Чтение онлайн

— Довольно вопросов, скиталец. Нам обоим пора лететь.

И она исчезла среди тёмных крон, оставив едва заметную дорожку из светящихся частиц её магического следа. Я, как завороженный, смотрел, как они ложатя на траву, ковром из сверкающих самоцветных фиалок. Кликуши заволновались и недовольно курлыкали, а я, наконец, очнулся и хлопнул себя по лбу.

Рейна! Как я мог хотя бы на секунду позабыть о ней!

К дьяволу синюю птицу.

Мне нужны сейчас совсем другие.

Я опустился на колени и позвал.

В тёмном небе мелькнула молния, облака расступились, и я увидел, как сверху опускаются шесть светящихся точек. Фениксы — шесть огромных белых созданий с колдовскими крыльями, пылающих очищающим огнём. Мои старые верные друзья, готовые явиться по первому зову.

Когда-то давно это был великий и славный народ, но сейчас их почти не осталось. Веками на фениксов шла охота. Их пламя очищало, а кровь способна вернуть молодость и одолеть любую хворь. Но в неволе они быстро умирали. А те, кому удалось выжить, нашли своё пристанище здесь.

Я, пожалуй, был единственным, кому они доверяли. И сегодня мне придётся их предать. Но выхода иного не было. Нужно вытащить Рейну, о чём-то другом я и думать не мог. Фениксы стали кружить рядом, вытягивая головы, готовые лететь туда, куда я укажу.

— Эльнара останется здесь, — велел я, вскакивая на Хоруна.

Эльнара взмахнула крыльями и негодующе закричала. Умная девушка. Догадалась, что я оставляю единственную самку неспроста. Только бы она не перекинулась. Иначе её братья не полетят. Я смотрел на Эльнару с мольбой, чего никогда не делал. А она — своими огромными белыми, как снег, глазами, в которых подрагивали серебристые слезинки, и вдруг моргнула. Умница. Она всё поняла и скрылась в лесу.

Остальные четверо устремились за мной.

Я направил Хоруна сквозь пламя. Фениксы быстро проскочили следом, а потом раздался крик. Резкий, пронизывающий насквозь. Адский огонь взмыл ввысь до самого неба и поглотил Бриота. Он корчился, извиваясь в пламени, и я с горечью смотрел, как он догорает и рассыпается пеплом. Остальные фениксы тоже смотрели — с горем на своего брата, с молчаливым осуждением — на меня. Я ощущал, как тело Хоруна дрожит подо мной, клокоча от гнева и сжал коленями его бока. Он старший, остальные последуют за ним.

— Огонь взял свою жертву, Хорун, — прошептал я, зная, что феникс слышит, — ничего не исправить. Нельзя, чтобы вы разлетелись. Вы будете слепы без меня.

Во владениях тёмного тирана фениксы могли видеть лишь моими глазами, и вела их моя магия, пока они держались рядом.

— Ну же, друг, — я потрепал Хоруна по шее

Хорун бросил негромкий клич, и фениксы слетелись, плотно прижимаясь друг к дружке.

— Вперёд, — крикнул я, направляя их к замку Валлиара.

Фениксы полетели над деревней, а я на мгновение обернулся, и увидел, как Бриот возродился из пепла и устремился ввысь, размахивая пылающими крыльями. Алый феникс. Ему уже никогда не вернуться обратно…

Едва мы достигли замка, я услышал неистовый топот адских псов. Они учуяли фениксов, поэтому каждая секунда была дорога.

— Валлиар! — закричал я, что было мочи.

Я видел, как его стража носится подо мной, лихорадочно размахивая сариссами и факелами с зелёным огнём. Хорун издал каркающий звук, сжался и выпустил струю белого пламени. Сухие кустарники вспыхнули, подхватывая колдовство очищающего пламени. Стражники в золотых одеждах стали падать один за другим, хватаясь за головы.

И, наконец, из замка выбежал Валлиар, волоча Рейну за локоть. Лицо его было злым и растерянным. Кажется, он начал понимать, что я задумал. Тем более, что воздух вокруг становился горячим от дыхания приближающихся адских псов.

— Белым фениксам не место на моей земле, — проревел он, — Лаорту хорошо известно, что существа из его мира не должны пересекать границу. И если ты пошёл против него…

— Это не твоя забота, Валлиар, — выкрикнул я, — не забывай, что если я направлю фениксов за Врата, твои милые пёсики помчатся следом. Кто знает, каким они вернутся обратно…

— Ты ведь знаешь, что всех ждёт, если… — прошипел Валлиар. Его распирало от бессилия и злобы. Рейна вдруг завопила, как оглашенная, и повисла в воздухе, болтаясь на его руке.

— Пусти её! Иначе мне станет всё равно, — пообещал я.

Валлиар со злостью отшвырнул её в сторону. Рейна упала на колени, но поднялась, поддерживая локоть. Затем повернулась и плюнула Валлиару под ноги. Я не стал дожидаться, проглотит ли тёмный тиран оскорбление или нет, и сделал знак Фарио, чтобы он подхватил её лапами и унёс подальше.

Феникс справился быстро. А главное — вовремя. В сад как раз ворвались адские псы. Они бесились, раскидывая стражу, разрывая несчастных воинов, и подпрыгивали под самые облака, норовя схватить феникса.

Легенды гласят, будто адский пёс, вкусивший крови белого феникса, сможет покинуть ад и жить на свободе, как прочее зверьё. Не знаю, насколько это правда. Но жертвовать драгоценными птицами не собирался.

Мы взмыли под самый свод преисподней и полетели через Холмы Неприкаянных. Там заканчивались владения Валлиара. Рейна сидела на спине Фарио, плотно обхватив его ногами, и протягивала мне здоровую руку. Ветер трепал её золотистые волосы, а васильковые глаза горели от восторга.

Да, моя дорогая княжна, полёт на белом фениксе незабываем, особенно, если летишь впервые. Все дурные мысли и страхи уносятся прочь.

Очень скоро я заметил, что Рейна машет мне второй рукой, уже исцелённой фениксом, и радостно визжит, когда Фарио подбрасывает её в воздухе и ловит могучими крыльями. Значит, понравилась…

Надо будет задать ему трёпку…

— Мы в безопасности? — первое, что спросила Рейна, едва мы перелетели холмы и опустились на берегу сумрачной реки. Я кивнул и спрыгнул со спины Хоруна.

Фарио любезно позволил Рейне скатиться со своего крыла, как с ледяной горки. Гадкая девчонка даже взвизгнула от восторга. Мне захотелось отшлёпать её, но я сдержался и отвернулся к реке.

Если честно, никогда не понимал, отчего её называют сумеречной. По-моему, она прекрасна. Возле самого берега вода казалась лазурной, даже немного светилась от фосфора, который выделяли водоросли, растущие на дне. Лишь в середине становилась тёмно-зелёной.

Да, не каждому дано её пересечь. Но всё же, глядя, как невысокие гребни волн пузырятся, переливаясь под розоватыми облаками всеми оттенками радуги, я чувствовал умиротворение.