Чтение онлайн

— У меня нет ножа, — сказал Адис, — я, пожалуй, скручу ему голову, а тебе придётся снять шкуру когтями. Справишься?

В любой другой момент я бы с радостью ответила, что справлюсь. Свежевать кроликов мне приходилось не раз. Мы часто соревновались с Орестом, кто быстрее словит и разделает кролика, а Сурье доставалась почётная роль повара. Но сейчас, глядя, как Адис неосознанно водит пальцами между ушей пушистого зверька, который от удовольствия даже прикрыл глаза, меня затошнило от одной мысли о том, что он увидит меня с окровавленными когтями.

— Отпусти его, — вырвалось у меня, — не хочу кролика…

— А чего ты хочешь? — удивился Адис.

Я покачала головой. Есть совсем не хотелось. Я повернулась и пошла к реке. Сбросила платье и вошла в прохладную воду. Может, это хоть немного поможет остудить костёр, пылающий внутри меня.

Я, наверное, дурак. Но я честно не понимаю, почему она так себя ведёт. Только что смеялась, хотела летать, требовала еды, а теперь вдруг…

Я подошёл к берегу и поднял платье, небрежно сброшенное на траву. Украдкой, пока она не видит, поднёс к лицу и вдохнул запах, такой женственный, нежный, какой был только у неё. И голова закружилась от желания.

— Рейна, — крикнул я. Она обернулась. Светлые бугорки грудей хорошо просматривались в прозрачной воде. Какой-то серебристый малёк, проплывая мимо, замешкался возле соска, подёргивая сверкающими плавниками, и я понял, что больше не выдержу, — не стоит заплывать далеко.

Я сбросил одежду и нырнул к ней. Рейна хохотнула и отплыла в сторону. Кажется, хочет поиграть? Отлично. Она ещё не понимает, на что нарывается.

Я немного подурачился, делая вид, что догоняю её, хотя это было проще простого. А затем поймал, вытащил из воды на берег и опустил на траву. Она тяжело дышала и смотрела на меня такими пылающими страстью глазами, что дальше я не смог терпеть. Сел рядом, расставив колени, и приподнял её голову так, что её губы едва касались моего естества, которое было уже на грани от возбуждения. Кажется, она поняла, что я от неё хочу, и уже через секунду я едва не застонал от её прикосновений. Неумелых, неловких и с ноткой стыда. Она скользила нежным язычком вдоль ствола, затем обхватила головку губами и втянула в рот. Я чувствовал, как заполняю её всю. Дьявол, это была самая лучшая ласка в моей жизни!

Я едва успел отодвинуть естество от её губ и излился на траву. Затем накрыл ладонью её грудь, перекатывая между пальцами набухший сосок, и опустился к бёдрам, к золотистому треугольнику волос, в котором блестели капельки воды. Теперь её очередь.

Мне нравилось, как она дрожала, когда я запускал в неё язык. Становилась влажная, сладкая, податливая. Я скользнул пальцем внутрь, трогая девственную плеву. И был готов рычать, как зверь. И стонать, потому что не мог позволить себе большего.

Но я даже представить себе не мог, что кто-то сделает это вместо меня. Сорвёт её цветок, проникнет внутрь её горячего лона и оставит там своё семя.

Дьявол!!!

Если бы не моё проклятие… Если бы я был уверен, что смогу перебороть себя…

Если бы не Лаорт… Если бы…

Какого дьявола она так сладко стонет, что мне хочется послать всех в преисподнюю и просто взять её…

Мы ещё долго кувыркались в траве, сплетаясь телами, покрывая друг друга поцелуями. Мне больше не было стыдно. Наоборот, я с жадностью изучала тело Адиса — глазами, пальцами, языком. Мне нравился он весь, безумно нравился. Его жаркое дыхание, когда он целовал меня в шею, его едва заметный пряный запах, когда он тёрся естеством о мои бёдра, касаясь грудью моей щеки, ярость, с которой он терзал мои губы. А затем мы уснули, так и не разомкнув рук, и я ещё никогда не чувствовала себя такой счастливой…

Быть может, это как-то неправильно и даже недостойно — то, что я ему позволяла с собой делать, да и самой, особенно когда ласкала языком его плоть, но мне вдруг стало всё равно…

Проснувшись, я поняла, что умираю от голода. О кроликах и речи не могло быть, поэтому мы собрали ягод и ещё каких-то удивительно вкусных плодов. Впрочем, сейчас мне всё казалось невероятно вкусным.

И даже лазурные воды реки, трава цвета трилистника, фиолетовые с голубым и розовым облака казались нереально красивыми…

Мы снова любили друг друга, а в перерывах между ласками Адис рассказывал об этом удивительном мире. О фениксах, огромных зверях, похожих на те, мимо которых нам с Русланом пришлось пробираться, о невероятных растениях, которые способны запоминать всё, что им рассказывают души и передавать другим, и ещё о куче неведомых мне созданиях, которым не нашлось места в поднебесье. Он говорил о них с такой любовью, что мне захотелось увидеть каждого.

Вот только о себе он ничего не рассказывал. Те жалкие крохи, которые удалось выудить, рождали так много вопросов, от ответов на которые он ловко уходил. Но от меня всё ж не так просто отделаться…

— Адис, — попросила я, — почему ты скитаешься по преисподней?

Он долго молчал, прежде чем губы его скривила уже знакомая мне улыбка.

— Есть вещи, которые лучше не знать, княжна…

— Что бы это ни было, я готова услышать.

— Боюсь, ты станешь смотреть на меня по-другому. И не только на меня, Рейна. На мир вообще.

— Ты мне совсем не доверяешь? — если честно, мне вдруг стало обидно.

— Дело не только в твоём доверии…

Некоторое время ничего не происходило. Мир будто затих в ожидании того, что источник явит себя сам. Однако я всё чаще замечал внимательные взгляды. Они были повсюду — иногда казалось, даже стены смотрят. Поэтому я очень осторожно пробирался к Непале, стараясь ничем не выдать себя.

— Знаешь, чем отличается мудрый правитель? — спросила однажды она, — он стремится удержать власть над всем. И тех, кто ему угрожает — в первую очередь сделать союзником. А отчаянный… отчаянный стремится уничтожить то, над чем не может получить власть. Потому что он боится… Лей очень боится проиграть, Адис. Он последний правитель в роду.

Я не совсем понимал, что она имеет в виду. Отец был далеко не последним. Ведь помимо меня у него ещё было пятеро сыновей. Но с каждым днём взгляд его становился всё более отстранённым. Словно он смотрел сквозь нас и чего-то ждал.

Источник… Великий Лей жаждал заполучить его — не меньше, чем боялся проиграть Валлиару. Таинственное существо по имени Алларис по-прежнему находилось во владениях тёмного тирана. Шпионы приносили слухи, что Валлиар пытается пробудить его, но тщетно.

Им обоим оставалось уповать, что один из нас — тот, кто ведает путь, как-то выдаст себя. Скрываться было не так уж сложно — если честно, помимо шрамов на моём теле, я никак не чувствовал близость источника, и даже стал сомневаться, тот ли избранный, которому укажут путь.