Чтение онлайн

— А ты предпочла бы настоящие пытки? Может, парочка порезов?

Я приподняла бровь, слабо веря. Ситуация выглядит крайне странно. Пока из сводящего с ума присутствует только голод и отсутствие свежего воздуха. И я этому безмерно рада.

Дожили, я уже благодарю за элементарные вещи.

— Скажи честно, тебе стало легче, когда ты добился смерти Данте Марини?

— Я не записывался на прием к психологу, — мрачно сказал Данталиан, сминая бургер в руках и швыряя его обратно в пакет. Такое расточительство непозволительно.

— Но нам надо о чем-то говорить, иначе твое нахождение тут — бессмысленно.

— Давай, ты не будешь диктовать мне, что имеет смысл? Ты не в том положении и должна радоваться, что я вообще разрешил открывать рот, — сверкая молниями, он встал с кресла и медленно подошел ко мне. Я ощутила дежавю. В прошлый раз подобное настроение и маленькое расстояние между нами не сулило ничего хорошего.

Данталиан элегантно наклонился к штанине и невероятно плавным движением достал оттуда нож. Сердце забилось быстрее, и я моментально отползла от него на другую часть кровати. Кто просил меня возмущаться его гостеприимству?

Большая ладонь потянула меня за щиколотку назад. Я оказалась прижатой к матрасу, а острие ножа воткнулось под ключицей. Шумно втянула воздух через нос. По ощущениям, еще миллиметр вниз, и он спокойно может перерезать сухожилия. Остаться без левой руки — это будет слишком большая плата за мой длинный язык.

— Ты такое хотела общение? — он подпер рукоять своим плечом, беря свободной рукой за шею, а другой перехватывая мои запястья. Его ручища настолько большие, что две моих поместились в одной ладошке. Судорожно сглотнула. Ноги остались на свободе, но если я начну брыкаться, то точно останусь без руки. — Ты должна запомнить раз и навсегда, что твое благополучие в данной ситуации зависит только от меня. Этот нож — условное расстояние, которое разделяет нас при каждом разговоре. Сделаешь то, что мне не понравиться, и я надавлю, — он демонстративно подался корпусом вперед. Мне показалось, что я услышала тихий треск напряженной кожи. — Советую не брать меня на слабо. Может, в отличие от Кая, я контролирую агрессию, но в спорах всегда выигрываю.

Данталиан отстранился, убирая нож. Я схватилось за место, где по моим ощущениям должна быть рана, но ее не было. Слегка покрасневшее пятнышко без крови. На память осталась только неприятное покалывание и небольшая дырка на футболке.

— Я умею пользоваться оружием и не оставлять следов, но не думай, что так будет всегда, — он усмехнулся своим привычным оскалом и ушел. Просто взял и ушел.

Я дождалась, когда щелкнет замок и посмотрела на красное пятно. Выглядит как расцарапанный, большой прыщ, который добавился к синяку на правом предплечье.

Каждый его приход будет заканчиваться угрозами и травмой? Мне надо всерьез пересмотреть план действий, если хочу отсюда выйти.

Взгляд вцепился в пакет с едой, который так и продолжил стоять на тумбе. Задумано так было или нет, но это лучшее, что мог оставить после себя Кастро.

Я медленно, словно хищник выслеживающий жертву, подобралась к нему и открыла. Разочарованный стон вырвался из груди. Опять каша. С каждым разом убеждаюсь, что рацион готовила мама.

Скомканный, недоеденный бургер покоился в углу бумажного паке, и это невероятно манило. Такая пища позволит мне быть энергичной при следующем его визите, но неужели я настолько отчаялась, чтобы доедать за ним? Демоны внутри боролись со здравым рассудком. Еще до прихода Данталиана мне было все равно как получать еду, а тебе ворочу носом и собираюсь выкинуть.

