Чтение онлайн

— Когда я с ней познакомилась, она показалась мне милой.

— Ты с ней познакомилась? Когда?

— Я встретила ее после похорон отца. Она... — Аня качает головой в сторону. — Ты не знал, что она приходила поговорить со мной?

Ну, блин.

— Нет. Не знал, — слова вырываются у меня с агрессией, которую Аня не заслуживает.

— Ничего особенного. Она просто хотела, чтобы я поняла, почему ты остался женат.

— Она не должна была этого делать. Я сам хотел тебе сказать.

— Но я не отвечала на твои звонки.

Я отворачиваюсь. Мне больно вспоминать те дни. Горе от потери Федора из-за рака и потеря Ани. Паника и страх от того, что мой сын борется за свою жизнь.

— Здравствуй, Анна.

Я отогнал воспоминания, когда Гена Воронин подошел к скамейке, на которой сидели мы с Аней.

Илья

— Геннадий, — цедит Аня напряженно. — Что ты здесь делаешь?

— Я только что заходил к тебе. Хотел тебя проведать.

Его взгляд устремлен на нее, и мне со страшной силой хочется вмазать по его наглой физиономии. Этот негодяй женат, но он все равно лезет к Ане. Я готов поспорить на свой дом в Сочи, что он попытался бы затащить ее в постель, если бы застал дома.

— Как продвигаются твои дела?

Она вздрагивает, и я задаюсь вопросом, что это было — беспокойство за диссертацию или гнев, который она изо всех сил пытается скрыть от меня.

— Нормально. Я почти закончила.

— Материалы должны быть готовы к понедельнику.

— Без проблем.

Его взгляд переходит на меня, и он усмехается, качая головой, прежде чем снова перевести глаза на Аню.

— Похоже, ты была права насчет него.

Она напрягается.

— Гена...

— Что это значит? — спрашиваю я.

— Аня говорила, что ты трахаешь ее только тогда, когда тебе это удобно. И вот ты здесь. Я догадался, что именно поэтому у нас все закончилось, но она не хотела этого признавать, — он снова усмехается, уходя от нас. — Вы вдвоем можете продолжать наслаждаться друг другом.

Когда я отвожу взгляд от этого хипстера недобитого и смотрю на Аню, ее глаза устремлены в землю.

— Ты сказала ему, что я трахаю тебя только тогда, когда мне это удобно?

Она закрывает глаза.

— Он практически заставил меня это сказать. Гена очень ловко манипулирует людьми. Может, он и козел, но он не дурак.

— Ты ведь не сказала ему, что знаешь о его жене?

— Нет, — шепчет она. — Я не видела его и не хотела, — она обхватывает себя руками и дрожит. — Пожалуйста, отвези нас с Платоном к моей машине. Я хочу домой.

— Что ты будешь делать, если он появится снова? — я не имею права на эту ревность и гнев. Но все равно ревную. — Ты сказала, что твое сердце не разбито, но, Анюта, когда ты смотришь на него...

— У меня не разбито сердце из-за него, Илья, — ее глаза наполняются слезами. — Я убита горем из-за того, что он сделал со мной, скрывая свой брак. Я даже еще не сказала его жене, — она прижимает ладонь ко рту. — Я не разговаривала с тобой много лет, потому что не хотела быть причиной того, что твой сын потеряет отца, но теперь я вполне могу быть причиной того, что другая маленький ребенок потеряет своего, но в этот раз я даже не любила этого самого оца.

Она меня убивает.

— Аня…

— Я не могу больше говорить об этом сегодня.

Она любила меня. Она не произнесла этого вслух, но я все равно это услышал. Часть меня всегда знала это, даже если она никогда этого не говорила. Теперь осталось выяснить, смогу ли я снова заслужить эту любовь.

Илья

Роза забрала Тему на выходные. Таким образом мне предстоит провести целые выходные в одиночестве, пока Тема не вернется домой в воскресенье вечером.

Поднимаясь по лестнице в квартиру Ани, я чувствую себя подростком, собирающимся на первое свидание. Я снова захватил пиццу, но понадеялся, что на этот раз мне не придется угощать ей соседку.

Когда я отправил сообщение, Аня сказала, что будет дома, на удивление, она не стала спорить, когда я сказал, что собираюсь заскочить к ней.

Аня открыла мне дверь своей квартиры, одетая в клетчатые пижамные штаны и майку с изображением Пушкина. Ее волосы были собраны в беспорядочный пучок на макушке, а макияж смыт. В таком виде она выглядела значительно моложе. Более уязвимой.

— Зачетная майка, — говорю я.

— Спасибо. Платон подарил мне ее на Новый год, — она прислоняется к дверному косяку и вопросительно выгибает бровь. — Зачем приехал?

За тобой.

— Я подумал, что мы могли бы потусить вместе. Поговорить. Что угодно. Тема уехал к маме на выходные.

— Я не уверена, что это хорошая идея — пускать тебя сюда.

— Это отличная идея. Мы же друзья.

— Ну, давай, заходи.

Я шагаю внутрь и прохожу мимо нее, как будто уже бывал здесь сотни раз. Я захожу на маленькую кухню. Кладу коробку с пиццей на стол и открываю ее.

— Я принес твою любимую, пеперони.

— Нет, спасибо.

— Тогда можно заказать что-нибудь другое. Роллы? Бургеры? Что-нибудь из ресторана?

— Я ела овсянку.

— На ужин?

Она пожимает плечами и открывает холодильник. Там было не так уж и много всего — яблоки, творог, молоко, салат и упаковка пива.

— Хочешь пива?

— Конечно.

Я достаю из коробки кусок пиццы и откусываю. Хоть я и ненавижу есть в одиночку, в этот момент я чертовски голоден.

— Как хорошо пахнет, — она закрывает глаза и стонет.

Теперь мой член был твердым.

— Так и есть. Попробуй кусочек.

Она с тоской глядит на коробку.

— Я больше не ем эту еду.

— Почему?

Она проводит рукой по своему телу, как будто это что-то объясняет.

— Потому что так лучше. Я держу строгую диету много лет, но стоит мне один раз попробовать вкусную и жирную пищу — я тут же сорвусь.

Я хмурюсь, глядя на нее. Она всегда стеснялась своего веса. А с момента поездки в Париж и до того, как она появилась в моем номере в Казани, она очень сильно похудела. Я помнил, как меня беспокоило то, что она стала выглядеть слишком худой.