотел познакомить тебя со своей дочерью. Констансинья славная девочка. Она тебе понравится.

— Твои слова да Богу в уши! — Жулия поднялась и повела Шику на кухню, где их радостно встретили Сели и Онейди.

— Где Бетти?

— Отавиу попросил ее сесть за руль, у Алекса заплыл глаз…

Они до поздней ночи сидели за столом, ели приготовленные Шику салат и жареное мясо, пили кофе, обсуждали появление родственников Шику, а он все не сводил влюбленных глаз с Жулии, отвечавшей ему тем же.

— Не представляю нашего мирного сосуществования. Я так привыкла к нашей конкуренции, к соперничеству. Это как бы подстегивало меня. Быть не хуже тебя, быть лучше тебя — для меня это чувство стало, чуть ли не основным стимулом. А теперь, — Жулия прильнула к Шику, с кем прикажешь мне соперничать?