Рассматривая котлету на наличие ядовитой слюны, я сделала небольшой укус. Подобно нектару соус растекся по рту. Никогда и представить не могла, что буду так рада простому дешевому бургеру. Чувствую себя сумасшедшей, но сейчас я поняла, что до заточения совершенно не ценила еду.

Диана

На следующий день он не пришел. Я почти рассмеялась, когда поняла, что задела его больше, чем показалось на первый взгляд. Чтобы Данталиан не хотел добиться своими действиями, в эту партию могут играть двое.

Я покачала головой, смотря на свое отражение. Когда-нибудь у меня получится понимать его и его поступки. Если доживу.

Так как не было самого Данталиана, то и не было еды. Я злилась на свой вчерашний порыв доесть бургер, потому что сейчас могу только вспоминать умопомрачительный вкус.

Цель, которую Кастро весьма странно приводит в действие, начинает работать. В одиноком скитании из угла в угол я медленно схожу с ума. Дни взаперти заставили вспомнить все неразрешенные обиды, подумать о прошлой жизни и наконец решить для себя как отношусь к предательству матери и брата.

В какой-то момент я задумалась знают ли работники заведения, что в этой комнате кто-то заперт. Он стал новым Боссом, и может не отчитываться ни перед кем. Не думаю, что у солдат возникают вопросы, когда их холостой руководитель заявляется в бордель.

Ближе к вечеру этот вопрос слегка прояснился. Выйдя из душа, я обнаружила небольшой злаковый батончик на тумбе. Был ли это приказ или кто-то по доброте душевной сжалился надо мной, но я испытала настоящую внутреннюю борьбу, чтобы не съесть все сразу. Скорее всего, тактика растягивания не самая эффективная, потому что от этого мне захотелось только больше, но я решила переспать с голодом и доесть утром. Кто знает, сколько Данталиан решил меня тут держать.

Из-за того, что единственное занятие, которое у меня здесь есть — это размышления с самой собой, голова раскалывается даже во сне. Может, во всем виновато отсутствие нормального питания, может, нехватка свежего воздуха или постоянный мозговой штурм, а может и все сразу.

Мне надо уходить отсюда и уехать на ту территорию, на которую вход Кастро будет закрыт навсегда. Единственный человек, который вызывает доверие и может помочь с этим — Адель, но я уже не уверена, что мы на одной стороне поля. Ее отец был в ту ночь, когда весь дом проснулся от выстрелов. Именно его люди (если не ошибаюсь) подорвали меня с места и привезли сюда.

С того момента я ни разу не думала о ситуации и не пыталась вспомнить детали. За дни, проведенные здесь, я размышляла обо всем, но не об этом. Глупо бояться воспоминаний, но еще страшнее складывать пазл, который играет не в твою пользу.

Отец совершенно не был удивлен появлению Кастро, чего нельзя сказать о Джакомо и охране. Три парня, которых четыре года считали жестоко убитыми, появляются на пороге, а он даже бровью не повел. Кричал, чтобы отбивались, а сам побежал в кабинет. У нас изначально не было шансов не только из-за численности и момента неожиданности, а еще из-за того, что Кастро знали каждую трещину в особняке. Я помню, как Тристан хвастался, что они безоговорочно выиграли на тренировочном нападении в полной темноте. Их отец — бывший Босс Невадского синдиката — советовал Капитанам учиться ориентированию в местах их частого пребывания. Без света у подготовленного больше шансов перед нападающими.

С дня переезда в особняк Кастро, на который отец все время смотрел, как на произведение искусства, я шарахалась от каждого шороха, опасаясь встретить приведения бывших владельцев. Мне очень нравился наш предыдущий дом с прекрасным видом на каньон. Он не был таким массивным и не кричал о неприличном количестве денег, которые некуда девать. Никаких высоких потолков, огромных пространств, где без надобности стоят диваны, колоны и элементы декора. Небольшой бассейн, вместо целого океана перед окнами. Мне было очень жаль уезжать оттуда. Отец намертво вцепился в идею жить в доме бывшего Босса, не желая оставаться в Саммерлин[1].